сторону. — Говорят, клан Розы готов отвалить гору золота любому, кто разнюхает содержимое ящиков.

— Конечно готовы, — хмыкнул Рен. — Носильщиков там гоняли так, будто те половину себе уже стащили. Один бедняга ящик уронил — на него так рявкнули, что он чуть сам в воду не прыгнул. Весело было смотреть.

Здоровяк сидел ко мне ближе остальных. Он буквально в бревно, стараясь лишний раз не вдыхать сводящий с ума аромат. Бедняга изо всех сил делал вид, будто ему совсем не хочется попробовать моей стряпни, но получалось у него это скверно.

— Не смешно, Рен, — Сейла недовольно нахмурилась.

Я ел подчеркнуто медленно. Каждое движение ложки было выверенным, превращая обычный ужин в наглядную пытку для всей группы.

— Да ладно тебе, — он нагло отмахнулся, но его взгляд снова метнулся к моей тарелке.

Рен шумно сглотнул. Он застыл, когда я подцепил сочный кусок мяса, с которого в котелок упала тяжелая капля жира.

— Если руки дрожат, нечего в порт лезть, — буркнул он, пытаясь сосредоточиться на разговоре.

Я продолжал жевать, не вступая в спор. Про Тысячу верфей я уже слышал, а вот Розы были для меня кем-то новым и неизвестным.

— Эти психи везде видят врагов, — продолжил Рен, жадно раздувая ноздри. — Трясутся за свои лавки. Боятся, что кто-то серьезный наступит им на хвост.

— Эх, вот бы кто из Свободной фракции их подвинул, — Торин вздохнул, не отрывая взгляда от углей. — У кланов цены такие, будто в зелья пыльцу фей подмешивают.

— У них все мастера давно прикормлены, — небрежно бросил Рен, стараясь выглядеть максимально безразличным. — А одиночки зельевары здесь долго не живут. Так надейся не надейся, толку не будет.

Он хотел добавить что-то еще, но его подвел собственный желудок. Громкое, раскатистое урчание прозвучало в тишине леса слишком отчетливо, мгновенно выдав его истинное состояние.

Здоровяк залился краской и хмуро уставился в землю. Я же невозмутимо отправил в рот последнюю ложку, ставя точку в этом кулинарном поединке.

— Ну, я думаю, скоро у нас появится свой мастер алхимии, — Алан замолчал и многозначительно посмотрел на меня. — Да, Дин?

— У нас? — я поднял бровь, дожевывая последний кусок мяса. — Это ты про кого?

— Про Свободную фракцию, конечно, — влезла Сейла, глядя на меня как на несмышленого ребенка.

— И что это за контора? — я решил углубиться в вопрос.

— Это все мы, парень, — усмехнулся Торин. — Те, кто слишком любит свободу, чтобы носить клановое клеймо, или слишком неудобен для элитных господ. Сброд, короче, но сброд гордый.

— И что, вы партизаните против кланов? — прямо спросил я.

— Нет, — Торин сразу посерьезнел. — Кланы нас сотрут и не заметят. Мы просто кучка отрядов, которые пытаются выжить и отгрызть себе хоть какой-то клочок под солнцем.

Из его рассказа становилось ясно, что их фракция — это сборище мелких группировок. Скорее всего, у них нет единого лидера, а важные вопросы решает какой-нибудь общий совет, где каждый пытается договориться с остальными.

— И кто вообще входит в эту вашу Свободную фракцию? — уточнил я.

— Костяк — это разные банды, вроде парней Крита, на чью территорию мы сейчас держим путь. Ну и небольшие отряды вроде нашего, — копейщик на секунду задумался. — Еще ремесленники, которые тесно с нами связаны: травники, кузнецы и прочий рабочий люд.

— Иногда к нам прибиваются алхимики или мастера рун, — добавила Сейла, глядя на огонь. — Но это большая редкость. Обычно такие сразу уходят под крыло больших кланов.

— Так что скажешь, Дин? Станешь нашим алхимиком? — Алан снова задал свой вопрос, пристально глядя на меня.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и лишь одинокая луна слабо освещала лагерь. На лицо Алана легла густая тень, и в этот миг мне показалось, будто я заключаю сделку с самим дьяволом.

Я до сих пор не до конца понимал, какие именно обязательства они хотят на меня навесить, поэтому решил сразу прояснить свою позицию.

— Предпочитаю оставаться сам по себе, — ответил я, обдумывая будущее. — Если я привяжусь к одной стороне, то наживу врагов на другой. А я хочу просто делать свое дело и торговать со всеми, кому нужны мои услуги.

Первым захохотал Рен, а следом его поддержал и весь остальной отряд. Лес наполнился дружным командным смехом, в котором явно слышалась насмешка над моей наивностью.

— Ну и насмешил ты меня, парень! — первым пришел в себя Рен, утирая выступившие слезы. — Да к тебе же в первый день придут и горло перережут. В этих краях не любят таких свободолюбивых одиночек. Либо ты под кем-то, либо ты труп.

Его слова звучали бы убедительно, если бы не пример того же Эйлара. Старик начал беднеть только тогда, когда стал откровенно кидать покупателей. А до этого, судя по их же рассказам, у него отбоя не было от клиентов, и зарабатывал он, полагаю, очень приличные суммы.

— Соглашайся, Дин. Наша фракция обеспечит тебе защиту, и ты сможешь варить свои зелья в безопасности, — заметив мою нерешительность, мягко добавила Сейла. — У нас ребята надежные, мы друг за друга стоим горой и всегда выручаем, если кто-то попал в беду.

Все эти приглашения звучали как-то расплывчато и странно. Мне до сих пор не озвучили ни единого условия: что я буду должен фракции, какую долю отстегивать с продаж и в чем именно будет заключаться моя работа. Пока что всё это было похоже на обычную воду и призывы вступить в строй без капли конкретики.

— А какие именно ограничения это на меня наложит? — прямо озвучил я главный вопрос, который меня беспокоил.

— Сложно сказать однозначно, — тут же включился в разговор Алан. — У ремесленников дела обстоят иначе, чем у нас, простых боевых отрядов. Есть свои тонкости, которые лучше обсудить позже, в более спокойной обстановке.

— Ну, тогда и ответ я дам позже, когда услышу все условия целиком, — отрезал я, решив не лезть в клетку, пока не пойму, насколько она золотая и какие плюшки мне за это светят.

На лице Алана на мгновение мелькнула недовольная гримаса — видимо, он рассчитывал на быстрый и утвердительный ответ. Но, поиграв желваками, он быстро взял себя в руки и коротко кивнул, мол, будь по-твоему, время