находясь в объятиях Эрика Бладсингера, безмолвного и спокойного, я отчетливо понимала каждое чертово слово.

Ибо мое сердце безудержно кричало о том же: этот мир и королевство имели значение лишь только потому, что он оставался их важной составляющей.

Глава 34

Змей

Со стороны Дома Приливов доносился морской бриз, который ощущался намного прохладнее, чем в других домах Королевства Вечности. Льющийся лунный свет окрашивал волны в серебристый цвет, пока нос Вечного корабля рассекал морскую гладь. В воздухе стояла непереносимая тяжесть от смешавшихся соли и древесного дыма. Огненные всполохи озаряли тихую ночь. Берега Йрона опоясывали прочные каменные башни, с вершин которых множество больших котлов с голубым и золотым пламенем освещали путь кораблям, заходящим в его порты.

Вдоль береговой линии не наблюдалось внушительных пиков, как в Доме Клинков или королевском городе, но на скалистых участках громоздились каменные домики, окружавшие деревенскую площадь.

Корабль, подобно призраку на воде, бесшумно проплывал через узкие островки, ведущие к главным берегам. В воздухе витал привкус соли, разносимый с ветром со стороны фруктовых садов, где в ряд росли деревья с плодами огненной сливы. Косточки с шипами и оранжевая кожура использовались ткачами костей для облегчения боли, а мякоть продавалась среди знатных домов в качестве деликатеса.

Стоило нам подойти к ветхим морским воротам, как над берегом разнесся веселый звон колоколов, возвещающих о нашем прибытии.

Красные языки пламени, пылавшие в огромных железных котлах на вершине стен, сменились ядовито-зеленым оттенком, и толстые деревянные ворота распахнулись. В спокойных заливах стояли небольшие лодки, которые переправляли людей к берегам, не перегружая порты и доки огромными кораблями. Йрон всегда был приверженцем строгого порядка и испытывал нескрываемое наслаждение, контролируя всех, кто ступал на его берег, начиная от простолюдина и заканчивая самим королем.

Я протянул руку Ливии, не удостоив приветствиями отправленных за нами слуг.

Боги, до чего же привлекательной была эта женщина. Она предстала передо мной с волосами, заплетенными в традиционные тугие косы, украшенные костяными бусинами ее народа, но на голове был повязан один из черных платков, скрывавших прическу от чужих глаз; тугой корсет подчеркивал изящные изгибы, а плотная юбка надежно прикрывала ноги, защищая от пронизывающих морских ветров. Увиденное зрелище навело на мимолетную мысль затащить свою королеву обратно в спальню.

Идеальное сочетание двух так непохожих друг на друга миров.

Земные фейри, Селин и Тэйт, заняв свои места в лодке, последовали за нами. Стиг и Сьюэлл остались на берегу, а Гэвин и Тэвиш вызвались присматривать за входящими в порт судами.

Около пристани нас уже ожидала черная карета, расписанная эмблемой со знаменем Йрона: череп, запертый в неистовой волне.

– Эрик. – Пожав мне руку, Ливия жестом указала на бредущих по главной рыночной площади жителей деревни. Многие из них были одеты в лохмотья и настолько истощены, что напоминали жерди, головы покрывали тонкие платки, а из глоток то и дело вырывался кашель.

Лишь немногие осмеливались взглянуть в нашу сторону, но быстро опускали глаза.

Открывшаяся неприглядная правда заставила волосы зашевелиться на руках, и я крепче сжал ладонь Ливии.

– Держись рядом.

– Мой король. – Лакей опустил подбородок, придерживая дверь блестящей кареты, запряженной четырьмя лопоухими хортхейнами.

Поставив одну ногу на подножку и повернувшись лицом к мужчине, я испытующе посмотрел на него.

– И?

Он нерешительно поднял глаза, колеблясь с ответом.

– Прошу прощения?

– Мой король и… – огрызнулся я, обнимая Ливию за талию. – Неужели тебе показалось, что перед тобой стоит только одна-единственная королевская персона?

Глаза мужчины округлились, он выглядел растерянным, но поклонился в пояс.

– Простите меня, миледи…

– Королева, чертов ты ублюдок. Она не только миледи дворца, но и твоя Королева Вечности.

Ливия резко втянула воздух через нос, но не стала прижиматься ко мне. Я, несомненно, почувствовал бы ее участившийся пульс, желание исчезнуть, вызванное нарастающим беспокойством, если бы нас по-прежнему соединяли сердечные узы. Она выпрямилась, словно отстаивая свое законное место, что указывало на сопротивление внутренней тревоге.

– Разумеется, – напряженным голосом согласился он и отвесил новый поклон, повернувшись лицом к Ливии. – Ваше величество. Добро пожаловать.

– Не вынуждай меня повторять дважды, – прорычал я, пропуская Ливию вперед.

Лакей поспешил поприветствовать остальных, обратившись к ним просто «почетные гости».

– Значит, это и есть Дом Приливов. – Джонас громко расхохотался. – Отличный способ завоевать немного преданности, мой король. Хватать и кусать каждого на своем пути.

Я недовольно хмыкнул и уставился в окно, переплетя свои пальцы с пальцами Ливии. Вдоль дорог выстроились жители, на чьих изможденных телах висело рванье, а опустошенные, почти подавленные лица выражали отчаяние. Что за чертовщина здесь творится? Йрон вечно тешил свое эго, рассуждая о своих богатых землях, гордом народе и успешной торговле.

Казалось, что попадавшимся на нашем пути местным жителям давался с трудом каждый шаг, и они могли рухнуть в любой миг.

Вален внимательно наблюдал за местными через противоположное окно.

– Это был правильный шаг.

– Что ты имеешь в виду? – недоуменно спросил Джонас.

– Если мы желаем изменить представление о ее власти, ему нельзя позволять неуважительно относиться к своей королеве. Ни в малейшей степени. – Вален настолько откровенно высказался, настолько благосклонно поддержал мою вспышку гнева, что я сомневался, правильно ли его расслышал.

– Говоришь так, словно познал это на собственном опыте? – Ливия поджала губы.

– Верно.

– Боги. – Ливия покачала головой. – Почему вы с маж никогда не рассказывали нам все эти гнусные подробности вашей истории?

Вален криво усмехнулся.

– И позволить тебе считать меня королем, теряющим самообладание? Ни за что, радость моя.

– Не думала, что скажу это, Змей, – прошептала Ливия, – но с моим отцом у тебя гораздо больше общего, чем я предполагала.

Ее слова не требовали опровержения. С каждым днем я все больше узнавал об убийце своего отца и глубже понимал мотивы его поступков и жестокости, словно смотрелся в собственное отражение через стекло. Каждый предпринятый шаг, даже смерть предыдущего Короля Вечности, совершался ради защиты его королевы, семьи и народа.

До особняка Йрона, представлявшего собой трехэтажное деревянное строение, окруженное плетнем, где из каждого окна развевались на ветру простые голубые знамена, призванные имитировать морские приливы, было рукой подать.

– Король Эрик, ваше прибытие – огромная честь для меня. – Йрон, стоя на верхней каменной ступеньке, с усмешкой наблюдал, как мы один за другим выходим из кареты. Его тон отличался такой претенциозностью, что казалось, будто он вот-вот раскашляется от усилий, которые прилагал, чтобы говорить через нос.

На расстоянии двух шагов от него стояла девушка с серебряными волосами, похожими на вспышки звездного света. Она