Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Чего? – в один голос взвыли сталкеры. – Может, попроще, а?
Софт на секунду задумался.
– О’кей. Смотри. – Он повернулся к Страйку. – Какой процент вероятности того, что твой пулемет заговорит с тобой?
Пулеметчик поперхнулся тушенкой.
– Ну, тут смотря что за трава была, – усмехнулся он, откашлявшись.
– То есть пулемет разговаривать не умеет по определению, верно?
Страйк глянул на хакера как на идиота.
– Смеешься?
– А если бы кто-то сказал тебе, что пулемет разговаривает?
– Отправил бы его к Доку, – хмыкнул Страйк.
– А если бы сто человек сказало б тебе об этом? А тысяча?
– Ты клонишь к тому, что если все люди будут думать, что пулеметы способны разговаривать, – они и впрямь начнут говорить? – прыснул со смеху Дым.
– Совершенно верно, – кивнул хакер.
– Но это же абсурд!
– Ну да. И именно потому пулеметы не разговаривают, – улыбнулся Софт. – Потому что это полный бред, и поверить в это невозможно. А много ли людей верит, к примеру, в вампиров?
– Я верю, – вступил в разговор Комар. – Вон, болотная тварь – чем не вампир? Крови ни рюмки в человеке не оставляет. Вампир, как есть.
Сталкеры рассмеялись.
– Да нет, я про киношных вампиров, типа Дракулы там, Носферату. Про мертвецов, пьющих кровь, – продолжал Софт. – Много в них кто верит?
– Дети верят, родители которых контроль контента в домашней Сети не установили, – ухмыльнулся Дым.
– Верно. А взрослые – не верят. То есть крайне малый процент людей, опять же. И вампиров никто не видел. А вот в средние века в них верил каждый третий. И иногда целые поселения погибали по непонятной причине. Все, что находили в таких поселениях, – высосанные досуха трупы.
– То есть ты реально хочешь сказать, что если куча людей будет верить во что-то – это материализуется? – спросил Страйк.
– Считается, что так, – кивнул Софт. – Слышал поговорку: «мысли материальны»?
– Вернусь на базу – соберу общее собрание, – решительно сказал пулеметчик. – И пусть только попробуют не поверить в мои миллионы на Кипре, виллу в Майами и океанскую яхту с экипажем из топ-моделей.
Хлипкое строение, казалось, вздрогнуло от хохота. Отсмеявшись, Дым спросил:
– А как это связано с Зоной?
– Как я уже говорил, – Софт закрыл ноутбук и отложил его в сторону, – в ноосфере отпечатываются все информационные колебания. Упоминания о том или ином явлении плавают в ней, как радиоволны по квартире с вай-фаем. И теоретически, если удалить все упоминания о явлении – оно исчезнет. Антей считает, что таким образом можно уничтожить Зону, и хочет, чтобы я это сделал.
– Ты сформулировал так, будто с ним не согласен, – проговорил Дым, глядя хакеру в глаза. – Ты считаешь по-другому?
– Я… – начал было Софт, как вдруг Комар напрягся, встал, подхватив оружие, и подался к двери.
– Тихо! Вы это слышите?
Дым резко изменился в лице и скомандовал:
– Надеть шлемы! Забрала опустить! Дыхание – на замкнутый и общаться только по рации! Да быстрее же, мать вашу! Быстрее!
Пререкаться Софт не стал, сначала выполнил команду и только потом задал вопрос:
– Дружище, что за дела?
– Что за дела? Хреновые дела. Молитесь, чтобы она нас не почуяла. Иначе…
– Да кто «она»? Что за хрень?
Но ответил хакеру не Дым.
– Сирена, – сдавленным голосом выдавил Страйк. Услышав интонации гиганта-пулеметчика, не боявшегося ни бога, ни дьявола, Софт понял, что по-настоящему испугался.
– Что это за тварь, сирена ваша? – Тишина давила на уши, вопрос беспрестанно вертелся в голове, и не задать его Софт просто не мог. Тем более что слышать его эта самая сирена, кем бы она ни была, не могла – общение шло по встроенной в шлем рации, а в режиме замкнутого цикла дыхания звуки из-под шлема не вырывались – герметичность, однако.
– Гомера читал? – поинтересовался Дым.
– Не. Не читал. Но аналогию понял. Это чего, у нее голос манит, что ли?
– Именно. Это на редкость коварная тварь. Каждый слышит свое. Но, как правило, это голос любимого человека. Зов. И сопротивляться ему крайне сложно. Обычно и минуты народ не выдерживает.
– Но нам-то бояться сейчас нечего, так? У нас шумоподавление же включено?
– Не знаю. Опытов не ставил. В теории – да.
– Ну так пойдемте и возьмем ее в четыре ствола, – услышав, как двусмысленно прозвучала фраза, сталкер добавил: – ну, вы поняли.
– Угу. Возьмем. Скорее, она нас возьмет. Эта скотина быстрая, как… Не знаю, в общем. Те, кто с ней сталкивался – и уцелели. Вон, Ворона квад на нее наткнулся как-то. Один Ворон и остался в живых, и то чудом. Остальных за пару секунд порвала. Она, помимо зова своего, долбит фигней, типа ультразвука. Барабанные перепонки нафиг лопаются. Ну и пока объект в прострации – она его на части рвет.
– Фигасе, – протянул Софт.
– Угу. Так что сидим, молчим и надеемся, что она мимо пройдет.
– Ее еще баньши называют. Как из легенды бабу, – добавил Страйк. – Ну, знаешь же, чьи рыдания если услышишь – значит, умрешь.
Софт крепче стиснул цевье автомата. Громкие звуки сквозь активную защиту шлема не проникали, и потому гром и перестук крупных капель дождя по жестяной крыше он слышал как бы отдаленно, в фоновом режиме. Недостающие звуки дорисовывало сознание. Шорох шагов, скрип мелких камней под чьей-то ногой. И хотя хакер знал, что это – не более чем игра воображения, легче от этого не становилось. По коже под броней костюма бегали мурашки.
Так они просидели с полчаса. Наконец, Дым пошевелился, встал и аккуратно прошел к выходу из комнаты. Там замер, прислушиваясь. Потом повернулся к сталкерам, замершим в ожидании, и шумно выдохнул в микрофон.
– Ну все. Кажется, свалила.
И тут же произошло сразу несколько событий.
Прямо под окнами соседней комнаты раздался дикий крик, переходящий в ультразвук. Комар схватился за голову и упал на колени. Дым со Страйком вскочили на ноги, вскидывая оружие, а деревянный настил, закрывающий спуск в подвал, разлетелся в щепки от мощного удара снизу. Тяжелый ящик, стоявший сверху, отлетел в сторону, из него посыпались ржавые инструменты.
– Что за…
Крик Дыма перекрыл громкий рык. Софт глянул в угол и оторопел.
В комнате их стало на одного больше. Огромная фигура матерого болотника, эффектно подсвеченная снизу сиянием «студня», махнула когтистой лапой, и поднимающийся было на ноги Комар вылетел в коридор. Болотник пригнулся и прыгнул вперед, целясь в мечущегося на спальном мешке Хруста, но нарвался на мощный удар, усиленный гидравликой экзоскелета, и замотал головой.