не оглохнув от собственного визга. Да, лёгкие у Молли неслабые! Прекрасно натренированы, в отличие от тела — я задохнулась на первых же шагах, перетрусила, что Скримджер ускользнёт, прибавила ходу и снова отчаянно завопила:

— ПЕРСИ!!!

К счастью, они остановились. Перси не рискнул выглядеть в глазах Скримджера бездушной тварью, а министр, скорее всего, воспользовался случаем дать отдых больной ноге.

— В чём дело, мама? — довольно грубо рявкнул рыжий. — Отец и братья мне всё высказали, я их услышал и ноги моей больше не будет в этом доме!

Добежав до него, я выхватила палочку. Отвернувшийся из деликатности Скримджер что-то заметил краем глаза, но помешать мне уже не успел.

— Ступефай!

Перси расширившимися от ужаса глазами смотрел, как оглушённый министр рухнул на дорогу, потом перевёл взгляд на меня.

— Мама, ты с ума сошла! Ты мне сейчас карьеру сломала бесповоротно!

«Мерлин, какой идиот!» — подумала я, направив на него следующее заклинание.

Всё заняло от силы две-три минуты. Я взглянула в сторону Норы, проверяя, не привлекли ли мои вопли внимания её обитателей. Но нет, очевидно, в доме галдели так, что с улицы ничего не было слышно.

— Флинки! — позвала я.

Эльфийка тут же материализовалась передо мной, подхватила оглушённых Перси и Скримджера и, по нашей договорённости, аппарировала в Визжащую хижину. Я уничтожила следы случившегося и переместилась следом.

Я недаром выбрала для своего плана Визжащую хижину. Расположена на отшибе, пользуется дурной славой, никто из Хогсмида в неё не заглядывает, в Хогвартсе о её истинном назначении и способе проникнуть мало кто знает, и те сейчас далеко — Гарри с друзьями в Норе, Дамблдор рыскает в поисках информации о крестражах, а больше и некому в ней оказаться.

Я не ошиблась — хижина была пуста. Мы аппарировали сразу на второй этаж, после чего Флинки выволокла так и не пришедшего в сознание Перси прочь из комнаты и закрыла дверь, оставив нас со Скримджером наедине.

Я забрала его палочку, наложила Инкарцеро, чтобы Руфус не делал глупостей, и сняла Ступефай.

— Что за выходка? — злым, но ничуть не испуганным голосом спросил министр, сверля меня разъярённым взглядом. — Чего вы надеетесь добиться? И… кто вы? Вряд ли миссис Уизли решилась бы на такое. Неужели снова Беллатрикс Лестрейндж?

Я ухмыльнулась и выпила антидот, вернув себе своё истинное обличие. Тряпки Молли тут же обвисли на мне бесформенной грудой. Оно и к лучшему — в её вещах легко можно было спрятать беременность двойней на девятом месяце. Впрочем, Скримджер не собирался оценивать мою фигуру.

— Твоя наглость не имеет границ, — покачал головой Руфус. — Тебя ищут по всей Британии, а ты нападаешь на Министра Магии, воспользовавшись тем же трюком с Оборотным зельем, что полгода назад.

— Заметь, успешно нападаю, — я торжествующе рассмеялась.

— Надеюсь, это твоя последняя выходка, — спокойно произнёс Скримджер. Как и Амелия, он не обольщался насчёт своей участи, но выказывал никаких признаков страха.

— Надеюсь, что нет, — парировала я. — Мне нужно с тобой поговорить, Руфус, и поскольку в Министерство я, по вполне понятным причинам, заявиться не могла, пришлось прибегнуть к столь экстравагантному способу.

— Не думаю, что нам с тобой есть о чём разговаривать, — брезгливо поморщился министр. — Но откуда ты узнала, что я прибуду к Уизли?

— У меня свои источники, которые, как ты понимаешь, я не стану называть, — я снова усмехнулась.

— Не трать время, Беллатрикс, ты ничего от меня не узнаешь. Конечно, я не могу помешать тебе развлекаться в твоей излюбленной манере, но говорить мне с тобой не о чём. — Скримджер плотно сжал губы и прикрыл глаза.

— Руфус, мы хотим покинуть Лорда, но нам нужны гарантии. Именно об этом я хочу с тобой поговорить.

Скримджер изумлённо распахнул глаза.

— Я не ослышался, Беллатрикс? Значит, слухи, что Лорд больше не интересуется тобой, имеют под собой основание? — глумливо произнёс он.

Я начинала злиться.

— Нет, это значит, что мы — мы трое, а не я, — больше не желаем участвовать в безумии, которое творит Лорд. С нас хватит. Но уйти от Лорда не так-то просто. Каркаров уже попробовал, результат ты знаешь. Мы не хотим разделить его судьбу, поэтому я говорю с тобой о гарантиях для нас.

— Почему ты одна? Родольфус и Рабастан знают, что ты затеяла?

— Они на континенте, — вторую часть вопроса я проигнорировала. — Я говорю от имени нас троих. У нас есть что предложить Министерству. Я знаю уязвимые места Лорда, знаю, на чём хочет сыграть Дамблдор, продвигая Гарри Поттера, знаю, как ослабить Повелителя. Всей

этой информацией я готова поделиться с тобой в обмен на гарантии безопасности, неприкосновенности и защиты как от Лорда, так и от аврората.

Скриджер внимательно выслушал меня и покачал головой.

— Слишком поздно, Лестрейндж. Даже если бы ты явилась ко мне с головой Того-Кого-Нельзя-Называть, единственное, что я мог бы для вас сделать — заменить Поцелуй дементора на пожизненный срок в Азкабане.

— Мы отсидели там четырнадцать лет! — возмутилась я. — Ты представляешь, что это такое? Да, признаю, мы наворотили дел, мы были молоды, глупы, слепо верили Лорду и делали всё, что он приказывал. Но люди меняются, Скримджер. Особенно проведя треть жизни в аду.

— Меняются? — недобро ухмыльнулся министр. — Кто расправился с Блайтонами?

Чёрт! Он знал… Снейп ли выдал нас или у Министерства были другие источники — сейчас это было уже неважно. Он знал.

— А у нас был выбор? Думаешь, мы могли отказаться?

— Кэролайн Блайтон было всего шестнадцать лет. Кто из вас её убил?

Отпираться было бессмысленно.

— Я. Лорд приказал убить всех. И я не использовала Круциатус.

— Да, мы даже сомневались, была ли ты там — ни одного следа Круциатуса. На тебя это совсем непохоже, Беллатрикс, — задумчиво протянул Скримджер. — Кто убил Роберта Блайтона?

— Роберт был совершеннолетним, — заметила я тихо. Будто это что-то меняло!

— Ему было девятнадцать лет.

— Ивэну Розье было немногим больше, — напомнила я. — Но Грюм его убил. Убил Непростительным.

— Ивэн был убийцей и жестокостью ничем не уступал тебе, — возразил Руфус. — А Роберт Блайтон — тихим юношей, никому не причинявшим зла. Кто убил Роберта?

Роберта убил Басти, но если кому я и могла выторговать жизнь, так это ему.

— Родольфус.

Прости, Рольф, но я уверена, ты сделал бы то же самое.

Скримджер кивнул.

— Калеба и Марту?

— Мы с Родольфусом.

— А что же Рабастан? «Авада» не у дел? — Министр напомнил наше дурацкое прозвище.

— Рабастан — Авада? Скримджер, тебе самому-то не смешно? Басти просто таскается за нами, вернее, Родольфус его таскает, чтобы был под присмотром. Всю работу делаем