Ненки снова улыбнулась, своей мудрой, всепонимающей улыбкой, и взяла в свои маленькие, цепкие ручки чайник. Золотистая струйка ароматного травяного напитка наполнила кружку передо мной.

— Иногда происходить вещи, на которые мы не повлиять. И тогда, как бы не быть грустно, нужно помнить всё хорошее, что нас связывать, иначе мы погрязнуть в темноте.

Ее простые, идущие от самого сердца слова коснулись чего-то глубокого и наболевшего внутри. На этот раз моя улыбка стала искренней, хоть и пронизанной грустью.

— Она хотела здесь жить. В этом дворе.

Дерама взяла свою чашку и жестом показала на мою, предлагая испить.

— Я чувствовать, что вы хорошая, и у вас всё получиться, Мира. Не думать о плохом. После тёмных времен всегда наступать хорошие.

Я благодарно кивнула, чувствуя, как на душе становится чуть светлее. Подняв тяжелую глиняную кружку, я отхлебнула горячий напиток. Он обжег губы, но приятное, глубокое тепло разлилось по всему телу, согревая изнутри и прогоняя остатки леденящего душу холода. Затем я потянулась к одной из завитушек. Она была идеальной — золотистой, с хрустящими краями и щедро посыпанная сверкающим сахаром.

Дерама сияла от гордости.

— Попробовать. Я сама печь их. Рецепт придумать еще моя матушка. Я чтить традиция и тоже печь.

Я поднесла ароматное лакомство ко рту и откусила маленький кусочек. Хрустящая корочка поддалась с приятным звуком, а внутри оказалось нежным и воздушным. Сладкий, маслянистый вкус заполнил собой все пространство, принося мгновенное, почти детское удовольствие и умиротворение.

В этот момент кот на моих коленях привстал, его черный нос задрожал, шумно втягивая соблазнительный аромат.

Дерама весело рассмеялась, ее крылышки затрепетали.

— Похоже, ваш фамильяр тоже хотеть завитушка!

Я кивнула, с улыбкой отламывая еще один кусочек и протягивая ему. Он аккуратно, почти деликатно, взял угощение из моих пальцев и тут же, не сходя с места, принялся шумно и с наслаждением хрустеть, устроившись прямо на моих коленях.

— Эй! — весело крикнула я, делая вид, что возмущена. — Ты же крошишь мне прямо на брюки!

Кот полностью проигнорировал мой протест, с наслаждением продолжив свое чавканье. Мы с Дерамой переглянулись и одновременно рассмеялись — ее звонкий, визгливый смех смешался с моим, более тихим, но настоящим.

И глядя на её доброе, улыбающееся лицо, в моем сердце, истерзанном горем и виной, наконец-то потеплело по-настоящему. Я мысленно, сквозь легкую дымку навернувшихся слез, прошептала: «Дорогая Леама, пусть тебе будет так же сладко в том мире, где ты сейчас. И не думай, что я хоть на секунду забыла о тебе. Я всегда помню.»

Мы поболтали с Дерамой еще немного, и теплое чувство благодарности переполняло меня. Я протянула ей несколько монет.

— Пожалуйста, возьми. В счет оплаты за такой прекрасный обед.

Она удивленно округлила глаза, ее крылышки трепетнули.

— Вы что? Я же хотеть угостить вас!

Я мягко улыбнулась, настаивая.

— Я хочу отблагодарить тебя за доброту и за этот уютный уголок. Не думай, что я просто откупаюсь. Пусть это будет знаком моей искренней признательности.

Дерама на мгновение задумалась, затем кивнула, и ее лицо снова озарилось улыбкой. Она взяла монеты и аккуратно сложила посуду на поднос.

— До встречи, Мира. Заходить еще!

— До встречи, Дерама, — ответила я, и мой взгляд упал на кота, который сладко дремал у меня на коленях, свернувшись клубком. Я провела рукой по его шелковистой шерстке за ухом. — Ну что, пойдем дальше?

Кот лениво потянулся, его спина выгнулась дугой, он громко зевнул и наконец спрыгнул на землю, демонстрируя полную готовность следовать за мной. Мы двинулись дальше, и впереди показался изящный мостик, перекинутый через пропасть. Он был украшен яркими шелковыми лентами, в которые были вплетены свежие цветы, создавая радужную арку на фоне неба.

— Пойдем туда? — весело предложила я, обращаясь к своему спутнику.

Кот в ответ лишь фыркнул, что я истолковала как согласие, и мы зашагали к мосту. Но по мере приближения мое сердце начало биться чуть быстрее. На мосту стояли двое, увлеченные разговором. Я присмотрелась… и узнала его. Карион. Мои шаги замедлились сами собой.

— Карион… — прошептала я. — Но что он тут делает?

Я не успела договорить, как он развернулся боком, и мое дыхание перехватило. Прямо перед ним, нарушая все мыслимые дистанции, стояла Ленора. Та самая эльфийка-торговка с высокомерной осанкой и уверенным взглядом. Она что-то оживленно ему объясняла, жестикулируя, а потом… потом ее длинные пальцы легли ему на плечо в фамильярном, почти собственническом жесте. И она улыбнулась — той самой сладкой, ядовитой улыбкой, полной скрытых намеков.

Что-то острое и горячее кольнуло меня под сердце. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться. Внутри все сжалось в тугой, болезненный комок. По телу пробежала мелкая дрожь, а в висках застучало. Я пыталась дышать глубже, но воздух словно стал густым и обжигающим горло.

Зачем они здесь вместе? О чем они могут говорить так оживленно? Почему она позволяет себе прикасаться к нему? И почему… почему он не отстраняется? Почему терпит эту… эту напыщенную торговку!

И будто в ответ на мою яростную мысль, Карион все-таки убрал её руку со своего плеча. Но было поздно. Волна слепой, иррациональной злости уже накрыла меня с головой, отравляя всё внутри.

— Какая же она мразь… — пронеслось в моей голове, и это чувство было таким острым и едким, что слезы выступили на глазах.

— Согласен, — проскрежетал чужой, низкий голос прямо в моем сознании.

Я вздрогнула и испуганно оглянулась, сердце бешено колотилось в груди. Никого. Тогда я посмотрела вниз. Кот стоял и смотрел на меня своими горящими глазами, в них читалось неподдельное удивление.

— Ты… ты слышишь меня, демон? — снова попыталась я мысленно, изо всех сил концентрируясь на нём.

Но в ответ — лишь тишина. Он продолжал смотреть на меня пристально, словно и сам пытался пробиться сквозь невидимый барьер. Связь, мелькнувшая на секунду, оборвалась.

Я снова бросила взгляд на мост, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. Но там никого не было. Мост был пуст, лишь ленты беззаботно развевались на ветру.

— Меня ищешь? — его голос прозвучал прямо сбоку.

Я медленно, будто сквозь воду, повернула голову. Глаза сузились от наплыва чувств, и я вложила в свои слова всю горечь, что клокотала внутри.

— С чего бы это мне тебя искать?

Карион явно не ожидал такой реакции. Он отшатнулся,