Джаггер Коул

Король — Охотник

Короли и злодеи. Книга 4

Важно!

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен не в коммерческий целях. После прочтения удалите файл

Перевод текста осуществлял телеграмм-канал "Mafia World" больше горячих и мафиозных новинок вы сможете найти на канале https://t.me/GalY_mafia.

Предупреждение о триггерах

В этой книге затрагиваются тёмные темы, включающие фетиш преследования, CNC (согласие, которое можно отозвать в любой момент) и игровое удушье, а также графические описания психологической травмы из прошлого. Хотя эти сцены были написаны для создания более яркой и глубокой истории, они могут стать триггером для некоторых читателей. Пожалуйста, читайте с осторожностью.

Глава 1

ТАТЬЯНА

Тьма ночи кружит вокруг меня, впиваясь когтями в периферию моего зрения и рыча на мои бешено стучащие ноги. Ветви хватают меня за волосы и щиколотки, царапая кожу и оставляя следы от ударов, которых я не чувствую из-за глухой, давящей тяжести в груди.

Мое дыхание прерывисто, когда я бегу босиком и нагая сквозь черный лес. Гулкое тук-тук-тук моего пульса, ревущего в ушах, заглушает всё: жжение от сучьев и сосновых иголок под ногами, ветви, хлещущие по открытой коже, приподнятый корень, о который я ударяюсь голенью, перепрыгивая через него, кричащую жестокость страха и темный прилив возбуждения, идущий с ним рука об руку.

Гулкий, ухающий звук тяжелых мужских ног на тропинке позади становится громче. Низкий рык его дыхания, когда он преследует меня... ритмично, бесконечно, без сна. Животная, неумолимая, абсолютно движимая сила в дюйме от того, чтобы схватить меня.

Адреналин кричит в моем теле, когда я слышу, как он приближается. Его дыхание, горячее на моей шее; его кончики пальцев едва касаются кончиков моих длинных волос, за миллисекунды до того, как запутаться в моих прядях и дернуть меня на землю, как добычу, которой я и являюсь.

Я кричу, мое горло изможденное и хриплое, моя кожа одновременно сжимается и трепещет от его прикосновения и того единственного мгновения, когда я перейду от преследуемой к пойманной. От убегающей к прижатой.

От свободной к его.

Страх пронзает меня, вгоняя энергию в мои конечности и воспламеняя последние несколько капель топлива, оставшиеся в баке. С рыданием, вырывающимся из моих губ, я рвусь вперед, сворачивая то влево, то вправо меж черных деревьев и клубящихся теней. Ветви полосуют мое лицо, разрезая мою кожу — оттягивая меня назад, словно сам лес, по которому я бегу, подчиняется его воле, полный решимости доставить меня в его объятия.

Безликий. Яростный. Непрестанный.

Мой ядовитый страх и мое темное возбуждение.

Тень, что преследует меня, кричащую сквозь ночь, и оставляет меня дрожащей и жаждущей продолжения, когда все кончается.

Я бросаюсь меж двух деревьев и резко сворачиваю влево, несясь к просвету в лесу. Топот его шагов становится ближе, ближе и ближе. Мое сердце ревет, мои мышцы кричат, а мое нутро сжимается, когда я выуживаю последние остатки сил, заставляя себя просто добраться до поляны.

Если я доберусь до поляны, я буду в безопасности. Я буду свободна от его ядовитой, всепоглощающей потребности во мне.

До следующего раза.

С удушающим, хрипящим звуком, вырывающимся из горла, я устремляюсь вперед.

Глаза на цели.

Не оглядываться.

Проглотить страх.

Бежать.

Что-то острое режет свод моей босой ступни. Я кричу, спотыкаясь, но удерживаю равновесие. Это лишь четверть секунды... но этого достаточно.

Я чувствую эфемерную пульсацию его силы за спиной прежде, чем ощущаю вполне физическую хватку его рук, смыкающихся на моей шее сзади.

О Боже...

Мои глаза вылезают из орбит, мое горло перекрывает крик. Горячие, стальные мышцы обхватывают мое тело, прижимая меня к его обнаженной коже, прежде чем он бросает меня на землю под собой, его вес придавливает меня к грязи и сосновым иголкам.

Каждая молекула в моем теле взрывается. Каждое нервное окончание воет. Мое дыхание перехватывает, мышцы кричат, а ужасная боль в моем нутре охватывает меня огнем.

Рука на шее. Кожа к коже. Губы, трущиеся о мое ухо, когда он готовится заявить права на свою добычу.

— Моя...

Я рывком сажусь в постели, задыхаясь и кашляя, мои руки летят к шее, а ноги брыкаются и сбрасывают одеяла.

Тишина гудит в ушах.

Я проглатываю сухость и моргаю в полусумраке рассвета, просачивающегося сквозь оконные жалюзи. Мой пульс все еще кричит в венах, пока мои глаза мечутся по кружевной белой спальне.

Лес исчез.

Тьма рассеялась.

Сон ушел.

Пульсирующая боль глубоко в моем нутре и трепещущий страх, который она оставляет, дразня мою кожу, однако, остаются.

Я снова глотаю и закрываю глаза, дрожа, когда мои руки скользят от шеи, чтобы отбросить огненные пряди с лица. Пот скользит по моей коже, даже в прохладе спальни с кондиционером.

Постепенно мое бешено стучащее сердце замедляется. Скользкая пленка на коже начинает остывать, покрываясь гусиной кожей. Мое сжатое горло открывается, и узел, пульсирующий в моем нутре, начинает распускаться.

В мимолетных полусумерках зарождающегося рассвета я перевожу взгляд на прикроватные часы. Без четырех минут пять утра.

Гребанные кошмары.

Я снова выдыхаю, мои руки смыкаются, обнимая себя. Это не первый раз, когда за мной гонятся по лесу в моих снах. Хотя это новое направление по сравнению с моими обычными кошмарами.

Обычно они были об аварии. Обычно я тону в воде, беспомощная, чтобы остановить это. Мужчина, или существо, или дьявол, или кто бы это ни был, кто охотится на меня как на добычу в темноте — это недавнее развитие.

Но, раз уж мне снятся кошмары почти каждую ночь, по крайней мере, мой мозг вносит разнообразие, полагаю.

Мой лоб хмурится. Мой будильник был установлен на семь утра — почти два часа от текущего момента. Но я знаю по опыту, что после такого сна, как погоня по лесу, заснуть снова невозможно.

Сон, который оставляет меня измотанной.

И дрожащей.

И... с иными физическими проявлениями, которые, откровенно говоря, пугают меня, учитывая содержание моего кошмара.

Страх рационален.

Возбуждение извращенно.

Я отодвигаюсь назад, прислоняясь плечами к изголовью большой двуспальной кровати, украшенной кружевными рюшами и элегантными деталями. Мой взгляд скользит по полутемной комнате, медленно очерчивая такой же кружевной и совершенно белый эстетичный стиль — словно весь спальный гарнитур — выбеленная