как благодарность за детей, за то, что подарил их мне. Он был хорошим отцом, всегда приезжал к ним, все покупал. Но…

Она замолкает, а я не понимаю, что скрывается под этим «но». Ульяна резко переводит взгляд на меня.

— А вы были семьей?

— Нет, — качаю головой, вспоминая то, что у нас было. — Мы никогда не были семьей. А что?

Она опять задумывается. Но потом все же продолжает:

— Я хотела, чтобы у моих детей был отец… Хотела, чтобы он ушел из семьи, но он не уходил. И до сих пор я не понимаю, что его держало? Я думала, что ты скажешь мне это.

Она смотрит на меня. А я пожимаю плечами. У нас была странная семья. Я знала о существовании у Олега любовниц. Но детей…

— Могу только предложить, что это как грязное белье… Они любили быть чистыми перед обществом.

— Или все же любовь к жене… — она говорит о Елене. — Она странная, она приходила ко мне, угрожала, требовал уехать. Говорила, что он никогда не будет с нами, и даже хотела купить моих детей…

Усмехаюсь. Как это знакомо. Неужели жизнь их ничему не научила! Они уже ошиблись со мной.

— Она была сумасшедшей, — женщина мрачнеет. — Они оба… скорее всего, он не мог оставить семью ради нее. Слишком любил…

Скорее всего. Но вслух этого не произношу.

— Но сейчас я по-настоящему счастлива. Со своими детьми и мужчиной, которого и правда люблю, — она с теплотой смотрит на фотографии, которые стоят на полке в серванте. Там изображены дети, она и мужчина, скорее всего старше нее.

— Егор любит их как родных, даже больше, чем любил Олег, теперь я понимаю это.

— Главное, вы счастливы, — улыбаюсь ей.

Елена была не права. Дети Олега в хороших руках, у любящей мамы, которая никогда не отдаст их. Не сделает ошибки, которую совершила моя мама. Которую никогда не совершу я. Уже сейчас я не представляю, как смогла бы отдать своего ребенка, ведь он уже частичка меня.

— Да, теперь я спокойна, — кивает она и опять смотрит на фотографию своей счастливой семьи.

Глава 30

Как я и планировала, я все же решила устроить сюрприз Владу. Хотела, чтобы все было красиво. Заказала торт: одна половина розовая, другая голубая, с декором для мальчика и для девочки. Хотя пока и непонятно, кто будет, но, думаю, это символично, и мы сами выберем, просто пофантазировав. А еще я приготовила маленький квест с листовками-подсказками, где будут фотографии УЗИ.

Все же с беременностью я стала немного сумасшедшей. Мне обязательно хочется сделать это все красиво. А Влад злится, что я что-то от него скрываю.

— Кукла, когда это прекратится? — почти рычит он, прижимая меня к себе. Вдыхаю с наслаждением его запах. — Мне это не нравится!

— Еще немного, честно-честно, — сама прижимаюсь к нему, чтобы успокоить.

— Кукла, ты помнишь наш уговор? — поднимает мое лицо и смотрит мне в глаза, серьезно, словно заглядывает в душу. — Больше никаких тайн и недосказанностей.

После той ночи мы обещали это друг другу.

— Помню, но тут я хочу немножко подождать. Мне хочется сделать это по-особенному, — сама смотрю на него, умоляюще.

Понимаю, что ему тяжело, особенно когда между нами есть тайна. Но эта тайна очень важна для меня, и для него будет тоже. Обязательно.

Он вздыхает, сдаваясь.

— Хорошо, Кукла, не могу отказать тебе, но не хочу, чтобы это стояло между нами.

— И не будет, — сама целую его, благодарю за терпение. — И это будет приятный сюрприз.

Я стараюсь сделать все как можно раньше. Но тормозит торт, который я хочу, он слишком сложный, поэтому делать его долго.

И вот настал день икс, я волнуюсь как никогда, но и в предвкушении. Не знаю, как отреагирует Влад, но очень хочу увидеть его эмоции. Мне написал курьер и сказал, что торт доставят сегодня вечером. Прекрасно, а пока можно перейти к основному. Для этого я отпрашиваюсь с работы, чем радую четвертый курс, который, соответственно, тоже уходит домой.

Собираю свою сумку, немного волнуюсь, но заставляю себя успокоиться. Все будет хорошо, обязательно. Закрываю кабинет и иду по коридору, но тут вижу около зеркала в холле Егора. Он взъерошен и, словно загнанный зверь, ходит туда-сюда. Решаю подойти и узнать, что происходит.

— Егор, почему ты не на паре? — спрашиваю я, хотя, если честно, даже не помню их расписание.

— Я не могу найти Веронику, — игнорирует он мой вопрос. — Она не отвечает, дома ее нет, в университете тоже!

Он нервно проводит руками по волосам. Его это явно беспокоит.

— Может, опаздывает или куда-то зашла по дороге? — пытаюсь убедить его, что может случиться все что угодно, необязательно думать о плохом.

— Нет, тогда бы она взяла трубку, — качает головой он. — Мы договорились встретиться тут, она ехала из дома.

— Может, она на что-то обиделась… — предпринимаю новую попытку. Хотя волнение за девушку усиливается.

— Ее брат приходил на днях, — глухо рассказывает он. — Я не знаю, о чем они говорили. Она не сказала, говорила, что все хорошо, а теперь… Не знаю, Ангелина Олеговна, мне неспокойно, обычно она отвечает мне, а сейчас телефон то не в сети, то просто не берет его.

Если дело в ее брате, то это очень плохо. Он доставляет ей только проблемы и опасность.

— Вдруг они ее нашли… — добавляет он. А потом со всей силы бьет кулаком о стену. Он очень переживает за нее.

— Егор, все будет хорошо, сейчас я тоже попробую ей набрать, может, она ответит на мой звонок.

Достаю телефон и ищу номер Вероники. В душе поселяется тревога. Что могло произойти?

Гудок. Второй. И тут слышится шуршание, а потом взволнованный голос девушки:

— Алло.

Шуршание очень сильное, поэтому я едва могу разобрать ее голос.

— Вероника, это Ангелина Олеговна, где ты? Егор рядом со мной, он сказал, что потерял