залил маслом, а вторую — крепким пойлом. Настала очередь жаровни. Достав её из котомки, я водрузил её на ящик и поставил сверху чугунную сковороду. Следом на сковородку отправились остатки масла, травы и мёд. Всё это вместе даст отличную дымовую завесу.

— Они выходят из-за поворота, — голос Фёдора, как глас с неба, едва не заставил меня подпрыгнуть.

— Когда ты уже успел вернуться⁈ — ошарашенно спросил я и тут же протянул ему огниво. — Чиркни, как только я дам сигнал.

Минотавр кивнул и встал у дальней бочки. Бекон, которому уже надоело играть с пернатыми, подошёл ближе.

— Рыжий, для тебя у меня есть два задания, — серьёзно сказал я ему. — Сначала залезай на забор и следи за наёмниками, как приблизятся, спрыгивай. Это будет для нас сигналом. После этого можешь ещё раз напугать птицу, главное, чтобы орала погромче. Но не убивать, понял меня?

Кот слушал меня, наклонив голову, довольно оскалился и одним прыжком взлетел на забор. Надо же!

Я занял место у сковороды и выкрутил кристалл на полную. Мне сейчас нужен был весь его жар. Масло начало нагреваться, сперва тихо, потом всё громче. Одним глазом я смотрел на него, а вторым — на Бекона. И когда он спрыгнул с забора, я щедро плеснул в сковородку полчерпака горючей смеси из бочки, резко отпрыгивая в сторону.

Раздался громкий хлопок, и передо мной взметнулся столб пламени. Языки огня поднялись на высоту человеческого роста, но опали, оставив после себя густой белый дым. Он поплыл по всему двору, быстро заполняя всё пространство. Налетел порыв ветра, и здоровенное облако бодро поплыло в сторону тракта.

— Фёдор, зажигай бочки! — махнул я рукой.

Минотавр чиркнул огнивом, и сухая трава мгновенно занялась внутри бочек. Три ярких столба огня взметнулись к небу. От них дым был ещё гуще, чем от сковороды, и у меня даже в горле запершило. Фёдор помог ему, несколько раз взмахнув плащом.

— Бекон, птица! — скомандовал я.

Кот в три прыжка оказался у загона и чуть не раздавил своим весом гуся. Тот заголосил на своём языке, и вряд ли это было что-то цензурное. Через секунду от рыжего хулигана досталось сразу трём уткам, а потом дело дошло и до петуха. Правда, тот решил потягаться с котом и заорал во всё горло.

Последним в дело должен был вступить сам Михарь. Надеюсь, он тоже не отойдёт от моего плана и сделает всё в лучшем виде. И он не подвёл.

— Горим! Всё горит! Птица гибнет! Мои пернатые красавицы! Вы никому не достанетесь!

Кричал он так натурально, что я сам на секунду ему поверил. Пока птичник изображал сумасшедшего, я приник к щели в заборе, чтобы получше рассмотреть наёмников.

Их, как и говорил Михарь, было четверо. Все как один при мечах и с одинаковыми плащами на плечах. Они замерли в метрах тридцати от ворот, не решаясь подойти ближе. Я бы тоже не подошёл, мы тут такое представление устроили, что даже знай я правду, всё равно бы не стал приближаться.

Жаль, я только не слышал, о чём сейчас разговаривали наёмники.

— Ругаются, — вдруг сказал Фёдор.

— Ну у тебя и слух, — восхитился я. — Я свои мысли не слышу, за эти воплями птиц.

— Говорят, что птичник рехнулся, — проигнорировав мои слова, продолжил минотавр.

Михарь зашёлся в крике с новой силой. Бекон, я мог поклясться, улыбнулся и присоединился к нему, по-кошачьи пронзительно заорав. Из этих двоих получился отличный дуэт.

— Уходим, говорят, — пробубнил минотавр, — боятся, что их обвинят в поджоге леса. Решили доложить князю, что сам птичник своё хозяйство поджёг.

О последнем я и сам догадался, увидев спины наёмников. Обратно они шли гораздо быстрее, наверное, хотели поскорее отчитаться. Не прошло и десяти минут, как их силуэты пропали с моих глаз.

Я перевёл дух, махнул Михарю, который уже себе горло сорвал и выключил жаровню. Фёдор быстро закидал бочки мокрыми мешками, чтобы пламя окончательно погасло. Правда, дым после такого ещё не скоро рассеется, зато дом и сараи остались целыми. Разве, что бочки пойдут на выброс, слишком выгорели.

— Они ушли? И больше не вернутся? — хрипло спросил Михаль, держа в руках ковш с водой.

— В ближайшее время точно не сунуться сюда, — кивнул я. — А ты накрепко запомни, что у тебя был пожар, и всё сгорело. Ты чудом спасся. На любые вопросы отвечаешь только так. Понял?

— Понял, — кивнул он.

— Есть куда деть птицу? Лучше, чтобы здесь было тихо.

— К тёще отведу. Она на той стороне леса живёт, у неё птичники больше моего, но ей всё недосуг всем заниматься. Давайте сразу это сделаем, я только вещи возьму на всякий случай.

Пока его не было, мне пришло сообщение от Системы:

Внимание! Квест «Пернатая эвакуация» выполнен!

Награда: 100 опыта, скидка 15% на птицу и яйца от Михаря (при заключении договора)

Текущий опыт: 155/500

Отгонять пернатых пришлось всем вместе. Гусей пустили вперёд, они птицы умные, за ними пошли и остальные. Фёдор помогал плащом, Бекон ловил отстающих.

В трактир мы вернулись тоже вчетвером и уже ближе к полудню. Грумхильда, увидев нас, вздохнула с облегчением и загнала Михаря на кухню, чтобы отпаивать чаем. Бекон спрыгнул с плеча Фёдора и рванул в трактир вперёд птичника. Конечно, его интересовала курица. Та сидела на подоконнике и совсем не интересовалась происходящим вокруг. Кот уселся напротив, облизнулся, а потом горестно выдохнул и пошёл путаться под ногами орчихи. Он старательно делал вид, что он самый голодный в мире кот, совершивший тысячу подвигов во славу трактира.

Михарь, едва увидел свою пернатую подругу, облегчённо выдохнул. Кажется, он был уверен, что орчиха из неё давно приготовила рагу. Чай накрыли в обеденном зале, чтобы всем поместиться. И когда птичник немного отошёл и выпил три кружки мятного отвара, он вдруг встал и выложил на стол содержимое своей сумки. За ней он и ходил, перед тем, как мы увели птицу через лес.

— Это вам, — сказал он, не глядя на меня. — За спасение. Я больше ничего не могу дать, сам знаешь, но это… это от сердца.

Приподняв брови, я оглядел подарки: связку копчёных гусиных окорочков, горшок утиного паштета и мешочек сушёных лесных грибов.

— Спасибо, Михарь, — я пожал ему руку. — Пригодится.

— А Пеструшку, — он