почувствовал на лице более свежий воздух, - но звук доносился не оттуда - он доносился снаружи, отовсюду, из долины. И он, безусловно, становился громче... 

-Бэнкс-

На этом заканчивались страницы дневника; они достаточно заинтриговали его, и он с нетерпением ждал продолжения истории, но мог лишь надеяться узнать о судьбе викторианского отряда позже. К тому же, ему вообще не следовало это читать. За невнимательность во время вахты он бы хорошенько отчитал любого из остальных; сейчас не было времени на халатность в службе.

Он сложил страницы дневника вместе с блокнотами и фотоаппаратом и снова упаковал рюкзаки, за исключением ноутбука, который оставил рядовым, чтобы те его разблокировали. Затем он взял сигареты и пошел встать у входа в каньон, где ему и следовало быть с самого начала.

Но даже тогда его разум не давал ему покоя: мысли снова возвращались к тому другому шотландскому отряду, который искал неприятностей и нашел их. Его заинтриговало одно из имен - Энди Хайнд. Конечно, это была нередкая фамилия на Западе Шотландии, но совпадение между тем, кто тогда служил, и его недавно ушедшим в отставку другом было слишком очевидным, чтобы его игнорировать, и это было тем, чем он обязательно выяснит, как только они вернутся домой. Если ничего другого нет, это будет история, которую он сможет рассказать своему старому приятелю за пивом или даже тремя.

Он заставил себя сосредоточиться на более насущных делах, но даже они вновь возвращали его к дневнику; он намеревался направиться к тому самому оазису, который когда-то был полковым штабом викторианского отряда. Найдут ли они следы того давнего лагеря? Или, как он надеялся, найдут ли они следы - а может, даже саму команду - недавней исследовательской экспедиции?

Верблюд, однако, оставался загадкой. Он явно сбежал из той экспедиции. Но откуда взялась кровь? И почему никто не выследил его и не вернул, учитывая, насколько он был ручным в присутствии людей?

Эти вопросы все еще кружились у него в голове, когда несколько часов спустя Вигго пришел сменить его.

- В кофейнике есть кофе, капитан, - сказал он. - После меня на дежурство выходит Дэвис.

Перед уходом Бэнкс выкурил сигарету вместе с сержантом и рассказал ему о дневнике и именах, которые он там прочитал.

- Хайнд? Как думаешь, это совпадение?

- Может быть, да, а может быть, и нет, - ответил Бэнкс. - Мы оба знаем, что военная служба в семье Фрэнка уходит корнями далеко в прошлое. Может, у него был прапрадед, который служил в этих краях. Если нам повезет, мы, возможно, сами узнаем об этом побольше позже. А пока присмотри за этим верблюдом; возможно, у него есть еще истории, которые он может нам рассказать.

- Постараюсь не спугнуть ее, - сказал Bиггинс с улыбкой.

- Тогда это будет еще один новый опыт, - ответил Бэнкс и направился к своему спальному мешку.

Когда он проснулся, небо с востока уже темнело. В каньоне по-прежнему стояла невыносимая жара, но все отдохнули, на них не напали... и верблюдица не сбежала. Бэнкс счел это небольшой победой. Он присоединился к остальным за быстрым завтраком.

Уилкинс и Дэвис вдвоем взломали ноутбук, но не нашли ничего значимого, кроме того, что им и так было известно. На жесткий диск были загружены те же фотографии, что он видел на камере, и было несколько писем домой, но все они заканчивались в оазисе, который был их следующим пунктом назначения.

- Похоже, придется действовать жесткими методами, - сказал Бэнкс, после чего приказал отряду приготовиться к выходу.

Когда они направились на запад, выйдя из тупикового каньона в главное ущелье, верблюдица проявила первые признаки непокорности; она явно не одобряла возвращение тем же путем, по которому пришла, и сильно дергалась, сопротивляясь руке Дэвиса, державшей поводок.

- Что-то ее напугало, капитан, - сказал рядовой, но Бэнкс и сам это ясно видел.

Во что мы вляпались на этот раз?

В течение следующих пары часов Бэнкс слышал, как Дэвис бормотал проклятия в адрес верблюда, призывая его двигаться. По крайней мере, она пока что оставалась с ними, но начала реветь от раздражения, угрожая выдать их положение любому, кто мог бы их выследить. Наконец Бэнкс услышал достаточно. Он вернулся к животному, забрал камеру и блокнот, которые сунул в свой рюкзак, а затем дал верблюду по заднице.

- Ну, иди же, - сказал он. - Мы не будем держать малышку там, где ей некомфортно.

- Говори за себя, - сказал Вигго.

В ответ верблюдица зарычала - почти как рассмеялась - и тут же умчалась прочь, направляясь на восток длинными скачущими шагами. Вскоре она исчезла в сумерках. В каньоне ненадолго раздалось эхо ее шагов, а затем воцарилась тишина.

В полночь они устроили перерыв, чтобы покурить и попить воды.

- По моим подсчетам, мы на полпути к тому месту, где каньон снова выходит в пустыню, - сказал Бэнкс. - Значит, нас ждет пару часов тяжелого перехода по песку до оазиса.

- А после этого? - спросил Вигго.

- Два дня на запад, в горы. Может, три.

- И такой же тяжелый переход на обратном пути, возможно, с больными или ранеными? - добавил Дэвис.

- Ага, - сказал Бэнкс. - Если ты думал, что это прогулка по парку, то подумай еще раз. Если будем спешить, то к рассвету сможем добраться до того оазиса. Обещаю вам там более длительный отдых.

Оценка Бэнкса оказалась верной. Еще четыре часа в ущелье привели их к месту, где оно снова выходило на море дюн. На западном горизонте виднелась более темная тень, которая, как он догадывался, должна была быть оазисом, но точно узнать это можно было только при дневном свете, и он надеялся к тому времени уже быть там.

- Вперед, ребята, - сказал он. - Кто последним доберется до бара, тот платит за всех.

-Дэвис-