лестницу. Ица раскинула руки, качнулась из стороны в сторону, и все вокруг скрыли лунные волны. Значит, у сестры еще есть силы поддерживать завесу! Надо спешить, невидимыми проскользнуть мимо искателей и слуг, добраться до сада, пока Мать-Королева не вырвалась из ловушки.

– Она меня услышала! – Ица смеялась, в голосе мешались восторг и ужас. – Поняла, что я тут! Больше не считает никчемной пустышкой!

– Скорее, Ица, идем! – Креж взял ее за плечо, повлек вниз по ступеням. – Успокойся. Сейчас главное – добраться до колодца.

Сам он спокойным не выглядел. Риз и не помнил, чтобы раньше видел улыбку наставника, а теперь тот усмехался и казался почти безумным.

Риз на бегу покосился на Хишу: как она? Не отставала, крепко сжимала его ладонь, но дышала тяжело. Золотые ростки теперь вились вокруг них обоих: не понять, в какую сторону текут, от кого кому передают силу.

Вниз, вниз, вниз! Ица вела за собой. Сперва бежала без остановки, но потом вскинула руку и замерла. Издалека донеслись голоса, шаги прошелестели и смолкли. Лунная завеса всколыхнулась, и Ица устремилась вперед. Риз, Хиша и Креж двинулись следом.

Но теперь они шли крадучись, то и дело останавливались. Слишком медленно! Вдруг Мать-Королева уже освободилась? Но выбора не было. Ступени, ступени, а потом коридор – знакомое место, за этими дверьми учебные комнаты! – и снова вниз.

Когда последний виток лестницы остался позади, Креж сказал:

– Дворец теряет прочность.

Как это? Риз глянул под ноги. Пол был обычным, твердым. Мраморный, а не хрустальный, значит, это уже первый этаж, восточное крыло, сад совсем рядом.

А потом Риз присмотрелся и понял, о чем говорит наставник.

С малолетства детей Королевы учили: просто так во второй мир не попадешь. Сперва надо сосредоточиться, представить, что опора прозрачная, попробовать ощутить это. Тогда покажется свет второго мира, едва заметно окрасит землю. И после этого можно попытаться заглянуть вниз, а потом и спуститься. Ни один искатель, даже самый опытный, не сумеет спрыгнуть, пока не увидит этот свет.

И теперь то тут, то там среди прожилок мрамора появлялись призрачные голубые отсветы – и тут же таяли. И никаких усилий не нужно, чтобы их увидеть.

Хиша прижала к груди стиснутый кулак и выдохнула:

– Я забрала часть ее силы.

Как ей это удалось? Может, дело в той огромной бусине, от которой тянулся золотой росток? Точно! Наверное, ее-то Хиша и прячет сейчас в кулаке.

– Все разрушится, – прошептала Ица, и не понять было, в ужасе она или ликует. – Мы станем как аи!

– Только если вернем поток, – ответил Креж. – Идем. Мы уже близко.

Может, и близко, только у всех выходов наверняка поджидают слуги. Они всегда останавливали Риза, когда он пытался улизнуть с уроков или сбежать с многолюдного празднества в сад. Поэтому он отыскал другой путь, и там его не ловили ни разу. Придется рассказать об этом при наставнике, пусть Креж ругается, если хочет. Риз теперь не его ученик, а стажер в экипаже исследователей.

– Я из окна всегда прыгал, – сказал он. Креж взглянул на него, качнул головой. – Это где-то тут.

– Вон там. – Ица лукаво улыбнулась, указала вперед. – Я тебя видела в день затмения.

Так вот как она тогда оказалась у колодца! Получается, следила? Только нет смысла на нее сердиться. Ведь если бы не Ица, Риз не спрыгнул бы в нижний мир, не встретил бы Хишу, не узнал про поток. Так и сидел бы на скучных уроках, слушал попреки наставников.

Как и раньше, окно открылось без труда. Креж выбрался первым, за ним Ица. Риз помог Хише влезть на подоконник, и та нерешительно шагнула к краю. Боится? Точно, тут ведь высоко, два ее роста, не меньше. В нижнем мире с такой высоты не прыгают.

– Да ладно тебе! – сказал Риз и покрепче сжал руку Хиши. – Мы и вверх, и вниз по мирам скакали, а тут совсем ерунда.

Хиша глянула на него, словно хотела возразить, но передумала, кивнула. Золотые ростки вновь взвились вокруг них обоих, затрепетали. Как крылья! Риз не стал ждать, потянул Хишу за собой.

Земля спружинила, на миг налилась лазурью. Треснет, откроет дорогу вниз? Нет, пока еще прочная.

– У меня кончаются силы, – призналась Ица. – Надо спешить.

Риз огляделся и понял: лунная завеса истончилась, просвечивала. Сквозь нее виднелись прозрачная трава, стволы деревьев и морозный узор листвы. Рассвет догорал, небо светлело.

Когда добрались до места, солнце уже налилось белизной, и на поляне лежала длинная тень колодца. Яркие лучи вычерчивали его древнюю кладку. Риз подбежал, перевесился через край. На миг почти поверил, что увидит на немыслимой глубине алый блеск самого нижнего мира, но нет, колодец был забит землей. На стенках изнутри мерцала изморозь: все как тогда, перед затмением. Только сегодня затмения не будет.

– Возьми. – Креж достал из кармана мелкую вещицу и протянул Ризу. Что это, панцирь улитки? Зачем? – Заиграй, когда я разобью дно.

– Шаманский свисток, – тихо подсказала Хиша. – Он позовет поток.

Ничего себе! А почему раньше никто про эту штуку не говорил? И откуда она у Крежа? Ладно, расспросить можно и потом. Риз взял свисток, сжал в кулаке.

Креж положил на край колодца посох, принялся возиться с ним. Только теперь Риз понял, какой это сложный инструмент. Весь увешан колбами, обвит трубками, то тут, то там медные вентили. Креж крутанул один из них, сдвинул вниз широкую пластину, повернул рубильник. По трубкам побежала нестерпимо-зеленая жидкость, забулькала в склянках.

Риз покосился на Хишу: та тоже следила, как Креж настраивает посох. А вот Ица не могла устоять на месте. Металась вокруг колодца, взмахивала руками, звала лунные волны. Те появлялись и тотчас пропадали, а сестра замирала, с тревогой смотрела в глубину сада, а потом снова начинала кружиться по поляне.

Хиша придвинулась ближе к Ризу и прошептала:

– Она не зря боится. Королева сломала ловушку, идет сюда.

Уже! И как узнала, что они тут, у колодца? Хотя наверняка Матери-Королеве все известно про поток. Или искатели подслушали в третьем мире разговоры змей-молний и пересказали ей. Или она просто пошла по следу силы, которую забрала Хиша.

– Готово, – сказал Креж.

Он выпрямился, поднял посох и запрыгнул на край колодца. Ица замерла, прижала руки к груди. Риз невольно затаил дыхание.

Креж размахнулся и ударил посохом по дну колодца.

Грохот отдался в костях черепа, взорвался болью. Мир вспыхнул и почернел, зашатался. Риз вслепую схватил Хишу, прижал к себе. Он ничего не видел, но чувствовал, как ростки жизни парят вокруг, переплетаются, бьются в такт