Куколка против Вен(л)ика

Розовый чемодан и стальные нервы

Если бы у стресса был цвет, то в комнате Лики он бы переливался всеми оттенками неоновой фуксии. Чемодан лежал на полу, подобно пасти сказочного монстра, и, казалось, отказывался заглатывать всё то, что Лика пыталась в него впихнуть. Этот предмет багажа был куплен в порыве ироничного настроения: огромный, кричаще-розовый, глянцевый — он выглядел так, будто в нём должны были ехать исключительно вечерние платья с пайетками, тридцать пар туфель на шпильке и, возможно, маленькая капризная собачка.

На самом деле «монстр» в данный момент пытался переварить вещь куда более суровую.

— Ты уверена, что тебе это там пригодится? — голос мамы, доносившийся из коридора, был пропитан смесью надежды и тревоги. — В Городе N, говорят, очень влажный климат. Лика, ты берешь то кружевное платье, которое мы купили на прошлый день рождения? Оно так подчеркивает твои глаза!

Лика, стоя на коленях перед чемоданом, вытерла пот со лба. Она как раз пыталась аккуратно уложить между слоями футболок свой любимый тяжелоатлетический пояс из многослойной кожи. Пояс был жестким, пах качественным залом и победами, и никак не желал принимать форму «женственного багажа».

— Мам, я беру всё самое необходимое! — крикнула она в ответ, придавливая пояс коленом. — Каждое платье под строгим контролем!

«Ложь во спасение — это тоже вид тренировки выдержки», — подумала Лика, запихивая в угол чемодана банку с креатином. Рядом уже плотно утрамбовались шейкеры, кистевые бинты, магнезия в герметичном контейнере (не дай бог просыплется на «цивильную» одежду) и штангетки — её личные «хрустальные туфельки» с жесткой подошвой и идеальным каблуком для приседа.

В дверь комнаты просунулась голова тети Розы. Тетя Роза была женщиной грандиозных масштабов и еще более грандиозных планов на личную жизнь племянницы.

— Лика, деточка, — пропела она, входя в комнату и принося с собой облако аромата тяжелых духов и свежих новостей. — Я тут звонила своей подруге из Города N. Её сын, Артурчик... ну, ты помнишь его, такой мальчик в очках, сейчас он — ведущий юрист! И он совершенно один! Город N — это же город возможностей, дорогая. Там такие мужчины! Статные, обеспеченные, ищут домашнего уюта. Ты только представь: набережная, закат, ты в своем розовом пальто…

Лика в этот момент пыталась застегнуть молнию, которая угрожающе трещала под напором протеиновых батончиков с ароматом «соленая карамель».

— О да, тетя Роза, — Лика обернулась и ослепительно улыбнулась. — Я именно за этим туда и еду. За кем-то очень статным, очень крепким и способным выдержать любой мой напор.

Тетя Роза расплылась в довольной улыбке, прижав руки к груди.

Лика едва сдержала смешок. Если бы тетя Роза знала, что под «статным и крепким» Лика подразумевает профессиональную силовую раму в одном из лучших кроссфит-залов страны, расположенном как раз в центре Города N, у тетушки мог бы случиться легкий обморок.

Работа по упаковке жизни в один чемодан продолжалась. Лика была мастером тетриса. Она знала, что если положить лямки для тяги внутрь кроссовок, можно сэкономить место для еще одной пачки витаминов. Каждый предмет в её сумке был деталью сложного механизма её будущей жизни. Пока родственники видели в её отъезде романтическое бегство в надежде на обручальное кольцо, Лика видела впереди блеск олимпийского грифа и запах свежего резинового покрытия.

Город N действительно был городом возможностей, но возможности эти измерялись в килограммах на штанге. Там базировался тренер, о котором в кругах «железных людей» ходили легенды. Человек с железным хватом и взглядом, способным заставить тебя присесть со штангой, которая в два раза тяжелее твоего самомнения.

— Ликуль, ну ты хоть туфли на шпильке положила? — мама зашла в комнату, держа в руках коробочку с фамильными серьгами.

Это была чистая правда. Её «выступление» обещало быть эффектным.

Процесс сборов превратился в настоящий квест. Чемодан цвета «взрывной фуксии» категорически отказывался закрываться. Лике пришлось применить всё своё мастерство: она сделала глубокий вдох, стабилизировала корпус, как перед взятием рекордного веса в становой тяге, и навалилась всем телом на крышку.

— И раз! — скомандовала она себе.

Вечером устроили прощальный ужин. Стол ломился от пирожков, запеченной курицы и всего того, от чего у любого диетолога начался бы нервный тик. Лика мужественно ела мамин фирменный пирог, понимая, что в ближайшие месяцы её рацион будет гораздо более... дисциплинированным.

— За Лику! — провозгласил папа, который во всем этом женском совете старался придерживаться нейтралитета, но втайне гордился упорством дочери. — За то, чтобы она нашла в Городе N то, что ищет!

— И кого-то особенного! — добавила тетя Роза, выразительно поигрывая бровями.

Лика подняла стакан с морсом. Глаза её искрились весельем и решимостью.

Родственники зааплодировали, растроганные такой «романтичной» клятвой. Мама даже прослезилась. Они рисовали в воображении высокого красавца в костюме-тройке, который ведет Лику под венец. Лика же в этот момент представляла новенький, идеально сбалансированный гриф с насечкой, которая не дерет кожу, но держит намертво. Она уже видела, как её пальцы смыкаются в «замок», как плечи напрягаются, и весь мир перестает существовать, кроме неё и этого момента силы.

— Главное, Лика, не перетруждайся там с поисками, — заботливо сказала мама, подкладывая ей еще кусочек пирога. — И береги нервы. В большом городе они должны быть стальными.

Лика улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло.