Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Грумхильда, поставь сковородку с маслом на печь, а то у меня руки заняты.
— Сейчас сделаю.
Как только таймер отсчитал десять минут, я окунул каждое крылышко сначала в яичную смесь, затем хорошенько обвалял в панировке. Мысленно улыбнувшись, я добавил немного маны, желая, чтобы это блюдо пробуждало аппетит. Шкала просела на три единицы, но, думаю, этого будет достаточно.
Оставалось только обжарить крылышки. Я не хотел тратиться, делая фритюр, а решил обжарить крылышки в небольшом количестве масла, чтобы они стали хрустящими, но не жирными.
Едва они покрылись золотистой корочкой, я сунул сковороду в печь на пять минут, чтобы мясо не осталось сырым.
— Ишь, какое чудное блюдо получится, — потянула Грумхильда. — И всё ради одного человека?
— Почему нет? Время у меня есть. Сейчас только соус сделаю и можно подавать.
С ним не стал мудрить, взял густую сметану, смешал с зеленью, соком лимона и щепоткой перца.
Когда крылышки были готовы, я выложил их на деревянную доску, посыпал крупной солью и украсил веточками петрушки. Запах, исходящий от блюда, был умопомрачительным — остро-пряный, с нотками дымка и мёда.
Внимание!
Вы создали новое блюдо: «Острые крылышки»
Качество: превосходное
Свойства: пробуждает аппетит и улучшает настроение
Скрытый бонус: расположение +10 %
Вы получаете 10 опыта
Рецепт сохранён в кулинарную книгу
Текущий опыт: 470/700
— Варвара! Отнеси блюдо для нашего гостя. И далеко не уходи от него, думаю, он закажет ещё что-то.
— Ты что-то задумал! — усмехнулась Грумхильда.
— Раз он богат, почему бы этим и не воспользоваться?
Мне, конечно, интересно посмотреть на его лицо, когда он попробует крылышки, но запеканка сама себя не приготовит!
Не прошло и пятнадцати минут, как на кухню зашла Варвара.
— Полный набор, господин Винтер! Для того гостя! И ещё он просит вас подойти к нему.
— Неси, а я подойду, как доест. Не все любят, когда на них во время трапезы смотрят.
И как только Татьяна принесла из зала пустые тарелки, я вытер руки и вышел в зал.
— Добрый вечер, — я слегка поклонился. — Я Марк Винтер, хозяин трактира. Всё ли вас устроило? Вкусна ли еда?
А мысленно хохотал во всё горло. Лицо у богача было потным, на щеках выступили красные пятна, а на губах играла довольная полуулыбка.
Гость поднял на меня свои серые глаза, оценивая не только внешность, но и мою уверенность.
— Марк Винтер, — произнёс он с лёгким, едва заметным акцентом, — я слышал о вас. Ваша репутация идёт впереди вас. Позвольте представиться, граф Орлов. Проездом из столицы. И решил, что визит в ваш трактир станет приятным завершением поездки. Скажу честно, я впечатлён. Это ваше блюдо стало для меня неожиданностью. Удивительное! Вкус, текстура, игра остроты и сладости… Довольно неожиданный выбор для трактирщика из глубинки.
— Благодарю, ваше сиятельство. Мне очень приятно, что вам понравилось. Мы стараемся радовать наших гостей чем-то особенным.
Граф сыто откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и, не сводя с меня цепкого взгляда, заговорил уже другим тоном:
— У меня к вам деловое предложение, выслушайте внимательное. Для вас это хороший шанс, — он улыбнулся одними губами. — Я представитель королевского двора, и постоянно ищу талантливых людей. Не только на кухню, конечно же. Смею заверить вас, что на кухне короля работают лучшие мастера с самых разных концов страны. Но такого повара, как вы я ещё не встречал. Ваша еда обладает не просто вкусом, а чем-то большим. Это чувствуется. Бодрит, согревает, насыщает. Вы точно вложили в неё частичку своей души. В столице такие таланты ценятся на вес золота.
Чувствуется, значит? А не маг ли ты, граф Орлов? Пока он сделал паузу, давая мне время осмыслить сказанное, я не терял ни секунды и запустил «Распознавание магии». Но нет, кроме как над блюдами, дымка нигде не задержалась.
— Я предлагаю вам работу при дворе, — продолжил граф. — Главным поваром на королевской кухне. Вы хорошенько подумайте над моим предложением. Жалованье будет в десять раз выше того, что вы зарабатываете здесь, плюс щедрые премии, собственные апартаменты при дворе, десяток подчинённых. И не только это! Представьте, что вы получите доступ к лучшим и редчайшим продуктам, о которых в вашей глухомани и не слышали. Слава, богатство, признание! О вас будут слагать легенды!
Не знаю, как я сохранил самообладание после его слов. Да, королевский двор — это мечта любого повара. Лучше ингредиенты, деньги, признание. Даже слава. Но я ни на мгновение не польстился на такое предложение. В моей груди горело пламя Очага, которое я ни на что не променяю. Да и к тому же стоит хоть одной живой душе узнать, что я действительно умею делать с едой, меня закроют в золотой клетке и готовить буду я только то, что скажут.
— Ваше сиятельство, мне очень приятно ваше предложение, — наконец, сказал я. — И всё же, я откажусь от него. Здесь мой дом, трактир и земля. Я не могу покинуть это место, потому что я не просто повар, а последний представитель моей семьи. В «Сытом Вепре» я стремлюсь сохранить душу этого места. Вы предлагаете мне славу и богатство, но я уже имею то, что дороже — свободу и право творить для тех, кто по-настоящему нуждается в моей еде.
В глазах графа мелькнуло лёгкое раздражение, впрочем, он быстро взял себя в руки и поднялся:
— Достойный ответ, — он с трудом сдержал лицо. — Я уважаю вашу преданность, хоть и удивлён вашим выбором. В любом случае пока я в Бешале, моё предложение в силе. Я поселился у ратуши и буду в городе ещё три дня. Если вы передумаете, то буду рад видеть вас. Запомните, такая возможность выпадает только раз в жизни. Не упустите её.
— Заберите, — он достал из кошеля золотую монету и положил на стол. — Это вам и вашему трактиру. Надеюсь, мы ещё встретимся.
Он развернулся и направился к выходу. Когда дверь за ним закрылась, я вернулся на кухню и выдохнул. Грумхильда бросила пирожки и подскочила ко мне, рядом с ней тут же оказалась Татьяна, да и Варвара прошмыгнула из зала.
— И кто это был? Чего он от тебя хотел? — затрещала эта сорока, задавая кучу вопросов в один миг. — Он золотой оставил! Да я такую монету впервые в жизни видела!
— Граф Орлов, — я обвёл их взглядом. — Предлагал работу при королевском дворе, обещал золотые горы. Дал три дня на раздумья.
— И что