меня. При свете уличных фонарей я не могла с уверенностью сказать, что она была каштанового цвета, но она была очень похожа на ту, что я видела раньше.

Конечно, «хонд» кругом приходится десяток на дюжину и каштановый цвет среди них наиболее распространен. Это могло быть совпадением. Я включила сигнал правого поворота и поехала вверх по Бродвею в сторону Аддисон, потом без всякого предупреждения быстро свернула на Шеффилд и остановилась рядом с Ригли-Филд.

Я быстро прошла к билетной кассе, сделала вид, будто смотрю, в какие часы она работает, затем оглянулась и посмотрела налево. «Хонда» медленно проехала в противоположном конце Кларка. Я не взглянула на нее, не желая, чтобы водитель знал, что я его вычислила, а быстро пошла к «транс-ам». Мой преследователь оказался в довольно сложном положении: я могла рвануть вперед по Шеффилд, и он ничего не смог бы сделать.

Я быстро свернула вправо на Уэйв-Лэнд, потом проехала по Холстеду до Дайверси, а оттуда направилась домой. Сделав усилие, я вспомнила имя того человека, с которым разговаривала в пятницу в «Даймонд хэд». Чамферс. Он сказал, что организует за мной слежку. Похоже, он именно это и сделал.

Глава 16

Проба сил в образцовом морге

Мне нужно было поговорить с мистером Контрерасом, но сначала я хотела принять ванну. Быстро приму ванну и быстро выпью глоточек для бодрости, и тогда я буду готова вернуться к своим обязанностям, пообещала я своей совести. Но пить виски, лежа в ванной, было ошибкой: я проснулась только в половине десятого, и вновь от телефонного звонка.

Я протянула руку к телефону, но когда поднесла трубку к уху, мне никто не ответил. Я перевернулась на другой бок, но усталость и действие «Джонни Уокера» уже прошли. Тут я вспомнила о Митче Крюгере и неопознанном теле, найденном в канале Сэнитэри. Я села в постели и принялась массировать шею, мышцы которой весь день были напряжены от той ярости, что мне пришлось пережить сегодня.

Спотыкаясь, я прошла на кухню и сварила кофе. Я выпила кофе большими обжигающими глотками и проглотила салат из лука и рубленого шпината. Доедая его, я надела хлопчатобумажные брюки и блузку, так как вечер все еще был душный, и оставила тарелку около входной двери, уже спускаясь из квартиры. Мистер Контрерас еще не спал. Когда я позвонила в дверь, мне был слышен приглушенный звук включенного телевизора.

– А, это вы, дочка, – проговорил он. На нем была майка без рукавов, выпущенная поверх старых рабочих брюк. – Подождите, я только что-нибудь надену. Если бы я знал, что вы придете, я бы не стал переодеваться.

Я хотела сказать, что вполне в состоянии вынести вид его голых рук, но знала, что он бы чувствовал себя неловко, если бы, разговаривая со мной, не надел рубашку. Я подождала у дверей, пока он не оделся.

– У вас есть что-нибудь насчет Митча, дочка?

– Можно мне войти? Нет, у меня нет ничего нового. По крайней мере, я надеюсь, что нет. Сегодня я была занята другими делами.

Я рассказала ему о своих неудачных попытках начать наступление на Тодда Пичи.

Мистер Контрерас несколько минут излагал в красках, что он думает как о Тодде Пичи, так и о моем бывшем муже, закончив, как я и предполагала, тем, что он не понимает, что я вообще могла найти в Дике.

– И меня ничуть не удивляет то, что Райерсон отказался вам помочь. Парень интересуется только самим собой – я могу лишь повторить то, что говорил вам уже сотню раз. Я понимаю, почему у вас не было времени заняться Митчем, но ведь вы были там вчера… я хочу сказать, там, где он жил раньше. Наверное, я переборщил со своим беспокойством о Митче. Через день-другой он сам объявится, как затерявшийся цент.

– Все не так просто, – как-то скованно заметила я. – Когда я возвращалась домой, то включила радио, и там сообщили, что из канала вытащили тело мужчины. Это было довольно далеко отсюда, в Стикни, так что вряд ли это мог оказаться ваш друг. Но я не могу отделаться от этой мысли.

– В Стикни? – повторил мистер Контрерас. – Что могло Митчу понадобиться в Стикни?

– Я с вами согласна. Я уверена, что ошибаюсь. Но я подумала, что, может быть, нам стоит взглянуть на тело.

– Вы хотите сказать – сейчас?

– Мы можем подождать до утра. Если это не Крюгер, то я все равно не смогу ничего предпринять среди ночи, чтобы его найти. А если это он, что ж, до утра он все равно будет в морге.

Мистер Контрерас задумчиво потер щеку:

– Что ж, дочка, если вы готовы идти сейчас, думаю, что я тоже могу поехать вместе с вами и покончить с этим.

Я кивнула:

– На всякий случай я взяла ключи от машины. Вы готовы?

– В общем, да. Может быть, я только сначала выведу Пеппи?

Ожидая, пока мистер Контрерас закончит сложную операцию по закрыванию двери, я внезапно подумала о разбудившем меня телефонном звонке. Если бы я потеряла того, за кем следила, то поступила бы именно так: позвонила бы ему домой и посмотрела, возьмет ли кто-нибудь трубку. Если мои приятели снова вышли на мой след, то имело ли какое-нибудь значение то, что они поедут за мной к моргу? Если они были из «Даймонд хэд», это не будет представлять для них интереса.

– Что такого сказали по радио, из-за чего вы подумали, будто это Митч? – спросил меня мистер Контрерас, когда мы забрались в «транс-ам».

Я только покачала головой:

– Не знаю. Просто мне показалось это вероятным. Я была там в пятницу и смотрела на канал Сэнитэри. «Даймонд хэд» находится как раз на его берегу. И дом миссис Полтер тоже не так уж далеко. Я могу только предположить, что он был пьян и упал в воду, пытаясь обследовать местность вокруг «Даймонд хэд».

– Я не говорю, что вы не правы, но мы с Митчем проработали там лет сорок, не меньше. Он знает это место.

– Вы правы. Я уверена, что вы правы. – Я не стала напоминать ему, что прошло уже больше десяти лет с тех пор, как они ушли на пенсию. Через столько лет я бы тоже не смогла найти дорогу к офису общественного защитника, будучи пьяной и в темноте. Возможно, и в трезвом виде тоже.

Я повернула направо на Дайверси, не включив указатель поворота, и взглянула в зеркало заднего вида. Через