послышалась такая безысходность, что стало понятно, как он переживает за этих детей.

— Все сироты? Неужели ни у кого нет родителей? — Уточнил я.

— У пары человек есть, — ответил Корик. — Но лучше бы не было, им плевать на своих детей, а вон его, — он кивнул на одного из мальчишек, — чуть до смерти не забили, зверьё похлеще нас.

— А у тебя нет?

— Нет, мать давно умерла, а отца разбойники убили. Наш барон тут же заявил, что отец должен ему крупную сумму денег, поэтому дом переходит в его собственность. Мы тоже должны были работать на эту крысу до самой смерти, не выпустил бы нас. В общем, не стал я ждать, пока за нами придут, взял брата и сестру да в город подался. Здесь удалось примкнуть к одной банде, а через пару месяцев во время разборок убили нашего старшего, теперь вот я вместо него.

— Понятно, — кивнул я. — А зимы тут суровые?

Корик с удивлением на меня посмотрел.

— Ты откуда такой взялся? — Спросил он. — Вообще ничего не знаешь. Конечно, суровые, люди от холода умирают, в прошлом году мы пять человек потеряли. Нормальной одежды нет, дров тоже не смогли найти.

— С последним непонятно, — сказал я. — Вы же собираете дрова, чтобы приготовить пищу, почему тогда к зиме не готовитесь? Когда домой шли, встречали развалины, могли бы немного дров прихватить, всё равно все с пустыми руками идёте.

— Иногда прихватываем, — отмахнулся Корик. — Не до дров, когда жрать хочется так, что живот болеть начинает. Обычно у нас мелкие дрова собирают, кто на хозяйстве остаётся. Нас же отсюда выгнать могут, дров заготовим, придут взрослые и прогонят, получается, зря спину гнули.

— Не факт, что придут, — усмехнулся я. — А в том, что зимой снова придётся мёрзнуть, можно не сомневаться.

— Твоя правда, — кивнул он. — Ты-то как, с нами будешь или уйдёшь? У тебя самого родные есть?

— Нет никого, — вздохнул я, — все мертвы.

— Отлично, тогда завтра вместе пойдём, может, повезёт.

Несколько минут мы просидели в тишине, эти подростки мне понравились. Не знаю, как к другим, но друг к другу они относились справедливо. Видел я, как делили лепёшки, чтобы всем досталось поровну и никто не был обделён. Корик тут главный, однако он не стал требовать себе больше, ел наравне с остальными. Житьё у них, конечно, не сахар, не будь моих припасов, то всем бы досталось по паре ложек, не больше. Из головы не уходила мысль о том, что продукты могут скоро подорожать, а там и на остальное цены вверх поползут. Я был уверен, что именно так и будет, а значит, вот такие подростки начнут умирать от голода, люди станут затягивать пояса.

— У вас тут есть рынок? — Спросил я. — Или торговая площадь.

— Есть, как не быть-то. Только туда не пускают, нужно у старших разрешение брать и часть добычи отдавать. Начнёшь без спроса работать, руки и ноги переломают, а стража будет просто смотреть и не вмешается, им плевать. Меньше нас, меньше работы у них.

— Скоро всё дорожать начнёт, — сказал я. — Завтра попробую договориться насчёт еды, вдруг получится.

— С кем? — Удивился Корик.

— Да есть у меня один знакомый, — отмахнулся я. — Если поможет, то раздобудем еду. Потом на рынок нужно двигать и договариваться со старшими. Наверняка там постоянно много работы, к тому же едой торгуют, будут за нашу помощь ею расплачиваться, хоть и не самой свежей.

— Там кроме нас есть желающие поработать, — Корик даже прикусил нижнюю губу. — Как бы не нарваться.

— Корик, ты же понимаешь, что если не раздобудем еды на зиму, то мелкие начнут умирать первыми? — Проникновенно спросил я. — Вы даже сейчас много добыть не смогли, я тоже не смогу, нужно рисковать. Давай сначала вдвоём сходим, чтобы всех не подставлять, только утром, когда на улицах народу много.

— Знаю, что умирать будут, — он с тоской покосился на двух своих родичей. — Ладно, давай сделаем по-твоему, надеюсь, ты быстро бегаешь, вдвоём не отобьёмся. Ты хоть в курсе, как найти старшего по рынку?

— На месте разберёмся, — отмахнулся я. — Не думаю, что найти старшего большая проблема, там его каждая собака знает.

На следующий день я отправился к Джоссу, но на этот раз не один, а со всей дружной компанией в качестве прикрытия. Решил обратиться к нему за помощью, вроде бы неплохой человек. У него наверняка имеются связи среди торговцев и поставщиков, решил потратить все свои деньги на приобретение продовольствия. Конечно, у меня было опасение, что все мои труды пройдут даром, это ведь подростки, которые не всегда думают о завтрашнем дне. Могли просто сидеть дома и ничего не делать, пока всё не съедят. С другой стороны, Корик деревенский парень, а у этих ребят голова соображает, он должен понимать, что летом люди трудятся, чтобы зимой сытно есть и не пухнуть с голоду.

Глава 4

До Джосса добрались без проблем. Пришлось встать рано утром и как только рассвело, мы выдвинулись в путь. Встречались подростковые банды, малочисленные спешили убраться подальше, а более крупные сбивались в кучу и провожали нас взглядами. Конечно, встречались и такие, которые превосходили нас по численности, но не так сильно, чтобы напасть. Понимали, случись конфликт, они тоже легко не отделаются, к тому же часто попадались стражники. Неизвестно, где они пропадали ночью, сюда старались вообще не соваться, а днём бродили, делая вид, что патрулируют.

Перед выходом Корик нарезал малышне задачи, чтобы не бездельничали, а начали понемногу собирать дрова. Пришлось мне снова влезть со своими советами. Вчера делал это аккуратно, чтобы Корик не подумал, что я хочу занять его место, но подросток на удивление умел думать и охотно принимал всё предложенное. Сейчас я ему предложил поставить хотя бы одного наблюдателя, ребятня не должна лишний раз светиться перед другими, это может плохо закончиться. Всё же дети — лёгкая добыча для взрослых, а о гуманности тут мало кто думает. Могут запросто ограбить и хорошо, если не убьют, в этих трущобах и такое не редкость, прав тот, кто сильнее.

Вход в наше убежище был узким, и ребята приняли кое-какие меры