— Пошли, — согласился я, выползая из склепа.

Бес, до этого дремавший в углу, тут же поднялся на ноги, потянулся и бесшумно засеменил впереди, как будто лучше нас знал, куда мы направляемся. А я последовал за призраком, углубляясь в ночной лес.

— Расскажи подробнее об этом месте, которое мы ищем, — попросил я Агу. — Ты сказал — подземный каменный город. Когда он возник? Кто его строил? И откуда ты про него узнал?

Агу замолчал, словно собирая разрозненные воспоминания в единую картину.

— Это было ещё до появления в этих благословенных местах моего народа, — наконец произнёс он. — Здесь жили другие. Древние. Они не строили храмов на вершинах гор. Наоборот, они старались уйти под землю. Они вырубали города в подземных скалах и пещерах. Лабиринты, каменные залы…

— А магия там есть? — уточнил я, насторожившись. Мало ли, с чем нам придётся иметь дела в этих древних подземельях.

— Нет, — уверенно ответил призрак. — Когда я ещё был жив, это место уже считалось мёртвым. Вся сила оттуда выветрилась. Исчезла. Там безопасно. Ничего сверхъестественного, даже неприкаянных духов не осталось. Только сплошной камень и тишина. И найти его совсем непросто — надо знать, где искать.

— То, что нужно, — пробормотал я. — Идеальное убежище для партизан. Только надо их как-то уговорить «на переезд»… А еще надо сначала найти этот город. Может дорогу к нему давно завалило.

Мы шли уже около часа. Лес вокруг казался живым, но удивительно дружелюбным. Обычно ночная чаща встречала путника цепкими ветвями, старающимися разодрать лицо, узловатыми корнями, норовящими кинуться под ноги, колючим кустарником и прочими прелестями дикого леса.

Сейчас же тропа словно сама расстилалась под моими сапогами. Ветки отклонялись в стороны, а не хлестали по лицу. Корни уходили глубже в землю, оставляя под ногами абсолютно ровную тропу. Я чувствовал на себе взгляд Леса. Благословение Корневича работало на полную катушку — мы были здесь желанными гостями. Но до тех пор, пока соблюдали договор.

Деревья постепенно редели. Воздух становился суше, запах хвои сменялся запахом нагретой каменной пыли. Мы вышли на окраину леса. Впереди, под луной, раскинулись во всем своём мрачном великолепии каменные пустоши. Заброшенные каменоломни, изрезавшие склоны глубокими шрамами, уходили во мглу чёрными зияющими провалами.

— Здесь, — как-то не совсем уверенно произнёс Агу, зависая над карьером. — Где-то здесь должен быть вход, — «поправился» он.

— Ты уверен? — спросил я, оглядываясь. Вокруг были только груды камня, скалы, на мой неискушённый взгляд, похожие друг на друга словно братья-близнецы.

— Я хорошо помню ориентиры… — призрак метнулся влево, к небольшому обрыву. — Вон та скала должна была быть справа… Или слева? — Агу закрутился на месте, пытаясь вспомнить, где должен был находиться вход.

— Агу, — окликнул я духа, наблюдая, как он мечется. — Не забывай — прошла не одна тысяча лет. Скалы могли осыпаться, их могли вырубить…

— Да, да… Ты прав… — Голос призрака звучал неуверенно. — Давай походим по округе, может, я всё-таки сумею отыскать что-то знакомое…

Мы плутали по темным пустошам старых выработок уже больше часа. Агу ошибался несколько раз. Каждый раз он заводил меня в тупик или к обрыву, где дальше идти было некуда. Призрак нервничал, его свет мерцал рваными вспышками.

— Всё изменилось, Сергей, — признал он, зависая над очередной грудой щебня. — Обвалы… Новые тропы… Я не вижу привычных мне знаков…

— А ты попробуй подняться повыше, — посоветовал я, присаживаясь на камень. — Как в песне: мне сверху видно всё, ты так и знай!

Агу моментально взмыл выше, стартовав как маленькая мерцающая ракета, освещая собой вертикальные стены карьера. Вдруг он замер.

— Сергей! Сюда!

Я подошёл к отвесной стене, на которую указывал призрак. В слабом сиянии духа виднелись какие-то повторяющиеся «насечки». Но это были не просто насечки или царапины — это были петроглифы. Древние знаки, выбитые в мягкой каменной породе.

Схематические изображения солнца и звёзд, зверей, каких-то непонятных символов.

— Вот оно! — воскликнул Агу. То, что я искал! — Уверенность вернулась к призраку мгновенно. — Только раньше они были «ниже». Тут поверху шла тропа. А теперь её нет. Но теперь я точно знаю, где искать!

Он полетел вперёд, вдоль стены со знаками. Я последовал за ним, теперь не сомневаясь в его компетенции. Вскоре мы обнаружили узкий лаз, скрытый за оползнем, спустились по наклонной шахте, вырубленной в камне, и вышли в довольно широкий тоннель.

Воздух здесь был неподвижным, застоявшимся, а свет Агу выхватывал из мрака неровные стены, испещрённые следами древних инструментов. Мы шли довольно долго. Тоннель то расширялся, превращаясь в высокий сводчатый зал, где наши шаги гулко отдавались эхом, то сужался до такой степени, что приходилось протискиваться боком, сдирая кожу о шершавые выступы.

Бес бежал впереди, его чёрная шерсть сливалась с темнотой, но я всегда чувствовал его присутствие — тёплую точку в этом подземном мире. Иногда он останавливался, садился и начинал умываться, словно давая нам понять: «Путь чист, можно идти».

Агу постоянно метался между ответвлениями. Его свет пульсировал в такт его сомнениям.

— Кажется, сюда… — бормотал он, заглядывая в чёрный зев очередного рукава.

Мы спускались всё глубже. Неожиданно на нашем пути начали попадаться лестницы, высеченные в камне. Местами они были разрушены, но я уже был уверен — мы на правильном пути.

В одном месте тоннель пересекало высохшее русло. Когда-то здесь текла подземная река, но теперь по дну, усыпанному гладкой галькой, можно было идти как по дороге. Агу завис над этим «коридором», и его лицо просветлело.

— Да, да! — воскликнул он. — Я узнаю это место! Здесь была главная артерия подземного города. Вода питала их сады, когда-то давно…

— Сады? В подземелье? — удивленно покачал я головой. — Что же они могли тут выращивать? Разве что съедобный мох и грибы?

Мы двинулись вдоль русла. Иногда нам встречались резные каменные арки, перекинутые через бывшую реку и ведущие в боковые гроты. Там царила абсолютная тишина, настолько густая, что казалось, будто звук вязнет в ней, не в силах распространиться дальше.

Наконец, после очередного поворота, пространство вдруг расширилось. Тоннель оборвался, открывая вид на огромную подземную «площадку». Я остановился, забыв, как дышать. Перед нами открывался вид, от которого по-настоящему захватывало дух.

Перед нами лежал огромный город, вырубленный прямо в