его таким – не старшим советником будущего короля, а просто любящим отцом, который радовался и немного грустил от того, что дети выросли.

– Простите, я утомил вас своей болтовней. Думаю, нам пора идти.

Когда она встала, он внезапно коснулся ее руки и огляделся по сторонам. Вокруг никого не было, только Линэль с Морэн неподалеку говорили о чем-то со стражниками.

– Вы ведь знаете, что можете мне довериться, дитя мое? – спросил он мягко. – Я чувствую, что сегодня вы сама не своя, и вы все время… – Он приложил руку к животу. В его глазах застыл вопрос.

– Я… Что?

Эви проследила за его движением и с ужасом осознала, что все время касается пояса, под которым спрятана записка, и советник подумал, что она… Неожиданно ее лицо обдало жаром, Эви прижала ладонь к горлу.

– Ох… Нет, что вы, я не… Это не то, о чем вы подумали… – запиналась она, бросив взгляд на рабынь в надежде, что помощь придет с их стороны, но те были увлечены болтовней. – Это просто… Я просто что-то не то съела за обедом, – выпалила она, – и у меня немного побаливает живот.

– О-о-о, – настала очередь Дэина смущаться. – Простите мою бестактность, я старый болван, а весь этот разговор о детях настроил меня не на тот лад.

Он сложил ладони в извиняющемся жесте, и она поспешно кивнула.

– Думаю, тогда нам лучше закончить сегодняшнюю беседу, и я провожу вас к вашим покоям.

Обратно они шли почти молча, и, только войдя в свою комнату, Эви, с пылающими от смущения щеками, приложила ладонь ко рту, давясь нервным, почти истерическим хихиканьем. Вытащив смятую записку, она развернула ее и перечитала снова.

«Если хотите вернуться на Север, уничтожьте это письмо и наденьте сегодня зеленое».

Уничтожьте это письмо!

Конечно, она хотела освободиться и вернуться на Север. Эви перестала хихикать и спокойно разорвала послание.

* * *

После ужина она отпустила рабынь и, воспользовавшись редкими свободными минутами, отправилась погулять по саду, чтобы сосредоточиться и подумать. Вечер наконец принес с моря легкий ветерок, а удлинившиеся тени деревьев укрыли ее от заходящего солнца.

Эви помахала Нэссору, подстригающему кусты, как мимо пронесся Ти-рэм, стрикстер Эрона. Она залюбовалась широкими взмахами двух пар полупрозрачных крыльев. Он пролетел вдоль дорожки, плавно взмыл в небо, поднявшись высоко над деревьями, и устремился к северу. Эви уже знала, что, долетев до обрыва, он поприветствует своих собратьев громким стрекотом, а затем упадет вниз, чтобы нырнуть за добычей. В груди шевельнулось чувство зависти. Возможно, скоро и она станет свободной… Но для начала нужно узнать, кто стоит за таинственным письмом.

Побродив еще немного, Эви присела в беседке, не переставая размышлять. Она перебирала в памяти имена и лица, искала намеки в диалогах, которые вела во все предыдущие дни, пыталась вспомнить взгляды. Ей нужна была хоть какая-то деталь, зацепка… Но все безрезультатно.

Эви опомнилась, только заметив, как быстро темнеет, и пошла обратно в свои покои. Тени причудливо изгибались, в кустах что-то шуршало и скреблось о камни. Она ускорила шаг, стараясь не обращать внимания на шумы. Сад был местом, где она чувствовала себя в безопасности, но после сегодняшнего письма, тайно подброшенного в комнату, это чувство покинуло ее. И когда из-за дерева неожиданно выступил незнакомый мужчина, Эви почти не удивилась.

– Какая интересная встреча. – Незнакомец растягивал слова, не собираясь уступать дорогу.

Эви попыталась обойти, но тот снова преградил ей путь с гнусной ухмылкой, обнажившей щели между зубами.

– Куда-то торопишься?

Она остановилась. Мужчина был высоким и молодым. Камни в золотой застежке на его богато вышитом воротнике поблескивали в полумраке, но дорогая одежда не могла скрыть запаха пота и винных паров.

– Тороплюсь, – спокойно ответила Эви. – Уйдите с дороги.

Мужчина хмыкнул и шагнул к ней, заставив отступить и задержать дыхание. Он потянулся к ее лицу, но она отшатнулась, и он лишь успел мазнуть пальцами по ее подбородку. Эви невольно скривилась, стирая с себя липкое прикосновение. Его глаза сузились.

– Я смотрю, мой ублюдок братец не научил тебя хорошим манерам. – Он пьяно ухмыльнулся.

«Братец? – Она застыла. – Но Элиф ведь погиб и, судя по портретам, он выглядел совсем не так!»

Воспользовавшись ее растерянностью, незнакомец схватил ее за руку и дернул на себя. Она врезалась в его костлявую грудь и сразу же попыталась отпрянуть, но он уже держал ее за пояс, не давая отодвинуться.

– Отпустите сейчас же! Не смейте ко мне прикасаться! – Эви уперлась ладонью в его плечо, отпихивая, но несмотря на худобу он оказался удивительно сильным.

– Я научу тебя, как вести себя с лордом первого круга, жалкая шлюха!

Он так резко прижал ее к дереву, что от удара о жесткий выступ коры она вскрикнула. Скользкая от пота ладонь зажала ей рот, затем сползла вниз, сжимая подбородок, и лицо обдало горячим дыханием. Эви мотнула головой, избегая его влажных губ, попыталась ударить коленом в пах, но попала в бедро, разозлив незнакомца еще больше.

– Стой смирно, – прошипел он, хватая ее за шею.

На этот раз Эви не отворачивалась и не отводила взгляда. Она вонзила ногти ему в лицо и изо всех сил потянула вниз, оставляя кровавые борозды. Он закричал, размахивая руками, и Эви рухнула на землю. Боль пронзила плечо.

– Сука! Да я тебе все когти вырву!

В ухе звенело. Глаза застилали слезы. Шаря ладонями по земле в поисках камня или ветки, Эви попыталась отползти от надвигающейся тени. Она понимала, что нужно звать на помощь, но лишилась голоса. Незнакомец потянулся к ней.

Глава 13

– Лэ́ам! – раздался грозный окрик совсем рядом.

Удара не последовало. Эви медленно повернула голову и увидела Нэссора. Он стоял, широко расставив ноги, в одной руке сжимая секатор, а другую держа на поясе возле ножен. Обычно добродушное лицо исказилось от гнева.

– Эта злобная сучка набросилась на меня! – визгливо воскликнул ее обидчик. – Пыталась меня соблазнить, а потом набросилась! – Он ткнул в свои окровавленные щеки. – Посмотри, что она сделала!

Эви молча поднялась, потирая ушибленное плечо, и стряхнула пыль с ладоней. Она не собиралась оправдываться.

– Она маэле принца, – глядя исподлобья, произнес садовник, подчеркивая каждое слово. – Ты совсем страх потерял, щенок? Никто не смеет прикасаться к маэле принца.

– Принца? Принца?! – заорал Лэам, забыв о роли пострадавшего. – Ты прекрасно знаешь, что этот ублюдок занимает чужое место! И если я захочу, чтобы его подстилка валялась у меня в ногах, то я…

– То ты что, Лэам?

Эви на мгновение застыла, услышав