скелет может принадлежать ей, – сказала Норико женщине из токийского отделения «Школы будущего», расположенного в Иидабаси.

* * *

В комнате было темно.

С того самого момента, как Норико оказалась перед этим зданием, она пребывала в легком замешательстве.

«Школа», которую она знала, пряталась глубоко в лесу под яркими лучами солнца. Она слышала, что Училище в Сидзуоке закрыли уже больше десяти лет назад из-за того инцидента с водой. К тому же за несколько лет до этого произошла зариновая атака в метро, в связи с чем и общественное мнение, и законы касательно новых религий и близких к ним идеологических объединений стали куда строже.

Конечно, все не могло остаться ровно так же, как это было в детских воспоминаниях Норико о летних каникулах, проведенных в Училище. Она это прекрасно понимала и тем не менее не могла перестать удивляться тому, что «Школа будущего» все еще существует, пусть и с куда меньшим размахом.

Отделение в Сидзуоке больше не работало, но организация продолжала заниматься еще тремя Училищами – в Тояме, Коти и на Хоккайдо. Все они были небольшие. Однако стоило немного покопаться в интернете, и она почти сразу наткнулась на веб-страницу с рекламой «обучения в горной деревне», проводившегося в этих трех локациях. На длинных каникулах – летом, зимой, весной и в Золотую неделю[11] – детей приглашали побыть в принимающих семьях местных фермеров, чтобы вдали от родителей получить незабываемый опыт жизни в горах.

Сила, что таят «Вопросы и ответы». Этот заголовок, находящийся прямо под картинкой на сайте, бросался в глаза.

Учимся посредством дискуссии на лоне природы. Развиваем у детей способности к мышлению. Приобретаем жизненные навыки, используя слова… Вот что значилось далее.

А еще на странице было полно фотографий детей с комментариями вроде «Я доил корову!», «Я нашел друзей» или «На “Вопросах и ответах” было так интересно!». Все это – и снимки, и текст – было настолько безыскусным, что складывалось сильное впечатление, будто сайт делал скорее какой-нибудь любитель, а не матерый профессионал. Оформление тоже было старомодным, словно страничку создали уже много лет тому назад и все продолжали использовать в неизменном виде. Тем не менее кое-какие обновления здесь появлялись.

И даже после того, как был найден скелет, сайт «Школы будущего» не только не закрылся, но и продолжал принимать заявки от детей, желавших провести грядущие летние каникулы в учебном лагере в горной деревушке. Увидев это, Норико тяжело вздохнула.

После обнаружения останков на них, без сомнения, обрушился поток критики, подозрений, протестов и ненависти. И все же информация о следующем наборе на поездку осталась в открытом доступе. Сайт не заблокировали. Норико подумала, что это было очень в духе той «Школы будущего», которую она знала. Воля у них несгибаемая, и иногда это доходило до абсурда. Их не заботили голоса с Подножия – они до них даже не доходили. Вот и после той истории с водой все, наверное, обстояло ровно так же.

Лица детей на снимках не были размыты – и это в нынешнюю-то эпоху, когда все помешаны на защите личной информации. Комментарии внизу страницы с рекламой представали перед пользователями как впечатления детей, уже побывавших в лагере. На фотографиях, однако, скорее всего, были именно местные ребята из Училища, а не те, кто приехали с Подножия. Наверное, эти дети тоже живут большой коммуной отдельно от родителей. Единственное, что исчезло из описания, это слово «родник». Теперь мероприятие называлось просто «Лагерь в горной деревне».

Уставившись в экран, Норико снова вздохнула.

Неужели все так и продолжается?

– Нашу внучку звали Каори.

В ушах Норико еще звучали голоса супругов Ёсидзуми, посетивших тогда их офис.

– Каори, – пробормотала Норико себе под нос.

Имя это она слышала впервые. По крайней мере, это не одна из ее лагерных подружек.

Значит, не Мика. В тот момент, когда они назвали имя внучки, Норико почувствовала облегчение, смешанное с некоторой долей разочарования.

– Нужно выяснить, не принадлежат ли эти останки нашей внучке. Мы хотим знать, что случилось с той девочкой.

«Поняла», – ответила тогда Норико. И добавила, что сначала попробует связаться с представителями «Школы будущего». Потратив некоторое время на поиски информации, она выяснила, что помимо Училищ, где проживало большое количество человек, у «Школы» есть еще и офис в Токио.

Занимал он одну комнатушку в здании на Иидабаси.

Норико видела его снаружи по телевизору. Сразу после обнаружения скелета его окна часто попадали в телевизионные камеры во время репортажей о нынешнем состоянии дел в «Школе». Даже днем шторы там были задернуты. Порой за тонкими занавесками мелькали чьи-то тени.

Впервые увидев здание в реальности, Норико отметила, насколько же оно мрачное и маленькое.

Снаружи ее встретила вывеска массажного салона. Плитка на видневшейся за тесным входом лестнице еле-еле держалась, а кое-где и вовсе отсутствовала. Название «Школа будущего» сиротливо притулилось в одной из секций третьего этажа на информационном плане здания у входа. На фоне других организаций оно выглядело как наименование какого-нибудь весьма сомнительного заведения. Норико это поразило. Совсем не похоже на ту «Школу», что она знала.

Прямо у здания она разминулась с двумя мужчинами. Один из них обернулся на Норико, и она тут же заподозрила, что это могли быть журналисты. С момента обнаружения останков прошел уже месяц. Скелет все еще не идентифицировали, и, возможно из-за того, что дело застопорилось, информацию о нем почти перестали транслировать в СМИ. Но до конца об этом, конечно, никто не забыл. Некоторые источники продолжали спекулировать на тему того, что представляла собой «Школа будущего», и даже включали в свои репортажи показания тех, кто так или иначе был с ней связан.

С самого начала в «Школе» настаивали, что не имеют отношения к произошедшему. Ни их отдел по связям с общественностью, ни другие представители так и не появились ни на одной пресс-конференции с журналистами – «Школа» ограничилась письменным заявлением, которое они выпустили через своего адвоката. Мол, они не владеют никакими сведениями по поводу найденных останков и по возможности всячески содействуют полицейскому расследованию. Для них все это тоже неожиданно и крайне неприятно.

То же самое в темном офисе сказала Норико и женщина, которая теперь сидела прямо перед ней. Она представилась как Танака, вот только Норико понятия не имела, какую должность она занимала в организации – та даже визитку ей не дала. Волосы у нее были некрашеные, лицо – усталое. В суровом взгляде явно читалась настороженность.

Ее выражение не изменилось, даже когда она услышала имя Каори