class="p1">– Ох, это ты, а я думала, Вадим, – Ворса остановилась рядом и улыбнулась. – А где наш седой?

Она продолжала веселиться, пока Бурьян побледнел, не в силах даже осознать происходящее. Оборотень же продолжал рычать и царапать лапами пол, пытаясь протиснуться в коридор. Брюнет ясно слышал треск дерева.

– Что здесь… Происходит?! – взвизгнула позади Соломея.

Бурьян обернулся и понял, что женщина выбежала за ним следом, как и домовой. Теперь она переводила взгляд с настоящего Бурьяна на поддельного.

– Да чтоб вас всех леший побрал, – тихо выругалась Ворса, понимая, что ведьма загораживает им выход.

Нужно было что-то делать. Позади дерево затрещало громче, Юзеф взревел и всё же выбрался в коридор, выломав себе проход. Спереди же стояла Соломея, которой было уже не нужно объяснение. Она придумала его сама, судя по ехидной улыбке. Юзеф же зарычал и кинулся на них. Бурьян не успел ничего сделать, лишь ощутил, как Ворса прижалась к его руке. По полу скользнула тень. Бурьян решил, что это домовой, но из тени выскочил волк, не меньше медведя размером. Его чёрная шкура всколыхнулась, а белоснежные клыки сомкнулись на плече у Юзефа. Откуда здесь второй оборотень? Или это домовой? Разве они так умеют? Медведь попытался сбросить с себя волка, но тот рванул противника в сторону и утянул за собой в тень, которая скрылась в проломе.

– Бурьян! Опомнись! – Ворса встряхнула его, пытаясь утянуть за собой.

Так она не из страха прижалась. Она просто хотела уйти.

– Вы никуда не уйдёте! – Соломея распахнула юбку, оголяя стройные ноги.

Бурьян заметил у неё спрятанный кинжал на бедре, а также несколько мелких бутыльков. Нужно было сдвинуться с места, заставить себя бежать, но внутри всё сдавливало. Казалось, что всё это происходит не с ним, словно он просто смотрит со стороны. Да и зачем ему куда-то бежать? Какой в этом смысл? Соломея ловко вытащила один из бутыльков и швырнула в Бурьяна. Ворса попыталась его оттолкнуть, навалившись своим телом, а сбоку подоспел домовой, всё ещё удерживающий облик Бурьяна. Он помог сдвинуть его с места. Бурьян чуть не упал. Звук разбитого стекла и вскрик Ворсы заставил его прийти в себя. Девушка повалилась на пол, ухватившись за ногу. Зелье принялось разъедать её одежду и кожу, будто бы прожигая. Ворса закричала, не сумев сдержаться от боли, а Соломея рассмеялась и приготовила второй бутылёк.

– Видишь, Бурьян! Я тоже кое-что умею! Как и твой поганый дружок, которому ты помогаешь! Что вы сделали с господином?! – голос женщины срывался на крик, перекрывая громкие рыки, доносящиеся с улицы.

Оборотни теперь бились там. Бурьян выронил язык и кинулся к Ворсе, которая зачем-то попыталась накрыть рану ладонью, но из-за этого начало разъедать теперь и их. Крик перекатился в визг, а из глаз бедняжки брызнули слёзы.

– Не двигайся! – попросил Бурьян и вытянул над ней руки.

Это очень опасный яд. Он буквально пожирает всё тело, не щадит даже кости, но Бурьян знал заклятие, которым можно его нейтрализовать. Он принялся бормотать его, понимая, что много сделать не сможет, потому что Соломея ему не позволит. Но как тут быть? Ворса потеряла сознание от боли. Бурьян сосредоточился на ней, но тут его снова оттащили в сторону.

– Стой! – засипел Бурьян, с ужасом видя, как второй бутылёк разбился около девушки.

Яд попал ей на правый бок. Всего несколько капель, но и они начали разъедать сначала одежду, а потом плоть.

– Отпусти! – Бурьян вырвался из хватки домового, который и спас юношу.

Он на четвереньках подполз к девушке, которая слабо билась в конвульсиях. Домовой вышел вперёд, расставив руки в стороны и загораживая собой их. Он что-то прошипел Бурьяну, но он не понял, а потому вновь попытался нейтрализовать яд целительным заклятием.

– Ах, я поняла! – весело отозвалась Соломея. – Это же тот самый дух, о котором рассказывал Вадим? Горло болит, да? Поэтому говорить не может? Какая же я дура! Ну, ничего! Теперь-то я всё поняла! Я нарекаю тебя Горемыкой! Служи мне и повинуйся!

Бурьян невольно застыл и поднял глаза на спину домового. Тот уронил руки и вздрогнул. Казалось, что ничего не случилось, но Бурьян видел, как чёрный кафтан будто бы подёрнулся шерстью, которая встала дыбом.

– Горемыка! Убей Бурьяна! – приказала Соломея, не понимая, что натворила.

Юноша охнул, когда его собственное тело перед ним начало увеличиваться в размерах и потеряло человеческий облик. Теперь это была огромная тень, от которой исходил то писк, то рык, то ещё какие-то жуткие звуки. Разъярённый дух сорвался с места, но вместо того, чтобы выполнить приказ Соломеи, набросился на неё. Женщина завизжала, как Ворса мгновением ранее. Её тело окутала тень, а потом… Потом эта чернота просто лужей плюхнулась на пол и утекла куда-то сквозь щели. Бурьян хлопнул глазами. У него кружилась голова, его тошнило, руки противно липли от крови оборотня, а теперь ещё добавился звон в ушах. Ворса опять застонала, заставляя его вспомнить о ней. Ему удалось замедлить действие яда, но ногу он уже прожёг до кости, а на боку всё ещё расползалось кровавое пятно, оголяющее мясо, хоть уже и медленнее. Неужели его навыков не хватит, чтобы помочь ей? Позади послышались быстрые шаги.

Бурьян обернулся и встретился взглядом с Вадимом. Тот был немного растрёпан и помят, но явно выглядел куда лучше, чем Ворса да и сам брюнет.

– Вадим… Я не знаю… Что делать… Я не смогу… – почти шёпотом выпалил Бурьян, не осознавая, что с такого расстояния седой его не услышит.

Но ему и не требовалось. Он подбежал к девушке и опустился рядом с ней на колени. Он оценил повреждения.

– Но у тебя же почти получилось, – нахмурился Вадим.

– Всего лишь замедлил… – сипло ответил Бурьян и отрицательно мотнул головой.

Куда ему лечить подобные раны? Пускай он и знает, как это делать, но просто не может…

– Снимай обувь, – скомандовал Вадим и сам принялся стаскивать свои сапоги.

– З-зачем? – Бурьян опешил.

– Снимай! – гаркнул Вадим.

Бурьян неуклюже стянул свою обувь, не понимая, как это вообще должно помочь Ворсе?

– Надень мои, – Вадим пихнул ему свои сапоги, а сам отобрал обувь Бурьяна и принялся её натягивать. – Сейчас будет немного неприятно.

– Поче… – задать вопрос Бурьян не успел.

Как только он напялил второй сапог, его рвануло куда-то в сторону и закружило. Он зажмурился, чувствуя, будто внутри что-то растягивается, почти рвётся. Воздуха не хватало, но он смог вдохнуть и повалиться назад. Он проморгался, пытаясь сфокусировать зрение. Вроде бы и сидит в том же коридоре, но