подозрения. Мираи пообещала, что скоро вернется — а пока у нее есть еще другие дела.

— Лавок с принадлежностями для письма не так уж много в городе, — сказал Кай, когда вся троица оказалась на улице. — Думаю, можно начать с ближайшей.

Ближайшая лавка для писцов и художников нашлась в двух кварталах. Правда, она была закрыта. Пока Шин и Кай спрашивали неподалеку, когда вернется хозяин, Мираи разглядела в дорожной пыли белый цветок мака из шелка, подняла его и подозвала к себе парней.

— Думаю, это принадлежало той девушке, Юми. Она точно была здесь. Нужно немедленно обыскать это место.

Шину не очень хотелось проникать в чужой дом, но пришлось.

Внутри лавки было довольно пыльно — похоже, хозяин отсутствовал вот уже несколько дней. Повсюду лежали бумажные свитки, отдельные листы стопкой, наборы для каллиграфии — в общем, ничего необычного.

Тут Мираи взмахнула рукой — и одна из стен лавки преобразилась: стеллаж с товарами исчез, а на его месте оказалась раздвижная дверь.

— Это был морок, наложенный демоном, — объяснила Мираи. — И даже мне не удалось бы его обнаружить, если бы не этот цветок. Хозяйка цветка была здесь.

Мираи показала белый шелковый мак изумленным Шину и Каю.

— Иногда вещи обладают памятью, — продолжила Мираи, как будто разговаривая сама с собою. — Так, вы пока постойте здесь, я сама разберусь с демоном.

И демоница скрылась за потайной дверью. Правда, долго Шину и Каю ждать не пришлось: спустя несколько минут Мираи позвала их.

За потайной дверью оказался типичный лиоддийский сад — с полукруглыми мостиками, прудом и причудливо подстриженными деревцами и кустарниками. Извилистая вымощенная дорожка привела друзей к уютному одноэтажному дому. Это демон неплохо скрылся от чужих глаз.

Впрочем, самого демона в доме не оказалось — потому-то Мираи и позвала парней. В доме было всего несколько комнат, и в одной из них хранились рисунки. Удивительно красивые портреты тушью молодых девиц — и их было не меньше сотни. На каждом портрете было написано женское имя и дата. Портрет Юми нашелся среди них — судя по дате, он был последним. Красавица с белым маком в волосах смотрела с портрета таким печальным взглядом…

А портрета Цумы не было — видимо, она стала случайной жертвой.

— Он рисовал портреты девушек, а потом убивал их, — с горечью произнес Шин. — Проклятый, проклятый демон!

— Ну… нарисовано талантливо. Они как живые, даже смотреть боязно, — сказал Кай и решил выйти в соседнюю комнату. Открыв там один из шкафов, он резко закашлялся.

— Ф-фу, ну и запах! Да тут все опиумом провоняло!

В шкафу была небрежно сложена мужская одежда — и вся она пропахла опиумом. Следы опиума нашлись и в других комнатах.

— Похоже, этот демон — настоящий наркоман! — воскликнул Кай. — А такое бывает?

— Бывает, — сказала Мираи. — На демона опиум влияет так же пагубно, как и на человека. Более того — под опиумом демон будет для вас не опасен, так что мы можем продолжить поиски в одном из опиумных притонов.

— Мы должны забрать эти рисунки и отнести магистрату! — сказал Шин и стал складывать портреты дрожащими руками в холщовый мешок.

— Шин, ты же знаешь, мы не сможем этого сделать, — сказала Мираи, положив ему руку на плечо. — О демоне никто не должен знать.

— Тогда… мы должны отыскать родных этих девушек! Они заслуживают хотя бы поминальной таблички, заслуживают молитв!

Мираи решила не спорить с Шином — пусть делает, как считает нужным. И она тоже сделает то, что считает нужным.

Выходя из дома демона-убийцы, Мираи вылила на пол масло из лампы и подожгла его.

— Огонь очистит это место, — сказала она.

Разгорающийся пожар был похож на вчерашний погребальный костер в деревне, который наблюдал Шин. Огонь уничтожит все улики, и люди никогда не узнают правды. Хорошо, что он не позволил сжечь портреты. Потом Шин придумает, что с ними делать.

Из-за пожара жители окрестных домов стали выбегать на улицу, как муравьи из муравейника. Тушить нужно было сообща, чтобы огонь не перекинулся на другие строения.

Поднявшийся переполох оказался Мираи и ее спутникам на руку: среди зевак Кай смог вычислить опиумного наркомана (у того были темные зубы, проплешины на голове и блуждающий взгляд). Заведя наркомана за угол, Кай и Шин выяснили у него, где находится опиумный притон.

Грязный подвал в одном из переулков был весь наполнен опиумным дымом. Хозяину, сгорбленному старому шансийцу, похоже, было абсолютно все равно, кто к нему приходит. Император или нищий, человек или демон, городской стражник или сбежавший преступник — проходи, не стесняйся, только деньги изволь заплатить. Совсем немного денег — и ты забудешь о своих проблемах и погрузишься в мир грез.

Совершенно равнодушным взглядом старик проводил вошедших в притон Мираи, Шина и Кая.

…Мираи сразу почуяла его. Демоны-лисы чуют себе подобных. Она показала Шину и Каю на одного из лежащих на грязных тюфяках молодых мужчин. Он был практически в бессознательном состоянии и что-то мычал про себя. Жалкое зрелище. Его длинные черные волосы были грязными и спутанными, богатая одежда вся помята и в каких-то подтеках. Лицо мужчины, кажется, было красивым — впрочем, все демоны отличаются привлекательной внешностью.

— Забирайте его — и уходим отсюда, — сказала Мираи парням.

Шину и Каю пришлось взять бесчувственного демона под руки и поволочь к выходу. Шин испытывал чувство омерзения, а Кай не переставал удивляться событиям, что приключились с ними в последнее время. Да уж, в книге учителя Такеши ничего подобного описано не было.

Но выход им неожиданно перекрыл старик-шансиец:

— Этот господина дольжен десят золята, — сказал он с шансийским акцентом и указал на демона крючковатым желтым пальцем.

К счастью, деньги не были проблемой, Мираи расплатилась, и вот все трое оказались на улице и наконец вдохнули свежий воздух полной грудью.

— М-да уж, настоящая беда Лиоддо — это никакие не демоны, а опиум! — констатировал Кай. — Но что дальше, Мираи?

— А дальше — я предлагаю вам посмотреть поединок демонов. Но не здесь — за городом.

Они арендовали экипаж, который нашли неподалеку, и вскоре оказались за городом, в лесу. Остановились на поляне, со всех сторон окруженной густыми зарослями.

Демон по-прежнему был в беспамятстве.

— Спрячьтесь в зарослях и смотрите, — сказала Мираи Шину и Каю. — Этот демон не должен ничего о вас узнать.

Шин и Кай притаились за кустами и стали наблюдать. Мираи пыталась привести демона в чувство обычными методами — прыснула водой, побила по щекам — но без толку. Тогда она положила руку ему на грудь