гула даже у Клейна, отделенного от них марионеткой, зазвенело в ушах, а голову резануло легким головокружением.

«Это явно не нормальный голос, в нем сквозит склонность к потере контроля или ментальная скверна… Да и сами эти иллюзорные полки — верный тому признак…» — не успела эта мысль пронестись в голове Клейна, как те самые тени, то сжимающиеся, то вытягивающиеся, синхронно подали голос:

— Прошу прощения, просто слишком разволновался, не смог взять себя в руки.

Надежно укрывшись в густой тени за пределами особняка, Клейн дернул за ниточки марионетки Кьюнаса Кольга, заставив того спросить:

— Что с тобой стряслось? Из-за чего ты превратился в это?

Черные тени разом тяжело вздохнули:

— «Судья» Белакос из фейнапотской армии вкупе с архиепископом Мартиной из Церкви Матери-Земли устроили здесь совместную облаву. Их главной мишенью был я. У меня попросту не осталось иного выхода, кроме как обнажить форму мифического существа, вынудив их временно отступить. Судя по всему, раз уж ты умудрился появиться здесь так незаметно, ты наверняка прибыл прямиком через «Телепортацию».

— Будучи полубогом, ты должен прекрасно знать: стоит лишь высвободить форму мифического существа, как вернуть себе нормальный облик становится непросто. Я тоже подвергся влиянию нахлынувшего безумия и едва не сорвался в потерю контроля. К счастью, в свое время я был «Наставником Мистических Искусств» и овладел немалым числом странных, но действенных оккультных техник. В критический миг я наложил на себя некое подобие самозапечатывания, отчего и превратился в это.

— Эх, вот только это продержится лишь некоторое время. Безумие продолжает неумолимо разъедать меня. Я уже связался со Священным Престолом, и в скором времени должна подоспеть подмога, но я не знаю, смогу ли дотянуть до этого момента.

— Я как раз размышлял над тем, что это, судя по всему, и есть та самая предреченная мне весьма затруднительная ситуация. И ломал голову, явится ли тот, кто поможет мне решить эту проблему. Какое счастье, что ты пришел! Это доказывает, что мое пророчество и его трактовка были верны, и от этого осознания мое душевное состояние даже немного улучшилось…

«До чего же фанатичный полубог, зацикленный на успехе собственных пророчеств… Вздумай я прямо сейчас развернуться и уйти, не рухнет ли твой рассудок в ту же секунду, сорвавшись в потерю контроля прямо на месте…» — мысленно пустив пару едких шпилек, Клейн переключился на обдумывание ключевой информации, выданной Лукой Брюстером:

Армия Фейнапота и Церковь Матери-Земли перешли в наступление!

Не теряя времени, Клейн заставил марионетку Кьюнаса Кольга достать золотую монету. Звонко подбросив её в воздух, кукла ловко поймала её.

В его понимании священнослужители семи великих Церквей, как ни крути, всегда стремились к поддержанию порядка и защите паствы. С этой точки зрения, Лука Брюстер никак не мог быть злобным демоном или дьяволом.

Да и благодаря впечатлению, оставленному «вице-адмиралом Айсберг» вкупе с великим сыщиком Айзенгером Стентоном, у Клейна сложилось вполне сносное отношение к Церкви Знаний. Он считал, что, если не считать их въевшейся привычки презирать тугодумов и тех, кто не любит учиться, в их методах и стиле поведения не было никаких серьезных изъянов.

«Именно по этой причине они так и не смогли разрастись, ютясь лишь в пределах парочки мелких государств…» — беззвучно проворчав это, Клейн даже не стал смотреть на результат броска монеты и произнес:

— Чем я могу помочь?

— … — до этого бьющие через край энтузиазмом черные тени внезапно замолчали. Лишь спустя несколько секунд они выдавили: — Я и сам не знаю…

Клейн смотрел на них, они смотрели на Клейна, и на мгновение повисла звенящая тишина.

«Может, мне предложить обратить тебя в свою марионетку?» — лишь спустя добрый десяток секунд мысленно хмыкнул Клейн.

Его мысли тут же понеслись вскачь, начиная обдумывать, как можно решить проблему Луки Брюстера, неспособного выйти из формы мифического существа.

Откровенно говоря, его рвение помочь диктовалось не только хорошим впечатлением о Церкви Знаний и самом Луке Брюстере, но и некоторыми прагматичными соображениями.

Во-первых, за всем делом с «Дневником путешествий Гросселя» незримо маячила фигура «Бога Знаний и Мудрости». Клейн пока не мог с уверенностью сказать, в чем именно заключаются цели этого истинного божества, но резонно полагал, что своевременное проявление благосклонности может обернуться приятным сюрпризом. Во-вторых, если возвращение Рассела действительно состоится, позиция «Бога Знаний и Мудрости» будет иметь крайне важное значение:

Опираясь на интонации и тон злого духа «Красного Ангела», Клейн мог сделать предварительный вывод: по сравнению с Четвертой Эпохой отношение нынешних семи богов к появлению «Темного Императора» претерпело колоссальные изменения, их реакция уже не столь остра, и они больше склонны к молчаливому согласию, даже если на троне окажется не их собственный кандидат.

В подобной ситуации, если император Рассел вернется, по-настоящему воспротивятся этому, скорее всего, лишь «Вечное Пылающее Солнце» и «Бог Пара и Машин», ведь в те годы за кулисами падения Рассела явно маячили Их тени.

Впрочем, даже эти возражения вряд ли будут слишком яростными. Если Рассел сохранит ясность рассудка, стряхнув с себя порчу и безумие, появится шанс на его принятие. В конце концов, между «Темным Императором» и Путями «Солнца» или «Ученого» нет проблемы взаимозаменяемости, а значит, и прямых столкновений интересов.

Что же касается старых обид, то на уровне божеств это не считается чем-то непреодолимым. Разумеется, это были лишь догадки Клейна, основанные на древней истории и оккультизме. Насколько он знал, за исключением «Бога Ремесленников», остальные шесть богов в эпоху Первой Империи Соломона враждовали друг с другом, накопив неисчислимое множество взаимных обид. Им приходилось по очереди переманивать тогдашнего «Темного Императора» на свою сторону. Но в итоге разве они не забыли о прошлом, заключив союз, который держится до сих пор?

Даже божества со смежных Путей могут в какой-то мере мирно сосуществовать. Если Рассел действительно сможет воскреснуть, то его вражда с «Вечным Пылающим Солнцем» и «Богом Пара и Машин» вполне может быть улажена, ведь он так и не погиб окончательно.

Конечно, зная Рассела, Клейн понимал, что рано или поздно тот отомстит. Но пока он не сошел с ума, не загнан в угол, не стал параноиком или экстремистом, он всё еще способен трезво оценивать обстановку, понимая, что нужно делать, а когда стоит просто выждать момент.

И при таком раскладе, если «Вечное Пылающее Солнце» и «Бог Пара и Машин» выразят протест, теми, кто сможет надавить на Них и заставить смириться, по мнению Клейна, безусловно, станут «Повелитель Бурь» и «Бог Знаний и Мудрости»,