забыть и никогда-никогда не думать. Но как только он возникает на горизонте, что-то во мне перещелкивает, появляется странная неуверенность и какое-то необъяснимое отчаянье.

Из моей груди вырвался тяжелый вздох, и зачесались глаза. Тут можно было разрыдаться и пожалеть себя, но как я уже говорила, я больше не плачу.

Все больше разноцветных огней города загоралось на фоне темного неба, когда пришло сообщение от Эрика.

Эрик:

Мира, привет. Ты скоро?

Я представила, как он сидит за столом с двумя хоккеистами, и все внимание Лены и Леры поглощено горой, нет, точнее горами мускулов. Мысль о том, что он сам виноват и попался на удочку двух охотниц, проскользнула, но я не стала на ней концентрироваться. В конце концов, Эрик был милым, немного наивным парнем, который приехал за мной в аэропорт, и мне точно не стоило бросать его. Поэтому я быстро напечатала ответ и надела куртку.

Мира:

Уже еду.

Бар был небольшим, но очень популярным, народу в него набилось много. Кажется, в основном студенты. Все болтали и смеялись, кто-то пританцовывал, громко играла музыка. На улице не было дождя, поэтому многие выходили с бокалами к столикам во дворе. Я нашла Эрика, Лену и Леру за дальним столом в углу внутри бара. Мысленно поблагодарила вселенную, что им хватило ума не усесться на улице, где я бы замерзла в течение двух секунд. Заметивший меня Эрик расцвел и махнул рукой.

– Что будешь пить? – спросил он, когда я села рядом.

– Не знаю, – пожала плечами. – Может, коктейль какой-нибудь?

– Давай я возьму, – предложил Эрик, чем удивил меня. У шведов не очень принято угощать, даже на свиданиях они договариваются, что поделят счет пополам.

– Ладно, – согласилась я и заметила, как он облегченно выдохнул.

– Что-нибудь сладенькое и легкое?

– Точно, спасибо.

Девчонки уставились в телефон. Рассматривая какую-то фотку, они только рассеянно кивнули, когда я села за стол. Ни главного придурка на планете, ни его друга видно не было, мой желудок сжался, но я так и не поняла, из-за чего.

– А вы звали Роберта сегодня? – наконец спросила я. Мне надоело, что эти вешалки упорно делали вид, что меня здесь нет.

– Да, он сейчас придет, – промурлыкала Лена, а Лера добавила: – Они с Томом отошли к бару. – И обе снова уставились в телефон.

Через тридцать секунд по позвоночнику поползло знакомое холодное липкое чувство. Скука… Плохо дело. Если срочно не займу себя чем-нибудь, в голову полезут мысли, которым вход был категорически запрещен. Сегодня порог рефлексии и так превышен в четыреста раз. Я автоматически нажала на приложение по шахматам, наугад выбрала соперника и ткнула в новую раскладку. Играю белыми. «Хорошо», – пронеслось в голове, и я открыла партию испанским дебютом: пешка на е4, черные ответили на е5, конь на f3, черные вывели коня на с6. Я уже приготовилась сходить слоном на b5, как стол накрыли две огромные тени. Роберт и его друг усаживались, ставя перед собой и девчонками стаканы.

– О, привет. Я Том, – вальяжно протянул парень и откинулся на спинку стула.

– Мира, – буркнула я, не решаясь смотреть ни на него, ни на Роберта. Хотя, готова дать руку на отсечение, придурок ожидал от меня чего-то. Несколько раз я чувствовала на себе его прожигающие взгляды, но виду не подавала, уставившись на черно-белую онлайн доску.

– В шахматы играешь? – с легким удивлением и ленцой спросил Том.

– Нет, в футбол, – ответила я и наконец взглянула на него. Том улыбался, на его щеках показались ямочки, а темные глаза искрились. Он был одновременно похож и непохож на Роберта. Такой же огромный, но темноволосый, смуглый и какой-то живой… Он словно состоял из веселья и любопытства. Да, таким легко очароваться, вон как Лена с Лерой пускают слюни. Том подмигнул мне, показывая, что оценил мою шутку, и переключился на девчонок.

Пришел Эрик, неся в одной руках два красивых фужера с коктейлями. Я улыбнулась ему. Понятно, почему ему так резко понадобилось ухаживать – не хочется падать лицом в грязь перед хоккеистами. Эрик заметил мою раскладку и с любопытством уставился на экран.

– Не выключай, – попросил он. – Я посмотрю.

Я быстро переместила слона на b5, пешка черных шагнула на a6. Что ж, ожидаемо. Мой слон пошел на a4, и моя рука замерла над экраном телефона в ожидании хода соперника. И тут я услышала, как Лена неестественно высоким и дрожащим голосом цедит слова:

– Серьезно, Роберт? Конечно, нетрудно догадаться, что ты горячий, но, чтобы настолько…

Не знаю, что за сила захватила меня, но я забыла про своего слона, про ход черных, про шахматы вообще. Я про все забыла. Все мое тело, начиная от кончиков волос и заканчивая ногтями на ногах, настроилось, чтобы узнать, что вызвало в голосе Лены столько восхищения. Она держала в руках телефон и рассматривала фотографию Роберта. Было невозможно рассмотреть ее подробно, но даже со своего места мне было видно, что на фото Роберт позирует в одних джинсах, которые еле держатся на бедрах, волосы взлохмачены, а на губах играет похотливая ухмылка…

Satan i gatan, это что еще такое?

– Фотосессия для новогоднего календаря «Кельнских пингвинов», – словно услышав мою внутреннюю мольбу, пояснил Роберт. – Наша PR команда решила сделать подарок фанаткам. Я, кажется, февраль.

– Привет, мистер Февраль, – промурлыкала Лена, а я рассмеялась.

Роберт только раздраженно взглянул на меня и перевел взгляд на Лену, которая, прикусив нижнюю губу… Что? Неужели они на самом деле так делают? Лена накручивала белокурый локон на палец. Это же шутка, правда? Никто не может вестись на подкаты из восьмидесятых. Но, кажется, никому, кроме меня, не было странно и смешно. Эрик заканчивал мою партию, Лера что-то шептала на ухо Тому, а Роберт смотрел прямо в глаза Лене. И в его взгляде я заметила полный набор – интерес, желание и чертов игривый блеск.

Мне показалось, что у меня задрожали руки. Серьезно? Чтобы заинтересовать парня, нужно закусить нижнюю губу и накручивать волосы на палец. И все? Я не могла поверить, что это работает так просто. Неужели парни такие примитивные существа, что надо-то всего два движения? Я пригляделась внимательней. О, да тут бесплатный мастер-класс по соблазнению. И вот тут я почуяла… что-то интересное. Слово «скука» мгновенно выветрилось из моей головы. Я замерла, как гончая, учуявшая дичь. Как пропустить такое, когда работают профессионалы: один расставляет силки, второй с удовольствием туда попадается. Каждое движение Лены отпечатывалось в моем мозгу, запоминалось. Каждый взмах ресниц, поворот головы, плавность