бы не серая пыль, пованивающая некротикой, из которой эти самые мишки и состояли, это был бы просто замечательный разлом, не хуже моего чёрного!

Но всё когда-то заканчивается. За краем поля дорога нырнула в лес. И чем дальше в этот лес мы продвигались, тем тяжелее ворочалась чуйка.

— Тихо как… — прошептала Юлька.

— Угу…

Дорога нырнула в распадок, и я невольно улыбнулся. Мрачные ели сомкнули вершины, с каждым шагом становилось всё темнее, а дорога теряла чёткие очертания. Из-за кустов пополз туман, такой, нехороший, не просто туман явно.

— У тебя как с резервом? — спросил я Юльку.

— Понемногу восстанавливается, но ещё маловато, — призналась она.

— Ты там совсем что ли разрядилась? — вздохнул я.

— Ну почти…

Эх…

— Не пугайся, — предупредил я.

И хорошо, что предупредил. Даже так Юлька дёрнулась, когда я аккуратно засунул пальцы ей под шлем. Но энергия полилась, переполняя её энергосистему, и она успокоилась.

— Щекотоно…

Дорога меж тем совсем утонула в мороке, и были там по сторонам ели, или уже нет — не угадаешь. Вроде как расступились, или отступили. Да и сыростью пахну́ло, болотом, а ели такое не любят.

А ещё что-то в ухе звенело, как будто комар какой…

— Сразу говори, если что, не жди, когда разрядишься, — наказал я. — Мне тебя подзарядить ничего не стоит. И будь наготове. Сейчас нас…

Я не договорил. Из тумана вышагнули сразу несколько теней, обрели контуры и превратились в медведей в полном боевом облачении, в кованых доспехах, со щитами и полноценными мечами, с длиной одного только клинка метра два. Двое спереди, двое сзади, ещё по двое слева и справа.

Красавцы какие! Сами серенькие, а вот сталь хоть местами и подёрнулась ржавчиной — настоящая.

— Поле топтать не хотели, — понял я. — Думают порешат нас и на удобрения пустят.

— Не по-по-порешат ведь, нет? — зазаикалась Юлька.

— Порешалка не выросла, — хмыкнул я. — Ты чего встала? Свети!

— А куда? Надо сфоку-ку…

— Забей! — прервал я её. — Жги на все деньги!

Я ещё подлил ей энергии, на этот раз уже Кодекса, и Юлька вспыхнула, как маленькая звёздочка.

Серый туман зашипел от этого света, дёрнулся, пополз в разные стороны, обнажая уродливые скрючившиеся деревья, растущие по краям дороги. Так и думал — чуть дальше низинка превращалась в самое натуральное болото, через которое тёк небольшой ручей. Мы буквально чуть-чуть не дошли до мостика через этот ручей.

Медведи тоже ждать не стали, ринулись на нас всей гурьбой, размахивая мечами. Придурки, кто ж так нападает, вы же друг другу мешаться будете!

Но медведи мешаться друг другу не собирались. Да и мечами размахивали скорее для отвода глаз. Тактика у них оказалась очень простой — завалить нас массой.

Ну-ну.

Я встретил их волной чистой силы, кольцевым ударом таким, что мишки разлетелись во все стороны, как кегли. Но это их, разумеется, не остановило, они поднялись на ноги, вытащили мечи из сломанных задницами деревьев, двое вылезли из болотной жижи. И снова, молча, бросились в атаку, теперь уже прикрываясь щитами, и железками не особо размахивали.

Один вырвался вперёд, норовя срезать меня горизонтальным ударом меча. Подкат, подножка, ускорение под толстую пятую точку, и мишка, повинуясь законам инерции, летит по-над дорогой, аки гордый ёж, и мечом, как газонокосильщик, во все стороны машет. Одного товарища он этим мечом даже перерубил, а двоих ударом толстой туши отбросило в трясину.

— Ты что там возишься? — бросил я Юльке. — Души видишь?

— Неа! — та благоразумно присела, стараясь мне не мешаться.

— Ищи! — приказал я.

Мне было весело, и этот танец я мог бы продолжать долго. Свет, исходящий от Юльки, осветил всю округу, залил сиянием низину и развеял-таки туман. Но вот душ косолапых и правда видно не было, похоже, некромант не совсем тупой, на ошибках учится. И души где-то поодаль держит.

Ну и ладно. Пусть Юля сама всё это соображает, а я пока просто…

«Устал… путник… отдохни… присядь… водички… испей…»

Это звон в ухе пробился наконец в череп, обретя голос. На удивление женский, и даже приятный. Некромантка, значит. Баба. Вот чёрт… не люблю баб резать.

Юлька застыла, будто оглушённая. А потом выпрямилась и побрела к кромке болота.

— КУДА? — рявкнул я. — НУ-КА ВСТРЯХНИСЬ!

Девчонка и правда остановилась, встряхнула головой. Огляделась по сторонам, и через забрало я увидел, как в её глазах проскользнуло какое-то понимание.

— Менталистка? — чуть дрогнувшим голосом спросила она.

— Ага, — кивнул я, пробуя новый способ избавиться от мишек, — надеюсь, не обезьяна! Ищи души, а то Лекса без нас проголодается, а весь хавчик у меня!

Юлька постучала себя по шлему и даванула Светом наконец-то с полной отдачей. Видать, разозлилась. Злость это хорошо, это правильно.

— Вон они, — указала она далеко за мостик.

— Молодец. Ну, пошли тогда к этой некромантке. Поболтаем. Так… с вами-то что делать…

Мне лень было думать, что можно сделать с косолапыми воинами, и я призвал им в компанию лавовых великанов с Парамушира. Восемь медведей — восемь великанов.

— Парни, кушать подано, — я показал на притормозивших медведей. — Фас!

Великаны бросились на медведей со скоростью курьерского поезда, мишки припустили было в разные стороны, но через десяток метров развернулись и поскакали на великанов в самоубийственной атаке. Как будто… А нет, не такие уж они и тупые, попробовали в воду свалить. Но куда там! Это как теннисным шариком по футбольному мячу бить.

Мои Великаны оказались тупо тяжелее и устойчивее. Ни одного медведи завалить так и не смогли, и уже совсем скоро над болотом поплыл противный запах жжёной пыли, какой бывает, когда старую пыльную электроплитку включаешь.

— Пошли, — я подтолкнул Юльку в сторону мостика. — Анютки-то нет, такие кадры пропадают!

«Эй, ты тут? — крикнул я мысленно. — Давай без глупостей!»

А то знаю я этих некромантов. Начнут всяким непотребством заниматься. Навредить не навредят, но как представишь, на что они способны, так заранее блевать хочется.

Но то, что я увидел, превзошло все мои ожидания. Нет, я всякое видал. Ко всему был морально готов. Думал сейчас какую-нибудь бабу Ягу встречу, или может писанную красавицу, одетую в газовую накидку и предлагающую себя в обмен на жизнь… Причём красавица вполне может на поверку оказаться бабой Ягой, а неприметная старуха — красавицей с клыками. С некромантов, тем более обладающих ментальными способностями — что угодно сбудется.

«Принимаю Кодекс в сердце своё… принимаю Кодекс в душу свою…» — зашептал я.

Никакие меры не бывают лишними, когда встречаешь некромантку-менталистку в радужном разломе.

И всё же ей удалось меня удивить.

Мы перешли по мостику через