в захудалом, чужом домике на старом матрасе поверх скрипучей перекладины.

Завтра все будет иначе….

Едва нахожу силы добраться до душа, а потом буквально падаю в постель. Усталость ломит тело, но даже сейчас в полудреме я вижу лицо этого мужчины. Смущение и страх сплетаются в крепкий узел.

Он ведь меня не найдет?

В академии точно не найдет.

С этой мыслью я засыпаю, и с ней же и просыпаюсь.

Не помню, когда еще я так любила рассвет. Он словно играет новыми красками. Я спешу собрать каштановые волосы в косы, наспех умываю лицо, и выбегаю из дома с маленькой сумкой.

Вещей у меня практически нет. Но я и не хочу брать ничего из прошлого в новую жизнь.

Вот и академия. Встречает меня высокими коваными воротами в позолоте. Ну не красота ли! Я вдыхаю полной грудью и жадно рассматриваю лепнину на высоких зданиях.

Поверить не могу! Это случилось! Я здесь!

Ой! Из-за своей невнимательности и воодушевления я даже не замечаю перед собой препятствие и втыкаюсь прямо в него. В такое крупное, жесткое, но немного пружинистое препятствие, которое тут же ловит меня, едва я отлетаю назад и возвращает к себе, будто там мне самое и место.

Вновь чувствую жар чужого тела. В нос врезается яркий аромат древесины и перца.

Древесина и перец?! Стойте!

Я вздрагиваю и выпрямляясь, точно струна. Напряжение расходится до кончиков пальцев, пока я перевожу взгляд от мощной груди в синем камзоле все выше и выше, но этого мало. Приходится запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Мамочки! Вот это я влипла!

Чувствую, как ноги вновь начинаю дрожать и мякнуть, и в памяти всплывает все, что недавно произошло.

Его комната. Обнаженный, будем говорить прямо, соблазнительный пресс, даже попа… Кхм…. Кажется, я опять краснею. Нет. Я, к гоблинам, горю!

Боги! О чем я только думаю?! Мне бежать надо! Бежать! Он ведь нашел меня! Как и обещал, то есть угрожал….

Вырываюсь из рук мужчины, но тут поскальзываюсь и повисаю, как какой-то беззащитный котенок на его вовремя выставленной руке.

– Господин Ректор! Мы вас заждались. – доносится со стороны.

Это он кому? Медленно перевожу взгляд с мужичка ростом чуть больше метра, в котором желала бы сейчас видеть своего спасителя, на того здоровенного хищника (да, по другому его не назвать), который опять меня поймал.

Стойте! Погодите! Он – мой ректор?!

В ступоре смотрю в прищуренные глаза ректора. Внутри мешаются смущение и страх. Сердце подпрыгивает к горлу и где-то там и колотится бешено.

В голове только одна мысль: он ведь меня не узнал?

Глава 2. Тени прошлого

В ступоре смотрю в прищуренные глаза ректора. Внутри мешаются смущение и страх. Сердце подпрыгивает к горлу и где-то там и колотится бешено.

В голове только одна мысль: он ведь меня не узнал?

Не должен был! Я ведь под иллюзией к нему проникла. Хотя, я слышала, что высшие маги способны распознать иллюзию и (но это только слухи) даже видеть сквозь нее. А раз этот господин – ректор, то в уровне его мастерства сомневаться не стоит.

О боги, почему он так смотрит? Будто я у него что-то украла… Ну, то есть….

– Разве? – он неожиданно отрывает от меня пристальный взгляд и смотрит на того мужика, что до сих пор терпеливо и уже немного нервно ожидает ответ. При этом все искры в темных глазах гаснут, а лицо, что только что напоминало опасного хищника становится удивительно равнодушным и строгим.

Одним движением ректор ставит меня на ноги, и я опять чувствую себя не то котенком, не то ребенком, в общем, каким-то беспомощным существом по сравнению с ним.

Что же, выходит, все-таки не узнал?

– Уверен, что пришел заблаговременно, профессор Ставр.

– Да-да, мы просто все в ожидании. Не каждый день меняется руководство. Простите за нетерпение, – заискивающе улыбается тот, кого назвали профессором.

Выходит, ректор то у нас новоиспеченный? Ага, и потому пугающе горячий.

– Что ж, пойдемте, – командует подчиненному ректор, и я уже хочу выдохнуть с облегчением, как он вдруг решает глянуть на меня вновь. Да та, что я опять вздрагиваю против воли.

– А вы, адепт…, – он притормаживает, явно, ожидая, что я незамедлительно представлюсь.

Вот не хочу говорить ему свое имя. Вот зачем оно ему? Уверена, даже местный профессор и четверти студентов по имена не знает.

Ну, и что же делать? Чем дольше я молчу, тем хуже. Он ведь не вынесет мне дисциплинарное наказание за то, что я в него врезалась. Это, конечно, весьма неловко, но я не набедокурила же!

– В-вивьен Аллеро, – выдавливаю из себя, и глаза тут же становятся еще более пугающими.

Фамилию узнал?

Дядя у меня был скромным, да только в последний момент наделал шуму, что даже известниках писали о его “банкротстве”. Вот только они не упомянули о том, как нам пришлось бежать в ночи из собственного дома и чем это закончилось…. Нет!

Я не хочу вспоминать о Хозяине. Не хочу! Бррр!

Тише, сердечко, прошлое в прошлом. У меня теперь новая жизнь, если господин ректор ее не испортит….

Стряхиваю с себя холод воспоминаний и вновь оказываюсь во власти пристального взгляда ректора.

– Что ж, адепт Аллеро, вам тоже стоит поторопиться, если планируете заселиться в комнату до открытия учебного сезона. О системе штрафом за опоздание вам известно? – спрашивает он.

Вот опять чувствую себя нашкодившим ребенком перед ним. Еще опоздать не успела, а уже отчитали. Совершенно не похоже, что он только недавно ректором стал, выглядит так, будто ректором и родился.

– Д-да, – отзываюсь я, жду, пока мужчины уйдут, чтобы пойти, куда мне надо, но ректор продолжает давить взглядом, значение которого становится для меня все большей загадкой.

– Я тогда пойду? – мямлю едва слышно, и сама поражаюсь тому, как взволнованно звучит мой голос. Кажется, никто не против, и, сделав неуклюжий книксен, спешу с всех ног к зданиям, а спиной все еще чувствую пристальный взгляд.

В голове снова мысли, что если узнал или догадывается? Или дело в фамилии? Ох, эти мысли сводят с ума. Не меньше чем картинка до сих пор врывающаяся в сознание против воли в самый неподходящий – то полуобнаженное преставление.

Как теперь быть?! И почему между лопатками все еще жжет, будто меня свербят взглядом?

Оглядываюсь, но никого пугающего рядом