Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Такое может позволить себе замужняя женщина. Если муж разрешит, — говорила она.
А я помнила, как весело нам было жаркими летними днями на берегу Сонаты с мамой и папой. Папа катал маму и меня на руках, мы брызгались, смеялись, и, казалось, это лето не кончится никогда. Но оно кончилось, и все кончилось. Определенно, мне сегодня не грозило стать душой компании с таким настроем, но я и не претендовала. Мой план-максимум на сегодня — не хлопнуться в обморок на жаре из-за туго затянутого корсета. И не сказать ни одному из друзей Густава ничего такого, что…
— … заставит меня краснеть. Слышишь, Айрис? Прибереги свой нрав для меня, я уже привыкла. И не вздумай говорить о своих артефактах или о том, что ты там собиралась изобрести. Слава Всевышнему, тебя не взяли.
Я плотно сжала губы и пообещала себе молчать не только всю оставшуюся дорогу, но и весь оставшийся пикник. Впрочем, когда дорога перестала тянуться вдоль поля — мы повернули и увидели невероятное, роскошное поместье Густава. Он построил его в подарок для Фриды, очень быстро, надо сказать, построил, буквально за три года после их свадьбы. Сегодня было первое лето, когда они принимали здесь, здесь же они планировали жить и зимой — дом был снабжен новейшими артефактами отопления, хорошими каминами, в общем, обошелся Густаву в целое состояние.
Тут и правда было на что посмотреть! Три этажа, высокие колонны, балконы, подъездная дорожка и площадь с фонтаном перед домом, а за ним — ухоженный парк. Пока что я обо всем этом только слышала, сейчас же невольно залюбовалась. Да, малышу Фриды будет где разгуляться. На мысли об этом я улыбнулась. Определенно, на этом пикнике будет кое-кто замечательный — Ребекка! Дочь Деспины от меня ничего не требует и просто счастлива, что я есть, даже если нрав у меня ужасный. Вот с ней и буду общаться.
Густав с Фридой встречали нас на роскошном крыльце, не менее роскошная лестница вела вниз, на подъездную дорожку. Достаточно широкая для того, чтобы любая леди, даже с самым большим кринолином могла подняться или спуститься в компании своего кавалера.
Я едва успела об этом подумать, когда кучер поставил к экипажу лесенку. Дворецкий подал мне руку, чтобы помочь спуститься, и в этот момент…
— Дракон? — Фрида ахнула это так непристойно громко, что тетя Клэр округлила глаза.
— Дракон?!
— Дракон!
Все, как по команде, задрали головы. Слуги, кузина с супругом, даже Мари и Карина высунулись из окна экипажа, чтобы посмотреть, и я не стала исключением. Это и правда был дракон! Огромный, пламенно-красный, его чешуя полыхала алым на солнце, он летел со стороны Арманбурга и стремительно увеличивался в размерах. Его тень скользила как огромная черная ладонь, молниеносное стирающая солнце с земли.
Миг — и вот он уже над нами, спикировал на нас.
Кто-то оглушительно завизжал, но кто — я так и не поняла, потому что дракон подхватил меня лапой: легко, как пушинку, и вновь стремительно взмыл ввысь. От резкой смены положения у меня закружилась голова, меня затошнило. Если бы я что-то съела за завтраком, это что-то оказалось бы на голове у тети Клэр, но, к счастью, я пила только воду. Поэтому сейчас у меня перед глазами всего лишь замелькали звездочки, их становилось все больше, больше и больше — чем дальше удалялась земля. Видимо, они нужны были для того, чтобы освещать темноту, окутавшую меня перед тем, как я потеряла сознание.
Глава 7.
* Адарен Веррес *
Девчонка лежала на кровати и выглядела трогательно-невинной. Впрочем, она и была невинной, но чем больше дракон на нее смотрел, тем больше злился. В его планы не входила истинность, у него и без этого проблем было по горло. А теперь вот…
— Я говорил, что надо было сразу пригласить ее к себе для приватного разговора, — сообщил лениво развалившийся в кресле Базиль. — Сразу, как мы поняли…
— Что? — холодно поинтересовался Адарен. — Что она — истинная? Ты знаешь, чья именно?
Базиль пожал плечами и уставился в вырез девушки, за что Адарену захотелось дать ему затрещину. Брат никогда не отличался строгими принципами, не говоря уже о том, что девушки в его постели сменяли одна другую с завидной регулярностью. Замужние, незамужние, драконессы, простые женщины…
— Базиль! — рявкнул Адарен, теряя терпение, когда тот приподнялся, чтобы получше рассмотреть ее декольте. Там, признаться честно, было на что посмотреть, природа Айрис Шотторн не обделила, но безразличие брата к общей проблеме и его нежелание становиться серьезным даже сейчас выводили из себя посильнее общей истинности.
— Не рычи на меня, — ноздри дракона дрогнули.
— Мы все еще не придумали, что скажем ей, когда она очнется, — перебил Верт, вставая таким образом, чтобы оказаться между Адареном и Базилем, а заодно заслонить последнему обзор на декольте Айрис. — Я предлагаю правду.
— Правду? — хохотнул Базиль. — О том, что у нас один дракон на троих? И что мы понятия не имеем, чья она истинная?
Адарен посмотрел на него в упор, жестко, но тот только хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Все началось немногим более недели назад, когда они втроем в один день столкнулись с Айрис Шотторн. И одновременно почувствовали изменения в энергетике дракона. Сначала Адарен не придал этому значения, из-за проклятия, лишившего их возможности обращаться по одиночке и превративших в единое целое, что в драконьем мире случилось впервые и представляло собой весьма опасный магический парадокс, в общей энергетике второй ипостаси постоянно творились какие-то странности. Но прошло совсем немного времени, и он начал осознавать, что эта странность совершенно иного рода.
Его постоянно на уровне инстинктов отбрасывало в день встречи. Когда к нему с этим пришел Верт, Адарен заподозрил неладное. Базиль нехотя подтвердил, что да, его тоже слегка дергает по поводу смазливой рыжей девчонки, которая планировала поступать на факультет магинженерии. Помимо прочего, дракон постоянно порывался обернуться и лететь за ней, из-за чего братья последнюю неделю ходили на взводе, не имея ни малейшего представления, что с этим делать.
Истинность в их мире — небывалая ценность. Дар. Бесконечное благословение.
Если ты не собираешься
