Я стоял и проверял, как держится отражение. Мана, к слову, от плёнки отталкивалась заметно сильнее, чем от моего волевого усилия.

Я подождал ещё немного и выглянул из-за ствола. Всадник проехал мимо. Решил обождать ещё чуть-чуть, прежде чем выходить, но тут он, вдруг, замедлился, остановился, а потом и вовсе развернул коня. Доехал ровно до того места, где я сошёл с дороги, и снова остановился.

Через просветы между стволами я увидел, как всадник направил коня в лес — будто прямо по моим следам. Ехал он шагом, не торопясь, и следов не читал, как это делают следопыты. Не смотрел по сторонам, не крутил головой, не проверял кусты. Ехал прямо на меня. В совпадения я не верил. Как он меня вообще нашёл?

Я взял алебарду двумя руками и подал туда Ци, забыв, что вообще-то держу отражение. И когда это вспомнил, плёнка дрогнула, но удержать я смог.

Он остановился метрах в тридцати и спешился.

— Эй! Я знаю, что ты там. Выходи! Я Биг Ган семнадцать ноль три. Мой ник тебе о чём-нибудь говорит?

Я почувствовал, как сердце пропустило удар. Плёнка, кстати, держалась. А вот имя действительно было знакомым.

Это что, шутка какая-то?

Глава 11

Товарищ по несчастью

Я стоял за деревом и не двигался.

Первым делом прикинул, что вообще происходит. Он назвал ник. Значит, он с форума. Или от кого-то это узнал. Выходит, я не один такой — эта мысль приходила мне и раньше, когда я сообразил, что «никто не написал, что завалил Ориона» и «никто не смог» — совсем не одно и то же. Но это всё равно шокировало.

Он ехал по тракту, прошёл мимо и потом вернулся. И ориентировался точно не на следы. Значит, искал если не конкретно меня, то кого-то вроде меня, и, главное, нашёл. А раз так — знал, как и где искать. По каким признакам меня можно найти? Первое, что приходит в голову, — это Ци и мана, которые во мне сочетаются. Но вряд ли это подходит для дальнего обнаружения. Тогда получается, он от кого-то узнал, что я есть в пустом городе. Или я навожу тень на плетень, и он просто ехал мимо и случайно обнаружил что-то, что выдало меня с головой?

Он приветствовал меня своеобразным паролем, а значит, он тоже попаданец либо притворяется. Но почему именно сейчас?

Всё это было так странно, что мелькнула мысль сказать, что он обознался, что я его не понимаю. Я её покрутил секунды две и отбросил, потому что, судя по его виду и тому, как он держался в седле, он тут давно. Ну либо со стартом ему повезло. Так, ладно. Ничего подтверждать поначалу не буду, но не выходить глупо. Да и не разговаривал я с живым человеком уже неделю.

— Ник дурацкий, я знаю. Мне шестнадцать было, когда я его придумал. Тогда мне казалось это крутым, но сейчас я понимаю, что звучит как дерьмо полное, — продолжил он.

Да уж, в этом Биг Ган семнадцать ноль три прав. Он не доставал оружия и не готовился к бою. Что ж, можно поговорить. Слишком много вопросов. Я вышел из-за дерева, держа наперевес алебарду, так и не сняв отражение.

— Это же ты вёл ветку про мастерство одного удара?

Он радостно улыбнулся, когда меня увидел, но на моих словах сразу поморщился.

— Проверка, да? Ветка называлась «Один **нутый удар». А у тебя какой ник был?

Я взвесил все за и против. Это, очевидно, попаданец. Скажу ник — ничего не потеряю, тем более мы старые знакомые, судя по его ответу.

— Рэй. Через четыре буквы «а» и икс в начале. (прим. Автора: xRaaaay)

Он открыл рот. Закрыл. Потом медленно поднял палец и наставил на меня, и палец слегка ходил.

— Погоди. Погоди-погоди-погоди. Так это же ты написал мне огромное полотно, что не выйдет? Что урона не хватит либо в окно каста не помещусь?

— Было такое.

— Четыре страницы духоты! С расчётами! Я был уверен, что ты просто выделывался…

— Хех, — я на мгновение растерялся. — И что в итоге?

— Да прав ты был. Ещё два года я этой хернёй страдал, думал, что чего-то недокрутил, всё перепробовал, а потом снова вернулся к твоему сообщению. Перечитал и понял, что ты кругом прав. Я ещё извинился тогда, но ты не ответил.

— В смысле? Не было такого. Я бы запомнил.

— Ну реально, прости, чувак. Про дебика было лишнее, погорячился. И извинился я уже пару лет как.

Я непонимающе на него уставился. Странно, что я стою в другом мире с алебардой наперевес, а у меня просят прощения за срач в интернете. Но гораздо страннее было другое.

Какие нафиг пару лет? Мы ругались-то за полгода до моего прохождения.

— Странно. Давно ты в этом мире?

— Чуть больше, чем полгода, — не понял он резкой смены.

— А игру когда прошёл?

— Хм… в двадцать шестом, в январе.

В двадцать…что? Я здесь чуть больше месяца, а в моём, ну, то есть в нашем мире уже прошло четыре года? Ну, допустим. Но чувак здесь тусуется уже полгода… Ерунда какая-то.

— А я в двадцать втором. Летом. — Я сказал это с нажимом, внимательно глядя на его реакцию. Реакция меня разочаровала.

— Э-э-э… Интересно, конечно. Ну, я думаю, всему есть объяснение.

Он сказал это легко и отмахнулся, а я решил не давить. Первая встреча, десять минут знакомства, человек с оружием на поясе — не тот момент, чтобы выяснять, почему тот, кто прошёл на четыре года позже, оказался здесь на полгода раньше. Показалось странным, что он не захотел даже порассуждать на эту тему: я хорошо помню, как он по любому вопросу мог соловьём разливаться в теоретических форумных рассуждениях. Есть вероятность, что в жизни он другой, конечно, но на всякий случай запомним.

— Подожди, ты сказал, прошёл в двадцать втором? До трафаретов, что ли? — поспешил он сменить тему.

— Ну да. Что за трафареты?

— Ну помнишь, как артефакты в игре делались?

Я кивнул. Помнил эту муть прекрасно. Перед тобой чёрное полотно, и ты ведёшь мышкой, рисуя символ. Символ ты до этого мог найти на свитке где-нибудь в руинах или разломе, а он, зараза, мог быть немного