Второго секретаря райкома партии Самохвалова Валерия Ивановича перевели в другой район третьим секретарем. Волосы на голове у него быстро отросли, и шевелюра стала еще красивей прежней. Оказывается, стричь наголо головы взрослых так же полезно, как и маленьким детям.

Спустя много лет Самохвалов дослужился до начальника административного отдела обкома КПСС, обзавелся семьей и двумя детьми. В его подчинении оказались все силовые структуры, в том числе и милиция с вытрезвителями. Валерий Иванович часто вспоминал тот забавный и в то же время неприятный случай, когда его забрали в медицинский вытрезвитель, остригли наголо, нарисовали на спине номер, сделали больной укол и вдобавок огрели дубинкой. Партийный работник задавал себе один и тот же вопрос: «За что?! Нельзя сказать, что я был трезвый. Но ведь и пьяным я не был. Пил я совсем мало. Ничуть не перепил». А ответ на этот вопрос был довольно банальный. Валерий Иванович в компании просто недоперепил.

Анатолий ГАЛКИН

СПАСИТЕЛЬ ДЕМОКРАТИИ

1

В этот дачный поселок была проложена отличная дорога. Не столько даже отличная, сколько нормальная. Такая, какая должна быть везде — без ухабов и колдобин. Но только везде — с ямами и рытвинами, а в элитный коттеджный городок «Бархатная роща» можно было проехать по ровному, гладкому, широкому асфальту. Прямо как в Австрии или Нидерландах. Не дорога, а еврошоссе!

От шума тракторов и прочих комбайнов поселок оберегал плотный березовый лес. А от местных жителей спасал высокий забор. Он был не каменный, не железный, а из обычных струганых досок. Зато без явных дыр и с колючей проволокой наверху. Дачный сезон уже закончился, и площадка перед воротами была пуста. Никто не толпился у местного магазина, который располагался в доме охранника. Или это сторож жил в магазине?

Черный джип с крутым и красивым именем «Гранд Чероки» прошуршал тормозами и посигналил перед воротами. Сторож не выскочил, как из табакерки, а после минутного ожидания вышел с гордо поднятой головой. Идя к висячему замку, он старался сохранить твердость походки. И это ему удавалось. Валера и трезвый немного хромал, а те сто пятьдесят, что он принял час назад, — так это ему как бегемоту песчинка.

Охранник хорошо знал этот «Чероки». За последний месяц он уже в третий раз приезжал сюда. И публика в машине была все та же — местный дачник с веселой фамилией Бублик, а с ним два странных мужика... Да они все трое странные! Приезжают днем, два часа сидят на даче и уезжают трезвые. И не только тот, который за рулем, а все... Столько придурков на земле!

Валера снял замок, отодвинул одну створку, открыл другую, но джип не двинулся с места. Из него выскочил Бублик и вразвалочку пошел к сторожу... Валере не очень нравился этот неуклюжий Борис Трофимович. Может быть, он был большой ученый, но выглядел клоуном — всегда лохматый и в кособоком пиджаке, который застегнут не на ту пуговицу.

— Извините, Валерий, у меня к вам огромная просьба. Я оставлю вам сотовый телефон. Пожалуйста, в ближайший час держите его при себе.

— Зачем?

— Мы исследуем прохождение радиоволн в березовом лесу. Возможно, мы позвоним тебе...

— Все ясно, Трофимыч! Это называется — проверка связи. Когда я в армии служил, наш капитан любил связистов гонять. Но потом всех награждал... Я согласен, Трофимыч!

— Спасибо, Валерий... Мы отблагодарим.

— Само собой! Такие опыты на бутылку тянут. Даже больше!

— Не сомневайтесь, Валера. Мы вам и закуску организуем.

— Вот это, Трофимыч, лишнее... Не надо меня баловать.

Сторож взял мобильник, а Бублик смешно раскланялся и попятился к джипу... Они поехали по поселку на малой скорости — совсем рядом поворот направо, а потом еще двести метров до упора.

Дом у Бориса Бублика был каменный, но не коттедж. При постройке кирпичи оштукатурили, но зимой печку на даче топили от случая к случаю. Оттого дом обветшал и потрескался. Спасали вид высокие деревья, загородившие щели и прорехи на стенах.

Гости разместились на веранде. В середине дня здесь теплее, чем внутри кирпичного монстра.

Бублик разложил на столе черный ноутбук размером со средний кейс. Он колдовал над ним четверть часа... Владимир Афонин все это время сидел в кресле и сурово молчал. У него был вид начальника, птицы высокого полета, которую обстоятельства временно загнали в эту дыру.

Третий участник опыта выглядел как бандитская «шестерка». Он на полусогнутых бегал по веранде, всячески подгонял Бублика и юлил перед шефом.

Когда взлохмаченный Бублик завершил работу, он взволнованно обратился к Афонину:

— Все готово, Владимир Викторович!.. Прошу вас скрытно написать два задания для сторожа. Только не надо посылать его очень далеко. Задания должны быть выполнимы здесь и сейчас.

— Понятно, Борис Трофимович... Ваши первые опыты провалились полностью и окончательно. Не очень я вам верю!

— Все получится, товарищ Афонин... Вы пишите, пишите.

Владимир Викторович запрокинул голову, выискивая на облупленном потолке хитрые задания для хромого Валеры... Потом он подсел к столу и записал на бумаге два пункта. По одной фразе на одно действие.

Мятый листок Афонин нехотя передал Бублику. В этом жесте было и недоверие, и презрение. Я, мол, знаю, что все ученые жулики. Я знаю, что здесь меня обманывают, но еще немножко потерплю, посмотрю на этот цирк.

А Борис Трофимович был сосредоточен. Он прочел написанное и с кривой усмешкой начал лохматить кудри... Через четверть минуты он в экстазе закатил глаза, вскинул руки над клавиатурой и начал набор вслепую. Прямо как виртуоз на рояле... Прямо как Рихтер или Паганини! А в конце он стал что-то шептать в микрофон.

Эти действия потрясли и солидного Афонина, и «шестерку» Лубяко. Они оба вошли в транс и замерли, как чукчи под пляски шамана. Наконец Бублик кончил и устало произнес: «Теперь надо ждать».

Прошло две минуты... Три... Пять...

Крыльцо заскрипело, дверь веранды открылась, и на пороге появился охранник Валерий. Хромая сильнее обычного, он подошел к столу, вытащил из недр телогрейки бутылку шампанского и водрузил ее перед ноутбуком... Потом вынул из кармана три конфетки «Му-му» и положил их рядом.

— Вот принес... Решил вас порадовать!

Сторож развернулся и ушел в сумрак осеннего сада.

Это был шок для всех! И не потому, что он что-то принес! А потому, что он принес шампанское — напиток не очень для него характерный.

Егор Лубяко мигом метнулся