вампирского барона. Если верить слухам, в былые времена он тянул лямку на палубе «Черного Императора» и входил в периферийный круг свиты «Короля Пяти Морей» Наста.

— Одному богу известно. Но в Байаме его точно нет, иначе казенные ищейки давно бы скрутили его во время недавней зачистки, — пожал плечами Ральф. — Птичка напела, что его флотилия взяла курс на юг.

На самом деле Элджер уже успел условиться с Коваро о встрече, а сейчас лишь виртуозно использовал его имя для затравки беседы.

Само собой, он кристально ясно понимал: спасаясь от нависшей над архипелагом угрозы цунами, пиратский вожак благоразумно увел корабли подальше и бросит якорь в Байаме еще очень нескоро.

Впрочем, время терпело. Элджер уже выведал, что господин «Луна» расплатился банковским векселем. А попытайся он обналичить эту бумагу до срока, его бы неминуемо обложили дисконтом, содрав внушительную долю законных процентов.

Нарочито понимающе кивнув, он произнес:

— Ясно. Премного благодарен за весточку.

Дойдя до этого момента, Элджер виртуозно нацепил маску искреннего недоумения:

— Тут слухи гуляют, будто во многих местах изваяния «Морского бога» сами собой раскололись вдребезги?

Воочию лицезреть подобный феномен ему не довелось, однако богатый багаж знаний из церковных архивов позволял выстроить железобетонную, безупречную гипотезу.

В конце концов, на колониальных островах и просторах Южного континента каратели семи великих Церквей стерли в порошок далеко не один десяток таких же ложных идолов. О том, какая чертовщина творится после гибели подобных лжебогов, в летописях было написано предостаточно.

Ральф ответил безоговорочным, спокойным кивком:

— Истинно так, было дело.

— Вот только это отнюдь не дурная весть.

Лицо торговца в мгновение ока исказилось от исступленного, фанатичного экстаза:

— Ибо Бог уже вновь снизошел на землю, обретя новый лик!

«Бог вновь снизошел на землю и обрел новый лик?» Взгляд Элджера застыл. Моряк почувствовал, что подобный исход одновременно и безупречно укладывался в логику событий, и напрочь сбивал с толку своей внезапностью.

Судя по переполоху в рядах Церкви Повелителя Бурь, можно было с железобетонной уверенностью констатировать: Кавитува окончательно испустил дух. Так какой же тогда «Морской бог» сейчас откликается на мольбы паствы?

Связав воедино все свои прошлые выкладки, моряк молниеносно пришел к одной поистине дерзкой догадке:

«Неужто это воплощение господина Шута?»

«Воспользовавшись бесславной гибелью „Морского бога“ Кавитувы, Он обрел новую личину? Личину, позволяющую проецировать Свою колоссальную мощь сквозь древние печати и напрямую вмешиваться в дела реального мира?»

«Так вот в чем крылась истинная, подлинная цель прибытия „Мира“ в Байам?»

«Боже правый, господин Шут воистину действует с поистине грандиозным размахом!»

Элджер незаметно сглотнул подступивший к горлу ком, титаническим усилием воли подавив рвущийся наружу трепет.

…………

В гостинице «Лазурный Ветер» Клейн, еще не успевший покинуть номер, увидел, как сидящий напротив капитан Элланд протягивает ему увесистую пачку банкнот:

— Это ваш гонорар. Ровно сотня фунтов.

Морской волк благоразумно не стал расписывать, сколько из этой суммы причитается Герману Воробью, а сколько — «Пылающему» Даницу. Озвучив лишь общий куш, он предоставил напарникам право самим делить добычу.

«А казенные вояки, я погляжу, на редкость щедры…» — мысленно хмыкнул Клейн. Приняв пухлую пачку купюр, он на одних инстинктах порывался выудить оттуда две банкноты по пять фунтов и небрежно бросить их Даницу.

Однако рука юноши внезапно дрогнула. Сохраняя на лице абсолютную, ледяную невозмутимость, он вытянул еще две десятифунтовые бумажки.

«А этот Герман Воробей, оказывается, знает толк в справедливости. Куда честнее самого „Справедливого“ Элланда…» — Даниц с неподдельным восторгом сгреб свою долю, чувствуя, как изрядно отощавший за последнее время кошелек наконец-то обретает былую полноту.

Скользнув взглядом по облаченному с иголочки в новый костюм Герману Воробью, Элланд повертел в руках свою капитанскую двууголку и, тщательно подбирая слова, поинтересовался:

— Из Церкви Повелителя Бурь просочился любопытный слушок. Поговаривают, будто тем самым наглецом, что посреди ночи обклеил врата храма прокламациями, сорвав покровы с тайн Летисии и «Морского бога» Кавитувы, был не кто иной, как «Пылающий» Даниц.

— И что вы об этом думаете?

Капитан вперил немигающий взгляд прямо в глаза Даницу, ожидая ответа.

— Ха-ха, — Даниц выдавил из себя пару сухих смешков. — Понятия не имею, о ком вы.

Клейн выдержал пару секунд звенящей тишины и ровно произнес:

— Я отправился на остров Симим, дабы исполнить последнюю волю одного покойного авантюриста. Там, в гостинице, наши пути пересеклись с Летисией и ее свитой.

— Посреди ночи случилось нашествие змей, с которым эта компания играючи расправилась.

— По возвращении в Байам я наведался к повстанцам за покупками и с удивлением обнаружил, что они выставили на всеобщее обозрение священный клинок. Более того, тот тайный пункт охраняли сразу двое Потусторонних средних эшелонов.

— Мне хватило одного мимолетного касания к этому клинку, чтобы в мой разум ворвалась первобытная, безумная воля. Я едва не сорвался в бездну потери контроля прямо на месте.

— Вдобавок ко всему, они вовсю разыскивали Летисию.

Всё, что выложил Клейн, было кристально чистой правдой, однако далеко не всей. Впрочем, и этих крупиц с лихвой хватало, чтобы логически выстроить содержимое тех самых прокламаций.

Даже если казенные армейцы и инквизиторы Церкви Повелителя Бурь начнут рыть землю носом, в худшем случае они докопаются лишь до того, что Герман Воробей виртуозно меняет личины.

Внимательно выслушав исповедь, Элланд с тяжелым вздохом усмехнулся:

— Впредь, случись вам вляпаться в нечто подобное, не стоит под покровом ночи расклеивать прокламации. Идите прямиком ко мне — это гарантирует вам куда более щедрый куш.

Поднявшись с кресла и водружая двууголку на голову, морской волк бросил Даницу:

— Птичка напела, что ценник за голову «Пылающего» вот-вот снова взлетит.

Глава 553

Усилия Даница

Награда за голову… Мышцы на щеке Даница нервно дернулись. Титаническим усилием воли он выдавил из себя кривую усмешку, притворяясь, будто совершенно не имеет отношения к грозному прозвищу «Пылающий» и ему на эти цифры глубоко плевать.

Как только Элланд скрылся за дверью, пират резко развернулся к Герману Воробью и выпалил:

— Сдается мне, пора бы нам подыскать другую гостиницу… Нет, лучше вообще рвать когти из Байама, и как можно скорее!

«Если за мою голову и впрямь назначат свыше пяти тысяч фунтов, то мне больше нигде не будет покоя! Вся та пиратская и авантюристская шваль, что раньше топталась со мной на одном уровне, мигом слетится со всех сторон, словно стая акул, почуявших кровь! Дичь, с которой вполне реально сладить, чье