Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Казалось, стоит отпустить «воздушного дракона» с удерживающей цепи, и грозно рокочущий дракон вспорхнёт ввысь и взмахами призрачных ножей–крыльев разорвёт в клочья надвигающиеся с запада низкие серые тучи.
Глава 9
Золотой союз
Перелёт через Атлантический океан и страны Европы Алексей проделал на своём стареньком разведывательном дирижаблике. На борту корабля были надёжные спутники и проверенный экипаж, который не удивлялся колдовским фортелям Сына Ведьмы. Неудобных вопросов капитану воздушного корабля пилоты не задавали. Начальник разведки и контрразведки Кондрашов тоже давно уже сделал для себя все выводы, а главного парагвайского бухгалтера, Семёна Исааковича Вездельгустера волшебная авианавигация не интересовала.
Сёма всё время в пути усиленно корпел над составлением хитрого финансово–хозяйственного сговора с властями Советского Союза, ибо назвать его торговым договором даже у хитрого еврея язык не поворачивался.
Кондрашову тоже было над чем подумать в дороге, но резоны своего ведомства генерал обсуждал с владыкой Парагвая в устном порядке. Никакой фиксации на бумаге столь изощрённые секретные планы не подлежали, ибо шпионы жаловаться в мировой суд не ходят, впрочем, так же как и контрабандисты.
Конечно, все намеченные договорённости обретут позже какую–то формальную запись чернилами, но истинная их суть останется для непосвящённых тайной. Главными гарантами должны стать не печати на бумагах, а воля лидеров двух государств. Обе стороны понимали, что всё будет держаться на честном слове абсолютных владык держав, которых может сместить с поста только смерть. Формально, руководителей стран выбирает народ, но вот мировая практика сильно отличается от идиллической теории. Во всяком случае, на ближайшее десятилетие смена власти в обеих странах маловероятна, разумеется, если не учитывать фактор внешней агрессии. Вот для устранения военных рисков и затевалась встреча в верхах. Вначале Алексей решил переговорить со Сталиным с глазу на глаз.
— Здравствуйте, товарищ Сталин, — шагнув в кремлёвский кабинет, приветствовал вождя пролетариата Алексей.
— Здравствуйте, товарищ Ронин, — вышел из–за стола навстречу дорогому гостю хозяин и, лукаво прищурившись, уточнил: — Вас же можно так называть, учитывая старое революционное прошлое?
— Вообще–то, у меня много обличий, — пожимая протянутую ладонь, усмехнулся бывший ярый анархист и честно покаялся: — Сегодня я специально комиссарскую кожанку одел, чтобы никого в Кремле не смущать.
— Ну уж меня, товарищ Ронин, внешним видом не обманете, — шутливо погрозил пальцем Сталин и жестом руки пригласил расположиться на кожаном диване у стены. Тем самым организуя обстановку для доверительной беседы. — Слышал, опять на дирижабле прилетели. Как вам, из–под небес, смотрелись перемены в стране?
— Впечатляют достижения, особенно в индустриальном плане, — кивнул парагваец.
— Эх, для увеличения темпов индустриализации техники маловато, — посетовал Сталин. — Полностью обеспечить потребности своими силами не можем, а для закупки оборудования за рубежом не хватает денег. Алтайская золотоносная жила–то иссякает, приходится продавать в Европу пшеницу. Благо сельское хозяйство уже встало на ноги.
Алексей понял намёк вождя, что теперь Союз не нуждается в дорогом заморском продовольствии, и покупать парагвайскую технику золотишка у большевиков тоже нет.
— Ну да что я вам, товарищ Ронин, рассказываю, — махнул ладонью вождь. — Парагвайская разведка и так лучше всех осведомлена о событиях в мире. А вот мы плохо представляем обстановку в Южной Америке. Что за тёмные силы там копятся в соседней с вами Боливии? Может, ещё как–то обойдётся без военного конфликта?
— После того, как американским и английским нефтяным компаниям стало известно о богатых месторождениях в Гран–Чако, войны не избежать, — отрицательно покачал головой Алексей. — Завистливые буржуи накачивают Боливию оружием, и оплачивают содержание трёхсоттысячной армии. Всё верховное командование укомплектовано иностранными офицерами: сто двадцать немецких отставников и более сотни чилийских наёмников. В общей сложности за рубежом закуплено: полсотни боевых самолётов, двести тяжёлых орудий, до тысячи пулемётов, куча танков и броневиков. К тому же, Боливия превосходит Парагвай по численности населения, а значит и по дополнительному мобилизационному ресурсу.
— А что может в настоящий момент противопоставить армия Парагвая?
— Официально в стране менее десяти тысяч регулярного войска на два с половиной миллиона населения, что, впрочем, втрое больше, чем было десять лет назад. Из самолётов всего лишь в наличии десяток стареньких аэропланов. Пушки времён прошлого века. Броневиков и танков нет совсем.
— Но ведь есть ещё оружие казаков и бывших белогвардейцев? — уличил атамана казачьего войска в лукавстве Сталин.
— В анархистской республике весь народ встанет на защиту родины, — гордо вскинув голову, пафосно заявил владыка Парагвая. — И в первых рядах будет стотысячное казачье ополчение и пятьдесят тысяч пограничной стражи, укомплектованной индейцами. В боевой строй встанет многотысячный автопарк легковушек и грузовичков, а также сотни гражданских автожиров. Вот только скорострельных пулемётов для вооружения авиатачанок у нас нет.
— Ну, с пулемётами мы казакам поможем, — понял, к чему клонит атаман, Сталин. — Сколько нужно?
— Пятьсот ШКАСов хватит, — попросил Алексей и сразу же дополнил заявку: — Ещё бы сотню лёгких противотанковых тридцати семи миллиметровых орудий, да щедрый комплект боеприпасов к пушкам и пулемётам.
— Что так скромненько? — недоверчиво поднял бровь Сталин. — Почему самолётов и танков не просишь?
— Для войны в кустарниковых зарослях западного Гран–Чако танки не приспособлены, а с авиацией противника казаки разберутся маневренными автожирами.
— Советские военные специалисты не высокого мнения о боевых возможностях автожиров, — скривил губы Сталин. — И вообще, зачем цепляться за технические химеры начала века? Дирижабли, парусные суда, паровые электрогенераторы и электромобили — пережитки прошлой эпохи. Мировой прогресс пошёл иным путём.
— Парагвай удачно занял пустующую нишу, — указал Алексей. — Наши паровички и электромобили очень хороши в труднодоступных районах. Ведь в лесах Сибири пароэлектрические агрегаты отлично себя зарекомендовали.
— Кроме нас, наверное, никто их не покупает?
— Европейские и американские монополисты не дают честно конкурировать, — посетовал Алексей. — А между тем, парагвайская продукция лучшая в своём классе.
— Радиостанции у вас, хотя и дешёвые, но слабенькие, — не согласился Сталин.
— Это если не использовать высотные ретрансляторы, — возразил Алексей и привёл следующий пример удачной радиотехнической модели: — А как вы оцениваете парагвайские радиолы?
— Шикарная техника, но чересчур уж дорогая, — развёл руками пролетарский лидер и уколол: — Как и автоматическая «парагвайка», которую мне ваш посол вчера подарил. На эту скорострелку патронов не напасёшься.
— Если вооружите удобными пистолет–пулемётами танкистов, артиллеристов, то и расхода патронов большого не выйдет, — рекламировал парагвайскую продукцию Алексей. — Хотя кавалеристам, от которых красная армия ещё не отказалась, «парагвайка» подойдёт ещё больше. Всадникам сподручно стрелять с одной руки, но тут уж патронов они жалеть не станут.
— Не по нашим доходам расходы, — отрицательно покачал головой Сталин.
— Так за ШКАСы и пушки казаки вам могут десять тысяч «парагваек» отдать, — соблазнял коммерсант. — А ящики патронов взамен снарядов пойдут.
— Не уж–то, вам самим для боливийской войны новое стрелковое оружие не пригодится, — с прищуром глянул на настырного продавца Сталин.
— Мы расплатимся «парагвайками» только после успешного окончания военной компании, — предложил предоставить ему рассрочку хитрый торгаш.
— А большевики уж было хотели оказать бесплатную военную помощь братскому парагвайскому народу, — рассмеялся Сталин. — Враги–то у нас общие — империалисты. Как думаете, товарищ Ронин, когда противник начнёт войну?
— На Парагвай полезут только через год, — уверенно предсказал Алексей и объяснил: — Боливийской армии нужно время для обучения рекрутированных солдат и освоения новой техники.
— А на Советский Союз? — полушутя спросил союзника Сталин.
— Не раньше, чем лет… через пять, — подняв глаза к потолку, предрёк пророк и уточнил: — Первые удары следует ждать с дальневосточных рубежей.
— Почему не с Запада? — удивился Сталин.
— В Германии и Америке сейчас экономический кризис, англичане же одни на войну не ходят, — усмехнулся Алексей. — Западникам нужно время, чтобы собраться с силами, а вот японцы как раз в силу войдут. По данным разведки, первый удар они нанесут по Китаю. Наши аналитики уверены, что лет пять у них уйдёт