блестящую, как черный шелк, шерсть, и с каждым движением руки мое новое тело расслаблялось, а разум успокаивался. Эта связь была настоящей. Он был моим якорем.

Карион, не выдержав, приблизился. Его тень упала на нас.

— По-моему, коту не очень нравится сидеть на твоих руках, — прорычал он, и в его голосе сквозило явное раздражение. — Может, опустишь его на землю?

Я наклонилась поближе к черной мордочке, чтобы лучше разглядеть его глаза. Котик выпятил свой маленький, влажный нос вперед и нежно ткнулся им в мою щеку. Затем его взгляд метнулся на Кариона, и из его горла вырвалось низкое, предупреждающее шипение. Оно не было злым, скорее… собственническим.

На это Карион сделал резкий шаг вперед, его собственные когти непроизвольно выдвинулись. Казалось, он готов был вцепиться в кота. Но он сдержался, лишь с силой выдохнул воздух, раздувая ноздри.

— Хорошо, — сквозь зубы процедил он. — Может, я и не прав, и его вполне все устраивает. Но ты уверена, что он твой фамильяр?

Я задумалась, пытаясь выудить из памяти Моргат обрывочные знания о фамильярах. Но сейчас там была лишь пустота, выжженная пламенем безумия Миады. Словно ничего не осталось. Тогда я просто посмотрела вглубь себя и твердо кивнула.

— Думаю, да.

Мы быстро оделись. Я с облегчением обнаружила, что вещи Моргат, хоть и пахшие дымом и пылью битвы, сидели на новом теле идеально. Подойти к воде и всмотреться в свое отражение я не решилась. Страх утонуть в источнике пересилил любопытство. Я обернулась к Кариону, который молча наблюдал за мной.

— Знаю, возможно, это сейчас не самый важный вопрос, — начала я, чувствуя, как глупо это звучит после всего пережитого, — но не мог бы ты меня описать? Как я выгляжу со стороны?

Карион улыбнулся, и в его глазах вспыхнула та самая искра, что заставила мое сердце учащенно забиться у источника.

— Ты прекрасна, — его голос прозвучал низко и, без преувеличения с интересом. Он сделал шаг ближе, и его взгляд скользнул по моим чертам с таким вниманием, будто читал древнюю рукопись. — У тебя длинные волосы цвета спелого каштана. Губы… полные, будто созданные для улыбок. А глаза… Большие, синие. Не просто синие, а глубокие, как горные озера. И носик… аккуратный, с едва заметной горбинкой, что придает твоему лицу особое, неповторимое очарование.

Он замолчал, и его взгляд на мгновение опустился ниже, заставив кровь прилить к моим щекам.

— И тело… Стройное, но в каждой линии видна сила. Округлые, но сильные плечи. Тонкая талия… — он запнулся, словно поймав себя на слишком откровенном наблюдении, и закончил почти шепотом: — Ты совершенна.

Я застыла, пораженная. Слышать такие слова от всегда сдержанного, угрюмого Кариона было настолько непривычно и ошеломляюще приятно, что у меня перехватило дыхание. Я выпустила котика, который тут же прыгнул на землю, и вытянула перед собой руки, с удивлением разглядывая тонкие, но сильные пальцы, гладкую кожу. Затем провела ладонями по бедрам, талии, ощущая под пальцами упругие мышцы. Как же хочется увидеть себя… но не сейчас.

Я заставила себя собраться и внимательно посмотрела на Кариона, стараясь вернуться к суровым реалиям.

— Что же нам делать дальше?

Его лицо снова стало серьезным, взгляд настороженным.

— Сначала ответь мне. Что было с тобой в Источнике? Что он тебе сказал?

Я сделала задумчивое лицо, пытаясь собрать в кучу обрывки того разговора.

— Ну, он… или она, честно, я не поняла, — начала я, — сказал, что теперь у меня тело, принадлежащее мне по праву крови. Что я потомок первой ведьмы, но через поколения людей.

На этом моменте Карион застыл, будто превратился в статую. В его глазах мелькнуло что-то острое, тревожное, но он продолжил молча слушать, не перебивая.

— И… Источник сказал, что я должна убить Миаду и принести ему Книгу Вечности. Если я откажусь… меня ждет смерть.

Карион резко выругался, столь яростно, что я невольно вздрогнула. Его взгляд метнулся на кота, который сидел, навострив уши, а затем снова впился в меня.

— Мы сделаем это вместе, — коротко и твердо бросил он, не оставляя места для возражений.

— Ты… ты будешь мне помогать? — спросила я неуверенно, все еще не веря в его готовность следовать за мной в такое пекло.

— Да, — его ответ прозвучал без тени сомнения.

Кот в этот момент подошел и потерся о мои ноги, словно говоря: «И я. Всегда».

Несмотря на мрак предстоящего, я не смогла сдержать улыбку.

— А с чего нам начать?

Карион нахмурился, обдумывая план.

— Нужно добраться до Двора Неба. Это в трех днях пути отсюда. Там мы сможем остановиться, привести себя в порядок и собраться с силами.

— Двор Неба… — прошептала я.

И тут же в памяти вспыхнул образ. Леама. Ее радостные глаза, ее мечты…

«Я хочу жить при дворе Неба!»

Сердце сжалось. Ноги сами подкосились, и я едва не рухнула на землю.

— Мира!

Карион тут же оказался рядом, сильные руки подхватили меня за талию, не давая упасть. Его лицо было искажено беспокойством.

— Что случилось? Тебе плохо?

— Леама… — выдохнула я, и горькие слезы хлынули из моих глаз, не спрашивая разрешения. — Она ведь мечтала жить при Дворе Неба… А Дорок… он убил ее. Он убил ее!

Карион зарычал, низко и по-звериному. В его глазах плясали черные тени.

— Не думай о нем сейчас. Я тоже в ярости, но он делал это не по своей воле. Я это понимаю. Но никакие слова не вернут ее и не заглушат твою боль. — Он притянул меня чуть ближе, и его голос стал тише, но от этого лишь тверже. — Но я рядом. Я хочу, чтобы ты это знала.

Я всхлипнула, по-детски шмыгая носом, и кивнула, пытаясь взять себя в руки. Его близость была одновременно и утешением, и мукой.

Карион тяжело вздохнул, его дыхание опалило мою кожу.

— Сколько же навалилось на тебя… Но мы справимся. Слышишь?

Я собрала всю свою волю в кулак, выпрямилась и отступила на шаг, разрывая этот мучительный и желанный контакт. Его руки медленно разжались, отпуская меня.

— Хорошо, — сказала я, и мой голос прозвучал чуть хрипло, но уже тверже. — Идем.

И мы двинулись вперед, навстречу будущему, что висело над нами, как грозовая туча, а между нами витало невысказанное напряжение — смесь благодарности и