вместо того, чтобы сражаться со всеми ними, лучше будет покончить со всей угрозой одним махом.

Откинув дверцу на постаменте и найдя там нужное углубление, я вставил туда цилиндр и услышал щелчок. А затем всё вокруг залил яркий белый свет, даже мне с непривычки резанувший по глазам. Но то, от чего я просто ощутил временный дискомфорт, для местных обитателей было равносильно пожару.

Звуки шагов на лестнице сменились яростным шипением, переходящим в отчаянные вскрики, теперь удаляющиеся от меня. Я на всякий случай принялся караулить единственный вход, но так никого и не дождался. Тогда я заглянул за край площадки, где были установлены артефакты-фонари, чтобы посмотреть, что там происходит.

Все упыри, позабыв о пожаловавших к ним людях, словно ошпаренные спешили к парапетам и перелазили через них в надежде за пределами стены отыскать спасительную тень. Хватало и тех, кто никуда уже не спешил, украшая своими мёртвыми телами подступы к башне. И лишь трое людей, остались у подножья маяка, провожая беглецов настороженными взглядами. Правда, один их них почему-то лежал на спине, раскинув руки в разные стороны.

«Внимание. Условия сценария выполнены.»

«Вы можете совершить переход.»

Убедившись, что моя работа здесь сделана, я хотел было начать свой спуск по лестнице. Но перед этим решил посмотреть и в другую сторону тоже. Любопытство моё никуда не делось, и оно требовало удовлетворения.

Ого, а вид-то здесь открывается совсем иной.

— Дэм! Ты там как⁈ Живой⁈ — услышал я зычный голос Вана.

— Нормально! — ответил я. — Что с Плешем?

— Отдыхает, — ответил Орфей, причём таким голосом, будто именно ему этот отдых сейчас был нужнее всех. — Сейчас отправим его к своей ненаглядной. У неё лучше получается справляться с его буйным нравом.

— Если угрозы нет, то не торопись, — посоветовал я. — Поднимайся лучше сюда.

У нас оставалось ещё немного времени до того момента, пока Ковчег сам не выкинет нас из сценария. И мне было интересно знать, что по этому поводу думает Орфей.

Тот поднялся на башню один, оставив Вана сторожить бессознательное тело нашего товарища. Кряхтел и сопел пока поднимался, всем своим видом показывая, с каким трудом ему даются эти усилия. Не герой, а разваливающийся старик. Ну или артист.

Но стоило ему встать рядом со мной, как всё его притворство как ветром сдуло.

— Выходит, мы последние? — спросил меня он.

— Похоже на то.

Следующая за башней часть стены больше напоминала мост, перекинутый через широкое ущелье. Насколько глубоким оно было, я сказать не мог, так как свет по-прежнему преимущественно освещал верхотуру этого растянувшегося на многие километры сооружения, оставляя прилегающие области во мраке. Впрочем, и этого хватало, чтобы увидеть, что превратившаяся в мост стена соединяет скалистую равнину и одинокий каменный утёс. Что там было за ним, с нашей позиции было не видно, так как льющийся с башни свет обрывался на большом каменном куполе, занимающим собой практически всю площадь утёса.

Сам мост вплотную подходил к округлой арке, обозначающей вход в купол. И закрытая до этого момента дверь сейчас пришла в движение, расползаясь своими металлическими створками в противоположные стороны. Будто почувствовала пролившийся на неё из нашей башни свет.

Стена здесь явно заканчивалась, и новых фонарей зажигать не требуется. Да и по поводу назначения этого сооружения теперь были серьёзные сомнения.

— Больше похоже на безопасный путь, — словно услышав мои мысли, сказал Орфей.

— Так и есть, — согласился я. — Знать бы ещё откуда он ведёт и куда.

— Ну хоть поглядим, кто по нему собирается идти.

Раздвижные ворота к этому моменту уже закончили своё открывание, и в подсвеченном артефактом-прожектором проёме появились первые фигуры. До них было не так уж и далеко, метров сто пятьдесят, наверное. К тому же эта странная процессия начала движение в нашем направлении, постепенно выходя на открытое и хорошо освещённое пространство моста. Так что с нашим улучшенным восприятием можно было разглядеть даже некоторые детали.

Ну, во-первых, они были голые. Никакой одежды на покрытой бледной кожей телах не было. А ещё, они были бесполыми. Ни первичных, ни вторичных половых признаков их мускулистые антропоморфные тела не имели. Лысые черепа с высоким лбом, переходящим в широкий плоский нос, ярко выраженные треугольный уши… А ведь некоторое сходство с прозванными Плешем нахцерерами существами тут явно присутствует. Точно не чужие друг другу виды. Но у этих хоть зубы не торчат из закрытых ртов, да и верхние конечности больше похожи на руки, чем на звериные лапы.

Всего я насчитал восемнадцать особей. Стоило им выйти за пределы каменного купола, как двери за их спинами начали закрываться. Они шагали, не оборачиваясь, быстро приближаясь к нашим позициям. Теперь я мог уже увидеть их глаза, которые в отличии от виденных нами ранее упырей имели цвет. А ещё заметил, что не все они одинаково реагировали на свет.

Когда была пройдена первая треть пути до башни, кожа одного из них начала куриться паром. Какое-то время он продолжал шагать, будто не обращая на это внимание. Но вскоре появились первые пузыри, и он не смог больше сдерживаться. На его лице появилась гримаса боли, а сам он попытался укрыться в тени идущего перед ним сородича. Но все прочие расступились в стороны, намеренно подставляя его обжигающим лучам света.

Тогда особь со стремительно обгорающей кожей заметалась по мосту в поисках спасения. Но справа и слева была пропасть, а впереди ещё больше яркого света. В итоге подпаленный бросился назад, к куполу. Но закрытые ворота стали для него приговором. Свет, закончивший плавить его кожу, принялся выпаривать кровь из мяса. Обезумевший от боли он пытался распахнуть железные ворота, всунув пальцы в щель и прилагая для этого всю свою силу. Но всё тщетно. Ещё через пять секунд он упал и затих.

Тем временем остальные продвинулись ещё на треть, не обращая внимания на погибшего собрата. И ещё один из них начал проявлять признаки светобоязни. Сначала незаметные, но с каждым новым шагом всё более очевидные. Когда же пар, идущей от его кожи стал заметен всем окружающим, он отделился от основной группы и зашагал в сторону края моста. Там он взобрался на парапет и, замерев на несколько секунд, рухнул вниз.

Остальные даже не шелохнулись в его сторону. Так и продолжали свой крёстный ход.

— Думаю, нам пора, — сказал Орфей, с явной опаской взирающий на приближающихся к нам гостей. — Надеюсь ты