— Вижу.

— Он каждый год находит. — Рашидов смотрел на них. — Уходит кто-то — приходит новый. Семёныч берёт. Учит. Кто-то уходит через полгода. Кто-то остаётся на двадцать лет. — Пауза. — Это не кончается.

— Нет, — сказал Краснов.

— Ты сам так пришёл.

— Сам.

— И я так пришёл. — Рашидов смотрел на стажёра. — Теперь вот он пришёл. Следующий кто-то придёт. — Пауза. — Это и есть завод.

Краснов молчал. Смотрел на цех.

Стажёр взял резец снова — уже по-другому, Семёныч поправил, стажёр поправил, Семёныч кивнул. Небольшой кивок, почти незаметный. Это был кивок Семёныча, который означал: правильно.

Краснов знал этот кивок — видел его сотни раз за тридцать лет. Не его кивок — он сам так не кивал. Это был кивок человека, который стоит у станка и смотрит, как руки ученика начинают понимать.

— Рашидов, — сказал Краснов.

— Да.

— Ты помнишь, что говорил Гаврилов?

— Помню.

— «Не останавливайся».

— «Не останавливайся», — повторил Рашидов.

— Ты это Зайцеву говорил. Он ещё кому-то скажет.

— Скажет, — согласился Рашидов. — Это уходит дальше. Мы уже не знаем, к кому.

— Это правильно, — сказал Краснов. — Не нужно знать. Главное, что уходит.

Рашидов посмотрел на него.

— Ты сейчас про себя говоришь.

— Может, — сказал Краснов.

— Не «может». Точно. — Рашидов снова повернулся к цеху. — Ты уходишь дальше. Мы уже не знаем, к кому. Это правильно.

Краснов смотрел на цех.

Семёныч и стажёр. Стажёр держал резец — уже правильно, пусть ещё неуверенно. Семёныч стоял рядом и молчал — потому что когда правильно, незачем говорить.

Денисов на втором участке, уверенный, прислушивающийся к станку.

Назарова в новом корпусе — объясняла молодому контролёру, показывала.

Рашидов рядом — двадцать девять лет в этом цехе, ещё столько же останется.

Власов считает что-то — первый рабочий день нового года, новые цифры.

Марченко ведёт завод — правильно, по-своему, как нужно этому времени.

Климов в группе по платформе — ищет следующее узкое место, которое никто другой не видит.

Петухов под Жигулёвском — скоро пойдёт смотреть на участок, думать про весенний посев.

Рита дома — читает, наверное. Ждёт, пока вернётся.

Андрей в Мюнхене — работает, живёт своё, правильное.

Горшков с листком в курилке — пятьсот сорок семь биткоинов, по тысяче с двадцати трёх человек. Растут. Пусть растут.

Краснов смотрел на всё это и думал: вот оно. Вот что он строил тридцать три года. Не корпуса и не конвейер — хотя и это тоже. Вот это: цех, который работает. Люди, которые учат друг друга. Слова, которые уходят дальше, к тем, кого не знаешь.

Резец в руках стажёра. Правильный хват — пусть ещё неуверенный.

Это было то самое.

Краснов постоял ещё минуту.

Потом повернулся к двери.

— Пойду, — сказал он Рашидову.

— Иди, — сказал Рашидов.

Краснов пошёл к выходу. У двери — по привычке, тридцать три года привычки — обернулся.

Цех.

Станки. Люди. Стружка. Свет.

Семёныч и стажёр у крайнего токарного. Денисов на втором участке. Рашидов у дальней стены.

Всё на месте.

Идём, подумал он.

Вышел.

Снаружи был январь — холодный, чистый, с длинными тенями. Завод за спиной гудел ровно. Краснов шёл к проходной, снег скрипел под ногами.

Он не оглядывался.

Конец дилогии «Шестой разряд».

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта [email protected] — получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Шестой разряд 2: 90-е