Розали вошла в свою комнату, и ее взгляд сразу же устремился к кровати. На подушке лежала красная роза. Розали посмотрела поверх кровати на вазу, стоявшую на прикроватном столике. Красная роза, подаренная накануне, все еще пряталась среди других цветов. Кто-то сделал ей еще одно признание в любви.

Розали подошла и остановилась у кровати. Воздух здесь казался более плотным, тяжелым от ощущения чужого пристального взгляда. Когда она наклонилась, чтобы поднять розу, теплое дыхание коснулось ее затылка. На какое-то неуловимое мгновение она почувствовала тяжесть прижавшегося к ней твердого тела и большие руки, обхватившие ее бедра.

Розали со вздохом потрясения выпрямилась и оглядела комнату. Как всегда, никого не было. Дрожащими руками она прижала розу к груди. Внизу живота поселилось чувство, которого она никогда прежде не испытывала. Какое-то нервное, трепетное возбуждение.

Она заставила себя отогнать это чувство. Если в доме и впрямь обитал какой-то дух, ей следовало сделать все возможное, чтобы избежать его внимания. Розали обошла кровать и поставила розу в вазу к остальным цветам. Ее увлеченность была совершенно неуместна.

Мелькнувшее справа движение привлекло ее внимание, и она нахмурилась. Над медной ванной, частично скрытой за декоративной складной ширмой, поднимался пар. Разве Мэри упоминала о ванне? Нет. Нет, она намеревалась накормить Розали обедом. Так почему же в ее комнате приготовили ванну?

Розали подошла ближе, чтобы заглянуть в воду. От нее исходил легкий цветочный аромат, похожий на те духи, которые она предпочитала, когда могла себе их позволить. Розали в нерешительности прикусила губу. Прошло немало времени с тех пор, как она могла позволить себе роскошь принять ванну, но, скорее всего, эта вода была приготовлена отнюдь не человеческими руками.

Не создаст ли принятие этого дара у духа ложное впечатление? В ней шевельнулся укол вины. Или же, наоборот, правильное. Какая-то часть ее души — пугающе большая часть — сгорала от любопытства, пытаясь понять, что означали эти розы. Каково это — удостоиться внимания призрака?

Мысли Розали обратились к портретам герцога Келлингсуорта. В своем воображении она отчетливо видела его черные волосы, вьющиеся над воротником, и пронзительные серые глаза, устремленные на нее. Оказаться в центре внимания такого мужчины было бы головокружительно. Розали опустилась на колени и провела пальцами по воде. Температура была идеальной.

Сможет ли она на самом деле искупаться, зная, что за ней наблюдают? Розали оглянулась через плечо, словно надеясь увидеть обладателя того взгляда, который она чувствовала на себе каждое мгновение своего пребывания в этом доме. Там не было ничего, кроме абсолютной уверенности в том, что за ней следят. Она медленно подняла руки к пуговицам на воротнике.

— Эдвард? — прошептала она.

Тотчас же она ощутила за спиной стену жара. Розали откинула голову на удивительно твердое плечо и задрожала. Большие руки обвили ее талию и мягко сжали. Розали опустила взгляд, но не увидела ничего, кроме вмятин от ладоней на ткани своего платья.

Розали неловко возилась с двумя верхними пуговицами, пока чужие руки не скользнули вверх по ее телу и не отвели ее ладони в сторону. Невидимые руки быстро расправились с ее платьем, расстегнув его до талии и стянув до локтей. Розали уткнулась лицом в шею, которую осязала, но не видела. Даже будучи призраком, герцог источал приятный мускусный аромат, и Розали не могла не вдыхать его, словно утопающая — воздух.

Внутри нее разгорался огонь — новое и пугающее по своей силе чувство. Руки развязали завязки сорочки и скользнули под тонкий хлопок, касаясь обнаженной кожи. Розали ахнула, когда ладонь обхватила ее грудь, а мозолистый большой палец шершаво провел по соску. Этот жест отозвался между ее бедер прострелом наслаждения.

Розали крепко зажмурилась от остроты ощущений. Она услышала тихий мужской смешок, прежде чем рука принялась кружить вокруг чувствительного бугорка, дразня его. Розали сжала бедра и простонала. Разве это должно быть настолько приятно? Ей казалось, что эта волна вот-вот унесет ее за собой.

Ладонь переместилась на другую грудь, а свободная рука духа погладила ее живот, спускаясь ниже. Розали выгнулась навстречу руке, нежно терзавшей ее сосок, кусая губы, чтобы сдержать стоны. Она резко вдохнула от первого легкого касания призрачных пальцев к ее самому сокровенному месту. Рука замерла в нерешительности, пока девушка не развела колени шире.

Пара горячих губ накрыла ее губы в тот самый миг, когда пальцы скользнули между ее влажных складок. Розали вскрикнула, когда дух начал ласкать ее неискушенное естество. Пальцы нашли местечко, от которого ее бедра задрожали, и ласкали его до тех пор, пока ей не осталось ничего другого, кроме как судорожно хватать ртом воздух сквозь прижатые к ее рту губы.

В погоне за наслаждением ее бедра начали бесстыдно и совершенно бесконтрольно подаваться навстречу движениям. Когда один толстый палец проник внутрь ее девственного тела, она кончила с исступленным криком. Розали обмякла в объятиях духа, чувствуя себя совершенно безвольной. Она слабо застонала, когда палец выскользнул из нее, чтобы напоследок приласкать ее складки, прежде чем окончательно отстраниться.

Розали умиротворенно позволила духу снять с нее остатки одежды и опустить в ванну. Теплая вода ничуть не нарушила того расслабления, что окутывало ее тело подобно кокону. Она лежала неподвижно, пока невидимое присутствие водило влажной тканью по ее коже. В конце концов эта успокаивающая забота погрузила ее в сон.

Глава пятая

Розали проснулась в постели, одетая в свою обычную ночную сорочку. Солнце только начало выглядывать из-за далекой кромки деревьев, но она чувствовала себя совершенно бодрой. И полной вопросов. Главный вопрос, крутившийся у нее в голове, был: почему она? Почему дух Эдварда Локморроу выбрал ее объектом своей привязанности?

Этот вопрос продолжал не давать ей покоя, пока она одевалась и спускалась на кухню. Когда она вошла в двери, кухарка обернулась и посмотрела на нее. На лице женщины мелькнуло удивление, прежде чем она поспешно скрыла его за приветливой улыбкой.

— Доброе утро, мисс. Я как раз готовила для вас поднос с завтраком.

Розали проследила за взглядом кухарки, устремленным на серебряный поднос на столе. Ей собирались принести завтрак в комнату?

— О, — пробормотала она. — Благодарю, но я, пожалуй, поем в столовой.

— Конечно, мисс. Мы просто подумали, что этим утром вам может понадобиться отдых, — сказала кухарка, заливаясь румянцем.

Розали в замешательстве посмотрела на женщину. Казалось, будто та знала о встрече Розали с духом. Но откуда ей было знать?

— Агата уже проснулась?

— Да, мисс. Она завтракает в утренней гостиной. Желаете присоединиться к