нём он собирался покинуть надоевшие ему хуже горькой редьки пески. Из дырок «весело» парил испаряющийся антифриз.

«Англичанин» подходил для поездки гораздо больше, чем тяжёлый «американец»: неповоротливый, жрёт топливо вёдрами. И несмотря на разрекламированную проходимость, сильно проигрывающий тому же «Лэнд Роверу». Да даже «уазику» чудо американского автопрома часто проигрывал, садясь на брюхо там, где отечественный автомобиль спокойно проезжал, не замечая препятствий.

Девушки повернули головы к открытой правой двери, где стоял недовольный Герман, поводя головой по сторонам — вдруг какой недобиток проявится.

— Да вылезайте уже, — прикрикнул на тормозивших. — Ещё раз убежите н в ту сторону. Я вам обеим по жопам надаю. Бегаешь тут за ними по пустыне, песок глотаешь, ещё в труса… э-э… — его рука непроизвольно дернулась в очередной раз к натёртому песком паху в самых нежных местах. Такими подробностями делиться не захотел: — Короче!..

— … Герман⁈ — договорить он не успел, еле сдержался, чтобы инстинктивно не ударить навстречу. Хорош бы он был в этой ситуации… Катерина с всхлипом буквально выпрыгнула из машины и повисла у него на шее.

Василиса ненадолго от неё отстала, выскочив за подругой, — обе повисли на нём, всхлипывая и что-то очень быстро говоря, перебивая друг друга.

— Э! Хватит, — осторожно поглаживал обеих по спинам, ни черта не разбирая, что они ему пытаются сказать. — Чего вы несёте? Я ничего не могу разобрать. — И вообще, я так-то — женат! А вы тут устроили… Не пойми, что. Кстати, вроде немного едите, спортом занимаетесь, а чё такие тяжёлые?

— Мы не толстые! — тут же обидчиво заявила Катерина, отцепляясь от него.

— Мы худые! — поддержала её Василиса. — И спортивные.

Выражение сильного испуга на их лицах стремительно сменилось на возмущение по отношению к самцу, который имел наглость обвинить их в том, что они — толстые!

— Ты это специально? — подозрительно посмотрела на него догадавшаяся Катерина.

— Что? — сделал вид, что не понял Герман. — Ты о чём?

Ему тут только истерик не хватало, а уже дома они разберутся с возможным ПТСР (посттравматический синдром, — прим.) и иже с ним. Психолог у них классный, своё дело знает. Зато девчонки мгновенно переключились на другое. Стоило только намекнуть на их лишний вес, так обе сразу забыли о произошедшем: где находятся и что вокруг них происходит. Да, это не на долго, но ему и этого хватит.

— Слазьте уже, — пробурчал Герман: времени совсем нет, а они тут устроили «обнимашки».

— Боже! Ты весь в крови, — наконец обратила на это внимание Катерина, отцепившись от него. — Ты нормально? — при этом стараясь не смотреть на лежавшие вокруг трупы в большом количестве.

— Нет, — выдал Герман. — Жрать хочу!

Обе подруги переглянулись, обменявшись недоуменными взглядами, прекрасно поняв друг друга без слов. Жутковато было обеим, из-за того, что Герман убил кучу людей, чьи трупы лежат совсем рядом с ними, а он говорит об еде⁈ С другой стороны — он их не бросил, а вернулся за ними и спас…

— Ты не ранен? — покрытое тело Германа смесью песка, своей и чужой крови, обрывки одежды, посеченной многочисленными осколками и пулями, вызвало определённую оторопь у Василисы.

— Обтрепался, пока ползал по грёбаным пескам, — развёл руками в стороны Герман. — Песок тут особо злой — рвёт всё, что на теле.

— Точно не ранен? — подключилась Катерина.

— Нет, — поморщился Герман, не собирающийся продолжать этот разговор. Прекрасно понимая, что девчонки совсем не глупые, но может как-то прокатит. Наверное… — Давайте, домой пора… — он осёкся на полуслове. — Так, вы в машину, — он показал на открытую дверь. — Я сейчас, быстро, — и унёсся в сторону «Лэнд Ровера».

— Это он куда? — посмотрела на Василису Катерина, недоумевая, куда побежал их спаситель.

— Плевать, — та слишком устала, чтобы разгадывать эти ребусы и полезла обратно в машину. — Давай за мной.

— Ломать не строить, — не прошло двух минут, как на место водителя уселся Герман, чертыхнулся. — Вы, блин, в лифте, что ли родились? — сказал осуждающе девчонкам, а потом пошёл закрывать все открытые двери, которые те не подумав, не стали закрывать, кроме своей: — Погнали, — уселся обратно на место водителя и нажал на газ.

Пулемёт детям не игрушка!

Поехали бы на «англичанине» — оставил бы, но тот приказал долго жить, так что… Снимать и тащить с собой — глупая идея. На «Хаммере» отсутствует место для его крепления. Таскать в руках — неудобно. Так что частично разобрал его и выкинул подальше в песок затворную группу. Прибрал «Боуи», вытащив его из тела пулемётчика. Обтер клинок об одежду убитого. Вставил нож в ножны и поморщился — придётся выкидывать.

Катерина и Василиса опять вцепились друг в друга, тесно прижавшись и теперь приходили в себя, после всего того ужаса, что с ними произошел. Изредка бросая взгляды на чего-то ворчливо бурчащего себе под нос Германа и переглядываясь.

Опасен… Смертельно опасен! Они это видели собственными глазами, тем не менее, рядом с ним чувствовали себя гораздо спокойнее, чем — без него.

Отъехали всего ничего, может метров сто, как вдруг… На девушек сзади и сверху посыпались осколки заднего стекла, а издалека донеслись звуки выстрелов. Для общей «радости», машина осела на задние скаты, явно пробитые прилетевшими из ниоткуда пулями.

— Мама!

— Ой!

Закричала Катерина, а Василиса подхватила.

— На пол! — проорал Герман. — Ну, сука!

Каждый совершает ошибки!

Именно это сделал Герман, когда не провёл полный «контроль», как его учили умные люди. А теперь пожинал плоды того, что не проверил подорванную им машину. Не осмотрел её на предмет возможно выживших в ней.

Заброшенная в «Хаммер» с шейхом граната взорвалась на заднем сиденье. Мгновенно убив всех находящихся там: двух охранников и самого шейха. Два осколка влетели в затылок водителя, умертвив его на месте. А вот капитану… Ему просто сказочно повезло!

Осколки, что гипотетически могли его убить, частью пролетели мимо тела, вспоров потолок и сиденье, а часть — попала в тело одного из охранников Абу Бакра, не достигнув тела капитана. Лишь пару осколков чиркнули Башара по ноге в районе бедра и правую щёку.

Это не спасло его от контузии из-за близкого разрыва гранаты. Так что в себя он пришёл тогда, когда схватка