сделала? — цежу я. — И не смей, блядь, мне лгать. Я посвящу остаток жизни тому, чтобы уничтожать тебя, словно это моя грёбаная работа.

Эмили стоит, замерев, как олень в свете фар.

— Сейчас же! — рявкает на неё Лорен, и охранник с Эмили тут же выпрямляются.

— Её родители… Я сказала им, что сегодня она будет здесь.

Как бы мне ни хотелось сейчас разнести эту суку, это подождёт. Никуда она не денется.

— С дороги, — проталкиваюсь мимо них обратно в коридор. Они не стали бы уводить её в сторону мероприятия. Поэтому я направляюсь по коридору в противоположную сторону.

Когда выхожу через боковой аварийный выход, то на мгновение испытываю облегчение, увидев жену, но, как только все окружающие её детали складываются для меня в единую картину, меня охватывает неистовая ярость. Я окончательно слетаю с катушек.

ГЛАВА 21

Трули

— Блэйк, — стону я.

Почему свет такой яркий?

— Трули, пожалуйста, открой для меня глаза, красавица, — в его голосе слышится тревога, и я с трудом приоткрываю веки.

— Что случилось, Мишка? — спрашиваю, когда он медленно появляется в поле зрения. Мне приходится несколько раз моргнуть. Увидев его в чёрном костюме, я сразу всё вспоминаю. Мы не дома, а на благотворительном мероприятии.

— Как ты себя чувствуешь?

— Моя мать, — хриплю я. — Она…

— С ней разобрались, — заканчивает он за меня.

— Она пыталась…

— Наговорить тебе лжи.

Я смотрю на него снизу вверх.

— Да, — именно это она и делала. Я поднимаю руку и касаюсь щеки Блэйка. — Что произошло? — на левой стороне краснеет след. Его красивое лицо озаряет медленная мальчишеская улыбка, возвращая меня во времена нашей юности.

— Видела бы ты второго парня.

Я начинаю смеяться, но понимаю, что он не шутит. Это становится ещё очевиднее, когда вдали раздаётся вой сирен.

— Что произошло?

Последнее, что я помню, это дамская комната, а потом голоса нескольких человек. Я знаю, что один принадлежал отцу, но двух других мужчин не узнала.

— Они пытались забрать тебя у меня, — лицо Блэйка становится напряжённым, и я вижу, что он всё ещё борется с гневом. Он всегда так хорошо скрывал свои эмоции, но теперь у него это получается не очень. По крайней мере, когда дело касается меня.

— Я бы вернулась, — успокаиваю я его.

Он немного расслабляется.

— Значит, ты не поверила тому, что они пытались тебе рассказать? — спрашивает он, но я не успеваю ответить.

Позади него внезапно появляется Лорен. И только тогда я понимаю, что лежу на заднем сиденье внедорожника.

— На вопросы не отвечаем, поняла?

— Лорен, — симпатичная брюнетка шлёпает её по плечу. — Сейчас не время включать режим адвоката, — говорит она ей.

— Для него всегда время.

— Что? — спрашиваю я Блэйка.

— Полиция. Лорен говорит, чтобы мы не разговаривали с полицейскими, а её невеста отчитывает её за то, что ты сейчас несёшь всякую чушь.

— Почему? Мы ведь ничего не сделали.

— Не имеет значения, — молниеносно отвечает Лорен.

— Ты помолвлена? — это совсем не тот вопрос, который мне следовало бы задать, но я задаю именно его.

— Ладно, для этого сейчас тоже не время, но да! — брюнетка поднимает руку, показывая кольцо.

— Как мило, — говорю я. — Нам стоит как-нибудь пообедать вместе. — От одной мысли о еде желудок скручивает.

— Да, возможно, пообедаем, когда со всем этим разберутся, — она кивает себе за спину, и Блэйк помогает мне сесть.

И тогда я вижу мать, стоящую метрах в трёх от нас. Её лицо белое, и не из-за света фонаря, льющегося на переулок. Знай она, что стоит при таком неудачном освещении, уже давно убрала бы оттуда свою задницу, так что она, должно быть, действительно потрясена.

Затем я замечаю стонущего отца. Мать наконец двигается с места и бросается к нему, помогая сесть. Из его носа и рассечённой левой брови капает кровь.

— Ты подрался с моим отцом? — спрашиваю я, касаясь отметины на его лице. Сирены звучат всё ближе.

— Да, но это не от него.

— Моя мать? — в шоке выдыхаю я.

— Если бы я не был так зол, то рассмеялся бы.

А, значит, это не от мамы. Невеста Лорен глазами указывает мне в сторону, и тогда я замечаю на земле ещё двух мужчин, одетых во всё чёрное. Одного из них я узнаю: он из охраны моего отца. Отец нечасто пользовался их услугами, и я думала, что, когда пользовался, это было лишь для вида. Похоже, я была права, потому что толку от них не оказалось.

— Это ты сделал? — Блэйк скованно кивает. — Даже горячо, — шепчу я, а затем прижимаю ладонь ко рту.

Невеста Лорен хихикает.

— Просто выпустила наружу одну из навязчивых мыслей, — она не ошибается.

— Ты останешься со мной, ясно?

— Конечно, — Блэйк помогает мне выбраться из машины, когда к нам подбегают полицейские.

Дальше всё проносится как вихрь. Меня осматривают в одной из машин скорой помощи, куда пытались погрузить одного из охранников, но Блэйк окончательно слетает с катушек, заявляя, что я пойду первой. На самом деле со мной всё в порядке, и специалист экстренной медицинской помощи сообщает, что моё давление немного понижено и, вероятно, именно это, вместе со стрессом, стало одной из причин, по которой я потеряла сознание.

Я ожидаю, что мне придётся разговаривать с полицией, но Лорен и Блэйк со всем разбираются, а Эмма, невеста Лорен, всё это время остаётся со мной. Я узнала, что она тоже из очень влиятельной семьи. У нас много общих друзей, и готова поспорить, эти двое станут моей любимой парой среди друзей.

Не знаю, откуда взялся мэр, но я наблюдаю, как он разговаривает с Лорен и Блэйком.

— Горячо смотреть на них в деле, правда? — Эмма мечтательно вздыхает, заставляя меня рассмеяться. — Но ты точно в порядке? — спрашивает она спустя мгновение. — Я имею в виду, я знаю, что наши родители из этого элитного общества могут быть сумасшедшими, но твои превзошли всех.

— Да, я в порядке.

Хотела бы я, чтобы всё закончилось именно так? Нет, но не думаю, что существовал другой вариант. Мои родители никогда не признали бы своих ошибок, а если бы и признали, то лишь перед очень узким кругом людей.

Так я хотя бы могу увидеть правду целиком. Не могу приукрасить её или надеяться, что они станут лучше. Это окончательный разрыв, и именно это я говорю Блэйку, когда мы наконец отправляемся домой.

— Ты уверена, что готова полностью вычеркнуть их из своей жизни? — он сжимает мою руку, и, хотя ему, возможно, не понравилась бы мысль о том, что