Алтон. Мой желудок скрутило, когда он повел ее к машине, его рука надежно лежала на ее пояснице.

Дружеский жест?

Думала я, пока он не наклонился ближе, чтобы поцеловать ее на прощание. В щеку, но что-то казалось неправильным, как будто это нечто большее, чем дружба. У меня возникло смутное подозрение, что их дружба не была основана на общей заботе о моей матери.

Однако, прежде чем я смогла позволить своим мыслям задержаться, мое внимание быстро переключилось на следующую пару: Брайс и Челси. Судя по времени, около девяти часов, все четверо, должно быть, наслаждались приятным ужином здесь, в поместье Монтегю.

Мое сердце болело, а разум сомневался в моей новой реальности. Я была заперта в своей спальне, а в это время Челси обедала в столовой поместья Монтегю. Вопрос сменился негодованием, когда Брайс помог ей забраться на заднее сиденье, а она повернулась к нему и улыбнулась.

Это простое выражение напоминало прокручивание ножа, который, как я даже не подозревала, был воткнут мне в сердце. Как можно получить ножевую рану, не зная об этом? Я не могла ответить. Тем не менее, в тот момент, когда она улыбнулась Эдварду Брайсу Кармайклу Спенсеру, плоть на моей груди разорвалась, лезвие вонзилось глубже.

Я надеялась получить больше информации от Джейн, но не она принесла мне еду, а после, забрала поднос. Я не знала эту молодую леди, хотя она подходила под профиль Алтона: молодая, привлекательная и молчаливая.

С каждой проходящей минутой и часом мой разум погружался в реальность вокруг, а также в то, что происходило вдали от поместья Монтегю. Хотя у меня была возможность покинуть спальню, я беспокоилась о возможных последствиях. Заподозрил ли Алтон, что Джейн дала мне эти средства? Что бы это значило для нее? Почему она не вернулась?

Я ждала и выжидала своего часа, пока над поместьем не воцарится ночная тишина.

Пока ждала, я поняла, что, кроме того единственного раза, когда увидела номер телефона Нокса на визитке в офисе Карен Флорес, я никогда не знала цифр. Вместо этого я полагалась на свой телефон, чтобы хранить эту жизненно важную информацию. И как бы я сейчас ни ломала голову, нужные цифры не приходили на ум.

Я задумалась о том, чтобы найти свой телефон. Может, Алтон взял его с собой в хозяйскую спальню? Может, тот у него в кабинете? В течение нескольких часов я расхаживала взад-вперед и размышляла, пока не обнаружила, что устроилась на гигантском подоконнике, откуда открывался вид на главный вход и выход из поместья Монтегю.

В какой-то момент я порылась в своей сумочке и бумажнике. Что же я сделала с этой визиткой? Сохранила ее? А если и сохранила, то смогла бы найти. Однако в моем бумажнике за кредитной карточкой была спрятана визитная карточка, которую мне дали на случай чрезвычайной ситуации, которую я рассматривала не столько как спасательный круг, сколько как якорь, и боялась, что она способна меня утопить за мои неверные решения.

Теперь, после двух часов ночи, с визитной карточкой, на которой был номер телефона Делорес, надежно припрятанной в кармане моего халата, пришло время искать телефон. Во времена моего детства в каждой комнате стоял домашний телефон. Внутри поместья было множество линий и прямых кнопок для доступа к персоналу. Телефонная система была очень похожа на ту, что была бы в большом отеле и по сей день.

Задвижки щелкнули, когда я повернула ключ. Их эхо казалось громче, чем когда бы то ни было днем. Повернув и потянув на себя хрустальную дверную ручку, я выглянула в коридор. Какая-то часть меня боялась, что за дверью моей комнаты сидит охранник, но его там не было. Как можно тише я закрыла дверь и снова заперла ее на ключ. Если бы кто-нибудь подошел и попробовал открыть дверь, то, надеюсь, решил бы, что я внутри.

В коридоре было темно и тихо, за исключением редких маленьких ночников между каждыми дверями, освещавших путь. Я вставила ключ и открыла пустую спальню. Включив свет, я увидела, что на прикроватной тумбочке нет телефона. Я спокойно повторяла то же самое, комната за комнатой. Ни в одной из них не было телефона. Очевидно, даже поместье Монтегю шло в ногу со временем. Все перешли на сотовую связь.

Дойдя до конца коридора, я еще раз обдумала план. Я могла остаться на втором этаже и пойти в библиотеку. Недостатком было то, что она находилась ближе к комнате матери и Алтона. Плюсом было то, что там меньше шансов встретиться с персоналом. С другой стороны, мог ли кто-нибудь бодрствовать в такой час?

Пока я медлила, мое сердце учащенно билось, создавая ритм, похожий на барабанную дробь или команду на расстрел. Я отказывалась решать, какой именно.

Держась поближе к стене, я медленно спускалась по парадной лестнице, перепрыгивая через ступеньку за раз, позволяя своим глазам привыкнуть к темноте коридора. Я оставила тапочки в комнате, решив вместо этого, что мне будет спокойнее ходить босиком. Шаг за шагом я приближалась к первому этажу.

Я заставила себя вдохнуть и выдохнуть, уверенная, что если я этого не сделаю, то потеряю сознание прежде, чем найду способ связаться с Делорес. Как и на втором этаже, на первом было тихо. Только гул кондиционера доминировал в воздухе, когда я двигалась по коридору, по которому шла ранее днем. Кабинет Алтона был рискованным местом, но я не сомневалась, что там есть телефон.

Я глубоко вздохнула и потянулась к дверной ручке. Будет ли она заперта?

Я толкнула дверь внутрь, и та открылась. Заглянув, я снова затаила дыхание, какая-то часть меня боялась встречи с Алтоном. Тени таились в темноте, их присутствие скорее ощущалось, чем виделось. Я шагнула внутрь и подождала, пока мои глаза привыкнут. По крайней мере, в коридорах было непрямое освещение. В кабинете Алтона было темно. Даже шторы, казалось, были задернуты, загораживая лунные лучи. Я толкнула дверь, закрывая ее за собой, и щелкнула замок.

Я задумалась, не включить ли свет, зная, что на соседнем столике между двумя кожаными креслами с высокими спинками стоит лампа. Мои мысли вернулись к обустройству комнаты. Двадцатичетырехлетний опыт в сочетании со встроенной памятью об этой комнате позволили мне ходить, ни на что не натыкаясь. Возможно, в нежелании поместья Монтегю меняться были свои преимущества.

Я нащупала выключатель.

Свет был быстрее звука, но, прежде чем мои пальцы повернули ручку, я услышала шаги.

— О! — я подавила вздох. Мое сердце, которое замедлилось до