говорит он, но затем, смягчившись, продолжает: – Я вижу в тебе отличного хоккеиста, но в твоей голове явно что-то происходит, и ты никак не можешь с этим справиться. Мой тебе совет, приятель, разберись с этим, и поскорей.

– Да, тренер, – после недолгой напряженной паузы киваю я.

– В другом ответе я не сомневался, – бормочет Николаич и переводит свое внимание на капитана.

Наш тренер способен видеть каждого из нас насквозь. Даже сейчас Николаич прав. Мое стремление угодить отцу, но в то же время сделать все, что только возможно, чтобы нас перестали сравнивать, сводит меня с ума. Каждый раз, выходя на лед, я не могу перестать думать об этом. Мой отец даже не ходит на мои матчи, а то, чтобы услышать похвалу от него, сравнимо со способностью животных разговаривать, то есть это невозможно. Пусть он и не говорит прямо о своем недовольстве мной, но я слышу его в каждом его слове: должен, обязан, необходимо.

– Белый, ты чего завис? – Илья вырывает меня из моих размышлений, слегка дергая за форму.

– Да так.

– Снова об отце думаешь? – он отходит от меня и направляется к выходу со льда. – Может, тебе уже стоит с ним поговорить? И, как советует тренер, выкинуть уже это из головы?

– Я подумаю! – раздраженно отвечаю я, но через пару секунд остываю. – Если бы было все так просто.

– Все реально просто, друг. Стоит только попробовать.

– Наверное.

– Все только в наших головах, и, стоит только начать об этом говорить, все становится не так страшно, – произносит капитан, держа ручку дверцы, ведущую в раздевалку. – Ты этим только загоняешь себя в угол.

– Было бы проще, если бы он ходил на мои матчи, – признаюсь я, не глядя Илье в глаза.

– Ты даже не знаешь почему.

– А что тут знать? Ему стыдно за меня, я не самый лучший, каким был он, – я чувствую, как злоба подступает к горлу.

– Это он сказал?

– Нет, но это и так понятно.

– Кому понятно? – друг усмехается.

– Всем.

– Не говори ерунды, – по-доброму отвечает капитан, открывая дверцу раздевалки. – Еще раз говорю, лучше поговорить с ним, чем что-то придумать себе и верить в это.

Я оставляю без ответа последние его слова, молча проходя внутрь.

Он прав, он чертовски прав.

Я взрослый парень, и мне нужно взять и поговорить со своим отцом, но меня что-то останавливает. Вот только что?

Выйдя из душа в одном полотенце, я направляюсь к своему месту как раз в тот момент, когда мой телефон издает звук входящего сообщения. Его отчетливо слышно в почти пустой раздевалке. Большинство парней уже ушли, остались только я, Илья, Мороз и братья Власовы.

Хватаю телефон в руки и ловлю себя на мысли, что жду сообщения от Даши, но на экране появляется контакт сестры, и легкое разочарование проходит по телу.

– Подруга твоя пишет? – слышу я насмешливый голос друга.

– Нет, Мишель, – сухо отвечаю я.

– Передавай ей от меня пламенный привет, – широко улыбаясь, поднимается с места Илья.

– Разбежался.

Сестра просит забрать ее из салона, находящегося через дорогу от ледового комплекса, и я соглашаюсь. Мне не сложно, тем более делать все равно нечего.

Готовиться к экзамену у меня желания вот вообще никакого нет.

Одевшись и взяв сумку с тренировочной формой и хоккейной экипировкой, я делаю шаг к выходу.

– Подожди нас с Морозом, – просит Илюха.

Я киваю и терпеливо жду, пока эти два копуши соберутся.

Когда мы выходим из комплекса, вечерний зимний воздух тут же ударяет в лицо.

– Когда уже закончится эта зима? – недовольно спрашивает Илья, полностью застегивая куртку и надевая черную шапку.

– Она только началась, – смеется наш вратарь. – Вы, кстати, идете на день рождения к Новикову?

– Конечно, – отвечает капитан. – А ты?

– Да, давно не видел парней.

Илья молча кивает и переводит взгляд на меня.

– А ты?

– А что я? – пожимаю плечами. – Я как все.

Он усмехается.

Я даже не собираюсь спрашивать, что значит его дурацкая ухмылка.

– Белый, ты домой или…

– Или куда? – фыркаю я и достаю шапку из кармана куртки.

– Не заводись, – смеется друг.

– Может, кто-то из вас скажет, что снова между вами происходит? – Мороз не скрывает улыбки.

– Ничего, – бурчу я, поправляя ремень тяжелой сумки, и уже собираюсь пойти к машине, как слова Илюхи меня останавливают.

– Наш Ромео вовремя меня не послушал, успел натворить делов, а теперь прячется.

– Ничего я не натворил.

– Правда? – друг изгибает бровь.

– Кривда.

– Парни, – смеется Веня. – Я ничего же не понял.

– А тут нечего понимать, Мороз. Наш капитан напридумывал себе непонятно чего, а страдаю я.

– Если честно. Не стало понятнее, – приятель чешет затылок.

Он абсурдности ситуации я закатываю глаза.

– Все, я пошел. До завтра, – отмахиваюсь и направляюсь к машине.

– Эй, Ромео, билеты-то, может, заберешь?

Я останавливаюсь.

Билеты.

Совершенно про них забыл. Если я не возьму, то Мишель от меня живого места не оставит.

– Иди к папочке, – дразнит меня друг, когда я возвращаюсь к нему.

– Илюха, по-братски, иди в задницу и отдай билеты, – пытаясь сохранить серьезность в голосе, прошу я.

– Сколько тебе билетов дать?

– Давай три.

– Три? – он удивленно приподнимает бровь. – Родители будут?

– Ты же знаешь ответ, – устало произношу я. – Мишель, Даше и Полине.

Несмотря на то что я пока не понимаю, что делать с нашей «дружбой», я обещал Даше билеты, значит, я ей их достану.

– Как раз три и осталось, – Илья протягивает мне билеты, и я не тяну кота за одно место, тут же забираю их.

– До завтра, – поочередно протягиваю руки для рукопожатия.

Успеваю только сесть в салон и включить зажигание, а в кармане куртки уже звонит телефон.

– Я уже освободилась и жду тебя, – в динамике разносится радостный голос сестры. – А еще у меня новость.

– Какая?

– Я сегодня остаюсь у тебя!

– Что? – спрашиваю я, надеясь, что ослышался.

– Ты все слышал, – смеется она. – Я предлагаю заказать пасту с пиццей и поболтать, как в старые добрые времена.

– Мишель!

– Я уже сказала родителям, что останусь у тебя. Я даже с собой взяла небольшую сумку с вещами.

– Мишель! Мне нужно готовиться к экзамену.

– Марк! – парирует сестра. – Экзамен у тебя в пятницу, и не нужно утверждать мне, что ты будешь готовиться. Я не вчера родилась.

Черт. Она права.

– Мишель!

– Марк!

На самом деле я безумно соскучился по сестре, и один вечер вместе ничего не испортит. И она действительно права, я бы не стал готовиться к экзамену. Скорее всего, поел бы и завалился смотреть сериал.

– Буду минуты через две, – сдаваясь, констатирую