прямоугольных линий, выступающих над полом с сечением в полметра. Это Проводники Причастия. Каждый Проводник заканчивался широким диском чуть больше метра в диаметре и высотой с полметра — Чашой Причастия. Именно на этих дисках молились Владыке.

Все элементы Алтаря явно были выполнены из металла, покрытого тончайшей резьбой и рунами. Не удивлюсь, если во время церемонии эта вязь ещё и светилась. На всех элементах Алтаря были видны признаки «гнева» — оплавленный, потекший металл, но без единого пятна ржавчины ржавчин.

Потолок состоял из нескольких каменных сводов, поддерживаемых колоннами. Ровно над каждой Чашей в потолке зияла оплавленная дыра, сквозь которую на «молельные установки» обрушился «гнева» Владыки.

Рядом со входом в служебное помещение на полметра от пола поднимался каменный бортик. Он повторял полукруглый изгиб стены, широкой дугой разграничивая посетителей и служащих. Даже здесь церковники поставили напоминание, что паства — отдельно, а дела церкви — отдельно. Граница невысокая, но смысл одинаковый во всех мирах: одни молятся, другие считают прибыль.

— Обходим Алтарь по кругу, — тихо приказал я. — Проверим всё.

Мы двинулись вдоль стены и довольно быстро дошли до начала бортика. Уже оттуда я заметил странность. Чаша Причастия напротив служебного входа отсутствовала. Просто пустое место, где должна быть Чаша. Даже Проводник заканчивался аккуратным срезом, словно Чашу демонтировали строго по божественной инструкции и унесли на плановый ремонт.

— Селена? — шепотом спросил я. Помещение вроде и пустое, но говорить с обычной громкостью не хотелось категорически.

— Чисто, никакого тепла или, наоборот, холода не вижу, — доложила девушка.

Владыка оперировал своей Меткой только на рабочем Алтаре. Словно Алтарь — это инструмент. Как отвертка. Или шуруповёрт. И разбитые части Алтаря подтверждали мои догадки: они выглядели как составной артефакт. Большой, сложный, наверняка дорогущий, но артефакт.

Я позволил себе улыбнуться. Отвертка работает в любых руках и без всякого божественного вмешательства. Значит, с помощью Алтаря я смогу снять Метку и без Владыки.

Конечно, Алтарь, как любой артефакт, был привязан к Владыке, и кто-то другой воспользоваться им не мог. Только вот… Тут был Падший Храм с Падшим Алтарём и, судя по реакции Владыки, Первая Республика «перепрошила» этот артефакт для своих нужд. Иначе зачем наносить удар по Падшему Храму, да ещё настолько точечно уничтожать Чаши и Исток? Дырки в потолке указывали на то, что Владыка бил прицельно. Владыка торопился, не мог допустить нарушение его монополии на Алтари. Вот и ударил «гневом». А что под удар попало ещё несколько квадратных километров территории — так это побочный урон, который Владыку не сильно интересовал, как и в случае с отправкой Небесных Воителей.

Выходит, республиканцы спасли одну Чашу. И думаю, неспроста. Возможно, она работает как самостоятельный Алтарь в урезанном варианте, или с полным доступом к функционалу, но медленно. В любом случае, эту Чашу стоит поискать и попробовать запустить.

Начать я решил с подробного осмотра первоначального места нахождения Чаши. Отложил оружие, чтобы освободить руки, выскользнул из-за бортика и приблизился к пустому месту. Из интересного только сам проводник. Даже издали я видел что-то похожее на разъемы в его торце. Что в очередной раз подтверждало мою идею о составном артефакте.

Я сделал шаг в сторону Проводника, когда раздался скрежет осыпающегося камня. Один из завалов у стены вдруг ожил. Камни зашевелились, будто под ними кто-то заворочался. В клубах поднятой пыли я увидел знакомое марево — лёгкое, дрожащее искажение воздуха, как жар над раскалённым асфальтом. Плащ невидимости.

— Противник! — рявкнул я.

Я успел отклонится буквально на несколько сантиметров, когда враг выстрелил. Ярко-белый шар чиркнул по нагруднику кирасы — и металл исчез. Вспышка боли ударила в мозг. Дыхание сбилось — горячий воздух обжёг лёгкие. Я прыгнул в укрытие за бортик. Упал, как мешок с зерном ударившись спиной, и некоторое время боролся с болью. Кираса жгла. Полоса стали шириной десять сантиметров и длиной в пять испарилась с нагрудника. На металле раскалёнными до белизны краями горел овал, из-под него валил густой дым от мгновенно обуглившейся стёганки.

Кираса жгла, и я заставил себя расстегнуть боковые крепления и, повернувшись на бок, откинул нагрудник. После стянул доспех совсем. Повезло, что попало по касательной и заряд зацепил только металл. На сантиметр глубже — и испарило бы не только сталь, но и мои лёгкие и сердце. А так отделался «всего лишь» серьёзным ожогом, но «Улучшенная Регенерация (Е+)» должна была с этим справиться.

Я прижался плотнее к бортику и огляделся. Селена и Лис залегли за камнем и не высовывались — они прекрасно видели, что может сделать оружие противника. Интересно, чем он это меня так? Явно не лазер. Фаербол? Или какая-то шаровая молния? Или плазмопушка?

Нужно было осмотреться, понять, с чем мы имеем дело, и как отступить. Ни о каком бое со стражем Храма речи не шло. Но высовываться не хотелось — вдруг у него мгновенная реакция, и не успеет моя голова появиться над бортиком, как в неё прилетит фаербол?

— Лис, кинь копьё! — крикнул я.

Подсознательно я ожидал, что страж выстрелит на звук моего голоса, даже сжался немного. Но ничего не произошло. Я снял шлем и нацепил его на копьё. Закрытое забрало не позволяло разглядеть, есть ли внутри голова или нет. И даже если у стража тепловизионное зрение, шлем уже нагрелся от моей головы, так что определить, внутри человек или нет, будет затруднительно.

Я быстро высунул шлем по глаза за бортик и сразу же спрятал его. Никакой реакции. Повторил медленнее, задержав шлем вне укрытия. И опять тишина. Ни выстрела, ни даже звука перемещения или наведения оружия на цель. После пятого раза я понял, что пора рискнуть.

Надел шлем и высунулся. Хотел сразу же спрятаться, но увидел ствол, направленный не в меня, а немного в сторону. Оружие не двигалось. Решил задержаться и рассмотреть всё подробнее.

Из клубов пыли проступала фигура Небесного Воителя. Невидимости на нём уже не было — то ли слетела после первого выстрела, то ли сам Воитель отключил её за ненадобностью.

Выглядел страж Падшего Храма откровенно плохо. Высокая, около четырёх метров, фигура была наполовину завалена камнями, и поэтому не способная двинуться с места. Вся левая часть — нога, крыло и рука — обломок оплавленного металла. Правая, особенно крыло, погнута и покорёжена. Нимб разбит в нескольких местах. Лишь правая рука оставалась активной: у неё, вместо ладони зиял ствол.

Я присмотрелся к оружию и понял, что угол его обстрела ограничен: Воитель не мог его навести на меня. Поэтому и не пытался.