Сашенька, — покивал Оболенский и посмотрел на молчавшего Громова: — Моё одобрение вам, Пётр Ильич. Нам повезло с поверенным. Весьма.

* * *

К вечеру швейцар принёс серебряный поднос, на котором лежало семь визитных карточек и два запечатанных конверта. Парфён с поклоном поставил поднос на стол в моём кабинете.

— Спасибо, Парфён. Можешь идти.

— Слушаюсь, ваше сиятельство.

Когда он вышел, я принялась разбирать карточки.

Первая была от княгини Софьи Александровны Долгоруковой, матери одной из смольнинских подруг Саши. На обороте мелким почерком: «Дорогая Сашенька, страшно рада, что недоразумение разрешилось. Жду к чаю в любой из этих дней». Положила направо, сюда я нанесу ответный визит обязательно. И лично, двойник не подойдёт.

Вторая от генерал-майор Звягинцева Андрея Павловича, в отставке. Старый сослуживец отца по Министерству путей сообщения. Тоже в правую стопку.

Затем шла Елизавета Михайловна Гартман, я не помнила этого имени. Адрес: Английская набережная. Возможно, знакомая матушки? Отложила карточку налево, обсудим с дядей.

Четвёртая карточка от Анны Васильевны Громовой. На обороте: «Зайдите, Сашенька, без церемоний. Илья Петрович скучает». Я улыбнулась и решила поехать к ним завтра же, надо проведать старика, поздравить с Новым годом и привезти ему что-нибудь вкусное от Моти.

Далее к себе звала некая баронесса Корф. В левую стопку.

Шестая была от поручика А. Н. Заславского. Указан номер дома на Сергиевской и более ничего. Странное приглашение, попрошу Макара разузнать кто это и как связан с Оболенскими.

Седьмая от княжны Елизаветы Алексеевны Несвицкой. Отправлю к ней дядю и своего двойника.

Перешла к конвертам, раскрыла первый, второй. Приглашения на балы, которые состоятся через две недели, сразу после Крещения.

Надо подумать, какое посетить лично, а куда отправить дядю и Ольгу.

Посмотрела в окно. Пошёл снег, медленно кружась, падал на тёмные крыши домов, укрывая всё вокруг пушистым белоснежным одеялом.

От размышлений меня отвлёк стук в дверь.

— Войдите.

В кабинет заглянула Мотя.

— Сашенька, к тебе Степанида Кузьминична приехала, и Антон Иванович с ней.

— Зови.

Мотя открыла дверь шире. Степанида вошла первой, в тёмном платке, с красными от мороза щеками и папкой под левой мышкой. В правой руке она держала толстую книгу, перевязанную бечёвкой. Антон шагнул следом, поклонился и, сказав, что будет ждать за дверью, вышел вон.

Мотя задержалась:

— Чаю принести?

— Принеси, пожалуйста.

Она кивнула и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Степанида положила папку и книгу на стол, сняла платок и села напротив меня.

— Сашенька, я ненадолго. Дела из бюро привезла и счёт от типографщика.

— Так спешишь, — улыбнулась я, — что даже чаю не попьёшь со свежими булками? У нас кухарка очень вкусно готовит, так, что язык проглотишь.

— Ну, коли настолько, задержусь, надо ещё с Матрёной поговорить, давно не виделись.

— Конечно, не спеши.

— Ой, спешить есть куда, Сашенька, — вздохнула женщина. — Этот типографщик денег вперёд просит.

Степанида достала из папки несколько листов и аккуратно разложила передо мной. Бумага была исписана её крупным, неровным почерком, буквы местами плясали, зато каждая строка шла строго по линейке. Видно было, что Кузьминична старалась изо всех сил.

— Вот расходы за неделю. Бумага и тушь, свечи да уголь. Ещё Герасимову задаток за шкафы. И вот это… — она ткнула пальцем в отдельный лист. — Объявление.

Я вчиталась в текст.

«Чертёжное бюро С. К. Вороновой принимает заказы на составление планов, чертежей и смет для ремонта, перестройки квартир, лавок, складских помещений и доходных домов».

Дальше следовало ещё про сроки и добросовестное исполнение.

Вот вроде и звучит неплохо, но как у всех — скучно до зевоты. Не цепляет.

— Неплохо для первого раза, — похвалила я.

Степанида сразу сузила глаза:

— Значит, плохо.

— Нет, неплохо, — покачала головой я, стараясь не улыбаться. — Ты движешься в верном направлении. Изучила то, что предлагает рынок, и составила объявление так же, как они. Это неплохо, но зачем быть как все, когда можно выделиться? — хитро прищурилась я.

Она, поджав губы, достала карандаш, раскрыла тетрадь и выжидающе на меня посмотрела.

— Хотите стать богаче? — выстрелила я вопросом.

— Х-хочу, — опешив, на автомате ответила Степанида.

— Успешнее?

— Кхе-хе, — ещё больше округлила глаза собеседница.

— Мы вам поможем! — совсем развеселилась я.

— Сашенька, ты это об чём? И как ты мне поможешь? — всё ещё не понимала меня Кузьминична.

— Это то, что мы должны предложить будущим клиентам, — уже не сдерживаясь, рассмеялась я. Настроение поднялось, я вскочила на ноги и начала ходить туда-сюда, обдумывая мысль. Нет, в таком виде, прямо в лоб, не годится. Всё же время другое и сформулировать следует привычнее для местных.

— Запиши варианты, после выберем наилучший, — остановившись напротив женщины, продиктовала: — «Доходный дом должен приносить доход. Чертёжное бюро С. К. Вороновой подсобит вам в этом! Мы составим план, сделаем чертежи и сметы для перестройки вашей квартиры, лавки, складского помещения или доходного дома. Наше бюро поможет удобнее распорядиться помещением, заранее определить расходы, избежать лишних переделок и увеличить доходность домовладения». — Перекатившись с пятки на носок и обратно, добавила: — «Не бойтесь трат, опасайтесь упустить прибыль!»

Степанида Кузьминична подняла на меня глаза и выдохнула:

— Ну, Александра Николаевна, ну и выдумщица! Кто ж в здравом уме не захочет стать богаче? Да на такое объявление многие клюнут.

Я довольно улыбнулась и вернулась за стол. Со Степанидой мы просидели около часа, успели перекусить, запив ароматные булочки с изюмом чаем с лимоном и мёдом.

Составили подходящий текст для каждой из газет, поскольку их читали разные люди.

Обсудили рассылку писем, как и их содержание. Разносить станут мальчишки, коих у меня собралось уже достаточно и все под уверенной рукой шустрого Васьки.

Прежде чем уйти, Степанида, стоя у двери, обернулась:

— Сашенька.

— Да?

— Ты только не сердись. Может, в объявлении написать, что бюро под покровительством графини Оболенской? После суда имя громкое. Люди пойдут.

— Так и сделай, — дала добро я.

Женщина просияла и, попрощавшись, вышла. Вскоре в коридоре стихли шаги, не прошло и десяти минут, как внизу хлопнула дверь.

Я подошла к окну, сделала наклоны вправо-влево, разгоняя кровь по телу. Темнело. Снег всё ещё шел, поднялся ветер. Завтра по городу разойдутся первые письма бюро Вороновой. Время начать зарабатывать пришло…

Но… Как же выиграть у судьбы побольше времени? Неважно, что это