Сандра почувствовала, как в ее ладонь вцепились пальчики Дженни.

– Мам, можно я с тобой? С бабушкой Нолой скучно. Я гулять хочу!

– Конечно, милая, – машинально отозвалась Сандра.

Она смотрела только вперед, ноги сами вели ее к дому Кристиана или к тому, что от него осталось.

От его дома не осталось ничего.

На самом деле там возвышался совершенно другой дом – большой и дорогой, с ухоженной садовой территорией.

Правда. Все правда…

На улице стояла теплая погода, и солнце согревало землю, но Сандре стало жутко холодно, словно внутри разливалась ледяная пустота и бушевала вьюга. Она обняла себя за плечи, чтобы согреться, но тени прошлого настойчиво лезли под кожу, вызывая дрожь.

– Мама, тебе холодно? – Дженни дернула ее за рукав.

– Немного, милая. Идем обратно, – горько вздохнула Сандра и взяла дочь за руку.

Всю дорогу Дженни что-то спрашивала, о чем-то рассказывала, а Сандра лишь кивала или соглашалась, думая совершенно о другом. Ее мысли вернулись в прошлое.

Лисбург, 2010 г.

Их с Кристианом сладкое, волшебное и безумно потрясающее лето длилось два месяца. Сандра купалась в пьянящем ощущении любви. Голова кружилась от счастья, бабочки порхали не только в животе, а во всем теле, и постоянно бросало в жар от взгляда зеленых глаз.

Тем поздним вечером они лежали на траве под усыпанным звездами небом, прижавшись друг к другу, как слипшиеся палочки «Твикс», и мечтали о будущем, где Кристиан станет фотографом, а Сандра откроет свою художественную школу.

– Сандра?

– Что?

– Ты можешь пообещать мне кое-что? – Кристиан повернулся на бок к ней лицом, подперев ладонью голову.

– Надеюсь, ничего криминального, – усмехнулась Сандра, повторив его позу.

– Лето скоро закончится, ты вернешься домой. Пообещай, что мы не потеряем связь. Я куплю мобильный, и мы сможем созваниваться, или списываться, или…

Сандра прижала указательный палец к его губам и прошептала:

– Тш-ш. Конечно, мы не потеряем связь! Я буду приезжать иногда по выходным.

– Обещаешь?

– Обещаю! Я ведь люблю тебя.

– Я сильнее! – продолжил спорить Кристиан, хитро улыбаясь.

Сандра потянулась к его губам, прекращая их любимую игру, но ее отвлек посторонний звук – тихий хруст ветки.

– Сандра! – голос отца прогремел на всю округу и спугнул спящих на деревьях птиц.

В одно мгновение они с Кристианом подскочили с земли и уставились на Роберта Локвуда.

– Папа?!

Появление отца обрушилось на них настолько неожиданно, словно снежная лавина. Холодная и стремительная.

– Добрый вечер, сэр! – почти одновременно с Сандрой произнес Кристиан.

– Живо в дом! – процедил отец.

– Папа, мы просто смотрели на звезды. Ничего плохого не делали. Это Кристиан, он… – тараторила Сандра, чувствуя приближение настоящей катастрофы.

– Мне еще раз повторить?

Отец схватил Сандру за запястье и потащил в сторону дома. Кому, как не Кассандре, знать: если отец в ярости, лучше переждать бурю – это все равно что сражаться с ветряной мельницей.

– Кристиан, мы завтра поговорим, ладно? – попросила Сандра, стараясь интонацией передать сожаление.

– Бесстыжая! Ночь, а она валяется на земле непонятно с кем! – Роберт Локвуд выплюнул слова брезгливо, словно перед ним лежала вонючая куча мусора.

– Мы просто разговаривали! – защищалась Сандра, чувствуя себя виноватой перед Кристианом. Она знала, что в ночной тишине он хорошо слышал оскорбления отца.

– Я видел все своими глазами!

– Ты ничего не видел! Отпусти, мне больно! – Сандра выдернула руку и побежала к дому.

В дверях она столкнулась с матерью.

– Мам, там папа…

– Замолчи! – прикрикнула мать, сердито сверкнув глазами. Она сжала губы в тонкую линию, поглядывая за спину Сандры.

– Эби, Кристиан – хороший мальчик, – попробовала заступиться бабушка.

– Мам, не вмешивайся! – тут же отрезала Эбигейл Локвуд. – Тебе поручили присматривать за ней, а не заниматься сводничеством!

Бабушка всплеснула руками и покачала головой.

– Эби, ну зачем ты так? Кристиан…

– Хватит! Разве ты не понимаешь?! Кто угодно, но не этот мальчишка!

– Эбигейл, ты себе жизнь испортила, теперь в ее вмешиваешься, – горько вздохнула бабушка, глядя на свою дочь с какой-то тихой грустью.

Входная дверь хлопнула так сильно, что Сандра вздрогнула от испуга.

– При всем моем уважении к вам, миссис Кларк, но не лезьте в воспитание моей дочери! – отец стоял посреди комнаты сердитый, как черная туча, и сжимал кулаки. – Этот голодранец…

– Не говори так о нем! Ты не знаешь Кристиана! – взвилась Сандра. В ней вскипала злость к отцу. Будь она старше на пару лет, ответила бы жестче, плюнула на все и убежала, хлопнув дверью.

– Он – грязь! Пятно на моей репутации! Чтобы моя дочь водилась с сыном преступника и матери-алкоголички? Нет, Кассандра! Ни за что на свете!

– Папа! – выкрикнула Сандра, чувствуя, как по щекам потекли горячие слезы. Она снова ощутила себя той обиженной девятилетней девочкой, которая вместо похвалы за старания услышала от отца, что вышло посредственно, плохо.

– Роберт! – попробовала заступиться бабушка, пока мать Сандры молча наблюдала за всем происходящим, словно зритель.

– Помолчите, миссис Кларк.

– Папа, я люблю его! И он меня тоже! – выкрикнула Сандра.

Отец схватил Сандру за грудки, глаза его пылали яростью.

– Живо в свою комнату, и не смей даже заикаться о нем! – Голос отца был ровным, но Сандре стало только страшнее. – Ты поняла?

– Д-да, – заикаясь, ответила она.

Отец отпустил ее, и Сандра побежала в комнату, достала дневник и начала записывать:

«Дорогой дневник, это было ужасно. Я испугалась, что он так же изобьет меня, как маму в тот вечер…»

* * *

Весь следующий день Сандра не находила себе места. Она боялась отца, но не встречаться с Кристианом не могла. Общение с ним стало жизненной необходимостью, глотком свежего воздуха.

Ближе к вечеру бабушка Руби сказала, что ее спрашивала Лили. Сандра недоуменно посмотрела на бабушку и по многозначительному взгляду поняла, что под Лили она подразумевала Кристиана.

Сандра подошла к отцу и, немного помявшись, спросила:

– Пап, могу я хотя бы с Лили встретиться? Она моя подруга.

– Ты не лжешь? – отец сощурил глаза.

– Нет, Роберт. Лили живет через несколько домов отсюда. У тебя начинается паранойя, – усмехнулась бабушка Руби.

Сандра посмотрела на нее с благодарностью и проговорила одними губами:

– Люблю тебя.

– Ладно, у тебя ровно час, – разрешил отец.

Сандра бежала к Кристиану так быстро, словно за ней гнались голодные койоты. Заскочив в лес, она встретилась с ним, и мир снова стал прежним – ярким и родным.

Они стояли, прижавшись друг к другу, как два сросшихся дерева. Сандре казалось, что никакая сила не сможет их разлучить.

– Он успокоится и оставит нас в покое, – шептала Сандра, прикоснувшись лбом к его лбу.

– Я буду оставлять письма в