А за «не дам» пьем не чокаясь! – Он подмигивает Насте, она преувеличенно громко смеется.

Илья, недовольно поглядывая на него, подкладывает ветки в затухающий костер. Присев на корточки, Маша протягивает замерзшие руки к самому пламени. Гвиневра, с длинными черными волосами и густо подведенными глазами, целует эльфа-лучника, Арвен допивает вино из стаканчика и поднимает взгляд на Илью.

– Есть еще?

Илья шарит в пакетах, вынимает пустые бутылки и качает головой.

– Что-то не разгорается, – вздыхает Маша.

Элронд достает из рюкзака наполовину пустую бутылку жидкости для розжига и выливает ее в костер, пламя мгновенно взвивается на пару метров, и все, кроме Элронда, делают шаг назад. Он кидает в огонь пустую бутылку и несильно бьет Илью в плечо кулаком.

– Чё, слабо прыгнуть? – Он кивает на костер.

Настя улыбается из-за его плеча.

– Мне не слабо!

Илья пожимает плечами, щурясь, смотрит в огонь. Элронд отдает водку Насте, отходит на три шага, разбегается и прыгает, высоко задирая ноги. Пламя облизывает кончики его длинных волос. Приземлившись, он скользит «казаками» по кирпичам и земле, тормозит руками. Настя кричит и смеется, Элронд, улыбаясь, забирает у нее бутылку, целует. Настя снимает пальто, отходит подальше, тоже разбегается и прыгает.

Маша всматривается в огонь, искры разлетаются, она следит за одной и переводит взгляд на кирпичную стену. Тени отделяются от людей, изменяются. Пока Элронд, покачиваясь, распевает «И треснул мир напополам, дымит разло-о-о-ом», его подстриженная под ноль тень в каске и бронежилете и с автоматом куда-то бежит, слева от нее взметается земля – взрыв, догадывается Маша, – и тень, упав ничком, замирает. Раздается голос Ильи, и его тень, в костюме, поправляя галстук, встает из-за большого стола и в нацеленные на нее микрофоны что-то зачитывает с листка – ее стирают вспышки фотокамер: костер начинает стрелять, и все снова отшатываются. Маша делает глоток из своего стаканчика, голова у нее кружится, и она закрывает глаза.

– Когда Толкина спросили, имел ли он в виду под Мордором СССР, он ответил, что имел в виду Кембридж. Он же преподавал в Оксфорде, и между ними было соперничество…

– О, какой ты теплый, можно я об тебя погреюсь, а то я так замерзла?

Открыв глаза, Маша видит, что Арвен положила ладонь на руку Ильи, а Настя садится к Элронду на колени, он теряет равновесие и падает вместе с ней, сшибая пакеты с бутылками.

Звон стекла и женский визг. Парни пытаются поднять рокера в косухе – бесполезно, он-то знает, отец тоже вмиг отключался посреди застолья, а наутро ничего не помнил. Поняв, что ничего не получится, они оттаскивают тело от костра, и одна из девок подкладывает ему под голову рюкзак.

Тень Арвен превращается в змею и обвивается вокруг Ильи. Его тень поднимает правую руку – но кисти нет. Свою тень Маша разглядеть не может, она все время ускользает, прячется в рельефе стен.

– Некоторые мужики совсем не умеют пить. – Настя садится рядом с Машей. – А ты чего тут одна сидишь? Понравился Илюха? А эта лохушка его отбивает, смотри. – Она показывает на Арвен. – Ты давай не сиди, а то девственницей на всю жизнь останешься.

Маша пожимает плечами.

– Я пойду отойду, подержи пока мой бокал. – Настя отдает Маше стаканчик. – Только не пей, – усмехается она.

Маша смотрит на стаканчики, не понимая, какой из них Настин. Куда бы их поставить? Она озирается и встречает насмешливый взгляд Арвен. Элронд, лежавший без движения все это время, вдруг резко поднимается на ноги и, толкнув Арвен, идет на Илью:

– Э-э-э-э! Ты чё с моей девушкой, совсем берега попутал…

Одной рукой он хватает Илью за шею, кулаком другой бьет его по лицу. Илья, согнувшись, делает подсечку, и они оба падают. Арвен вскрикивает, Маша, попятившись, спотыкается о меч Элронда, поднимает его и выбегает из развалин.

Пройдя метров пятьдесят, она уже не видит дерущихся, только слышит хрипы и рев. Почему Элронд набросился на Илью? Маша прислушивается: Арвен и Гвиневра кричат, эльф-лучник, похоже, пытается разнять Элронда и Илью. Меч оттягивает ее запястье, Маша смотрит на него и вспоминает свой первый диалог на форуме. На вопрос Nasteen: «Почему Фродо не убил Горлума, когда мог?» – она тогда ответила: «Если бы он его убил, то кольцо бы не упало в Мордор и зло победило».

Он идет за размалеванной – девка отходит подальше, присаживается, – он совсем близко, чувствует запах мочи, натягивает шапку до подбородка. Он ее не выбирал, он даже ее не хочет, но она сама вышла прямо к нему. Слюна собирается во рту, уши закладывает. Девка вдруг встает, поворачивается, но он зажимает ей рот рукой, а другой бьет в живот. Намотав ее волосы на кулак, он тащит ее к припаркованной машине.

От лунного блеска наст выглядит более скользким, Маша ступает осторожно, всматриваясь в лес в той стороне, куда, она чувствует, пошла Настя, и наконец различает удаляющуюся фигуру. Человек в черном волочит за собой кого-то – она узнает Настины сапоги – к виднеющимся сквозь деревья домам. Маша набирает в легкие воздуха и кричит:

– Сто-о-ойте! Отпусти-и-и-ите! На помо-о-ощь!

Но человек только ускоряет шаг, не оглядываясь. Маша бросается за ним, чуть не падает, перехватывает меч как палку, он тяжелый и мешает ей. У каждого игрока, вспоминает она, полтора хита: первый удар, попавший в цель, лишает одного хита, второй – убивает. Кроны деревьев смыкаются над ней, но луна светит так ярко, что Маша видит, как срезать, и за несколько секунд настигает человека в черном, толкает его, и он, поскользнувшись и выпустив воротник Настиного пальто, падает в снег. Неловко замахнувшись правой рукой, она хватает рукоять меча и левой со всей силы опускает его на голову в черной шапке. Потеряв равновесие, падает сама.

В следующую секунду она чувствует, как кто-то поднимает ее на ноги. Она стирает снег с глаз и видит перекошенное лицо Ильи. Он уже тянет за руку порывисто всхлипывающую Настю, и вдвоем они помогают ей встать. У нее почему-то спущены джинсы, а руки так сильно дрожат, что не получается застегнуть молнию и пуговицу, и Маша делает это за нее.

– Дай-ка, – Илья кивает на меч.

Маша качает головой, не отводя глаз от неподвижного тела.

– Ладно, тогда держи его наготове.

Кряхтя, Илья переворачивает человека, но тот не шевелится. Лицо скрыто шапкой с прорезями для глаз, и никто не решается ее трогать.

– Я услышал твой крик, – говорит Илья Маше, потом с возмущением поворачивается к Насте. – Этот урод тебя утащить хотел, почему ты не кричала?

Настя не отвечает, только мотает головой и закрывает лицо руками.

– Давайте вернемся к костру, – говорит Маша. – Там безопаснее.

Путь назад оказывается еще страшнее, и Маша до боли сжимает рукоять меча. Они поддерживают Настю под руки, но быстро идти она не может – поминутно останавливается, подвывая и трясясь. Илья впервые за всю ночь молчит.

У замка они слышат чужие голоса – громкие, мужские. Люди в форме заламывают Элронду руки, он кричит:

– Суки, я вас всех… – заваливается назад и падает.

Гвиневра, эльф-лучник и Арвен убегают в темноту за развалинами.

– Там мой рюкзак… – шепчет Маша.

– Валим, – коротко говорит Илья.

Они наугад бегут через лес, Илья все время ждет, что его схватят за капюшон, Настя спотыкается и то и дело проваливается, Маша начинает задыхаться, но через несколько минут среди деревьев проглядывает светящаяся красная «М». Они протискиваются мимо милиционера, закрывающего последнюю дверь, Илья перемахивает через турникет, помогает Насте и Маше, вслед им что-то кричит женщина из будки.

Они слетают вниз по ступеням и заскакивают в крайний вагон пустого поезда. Маша успевает посмотреть на часы: ноль пятьдесят девять. Двери за ними закрываются, и, уезжая, они видят вбегающего на станцию милиционера. Поезд набирает ход, и они валятся на жесткую дерматиновую лавку. На них смотрят их грязные и мокрые отражения. У Ильи наливается синяк под глазом и из носа течет кровь. Настя все еще рыдает. Машу начинает трясти.

– Как я в таком виде вернусь домой? – говорит она. – Мама