от его должностей, зарплаты и положения в обществе? Которая постаралась бы разделить с мужчиной не только его доходы, но и проблемы? Такой была мама Алексея. Как бы порой трудно ни приходилось отцу – всегда рядом была она. Женщина. Любимая. Друг, способный не только услышать, но и понять.

Лишь однажды за последние годы Алексею показалось, что он встретил такую – летом на заливе они бродили вместе по берегу… У девочки был обгоревший носик и растрепанные рыжие волосы, по ее обнаженным плечам сквозь тени листвы пробегали солнечные зайчики… Но, увы, и эта девочка была далеко не тем покорным ему созданием, образ которого давно родился в его фантазиях. Мало того что она оказалась крепкой спортсменкой, так еще и любовницей одного не слишком молодого человека, известного актера. «Поприще и слава – они манят юных», – подумал тогда он. А та хватка, с которой это романтическое создание управлялось с оружием… В стреляющей женщине было какое-то неприятное противоречие. И все же… И все же Алексей время от времени вспоминал этот летний пикник, на котором судьба свела его с Мариной. Запомнилась не столько сама девочка, сколько вызванные ею ощущения несбывшейся любви.

* * *

Впоследствии Алексею уже окончательно удалось избавиться от этого образа-наваждения. Вновь появившаяся Марина уже не вызывала никакой нежности. Так, по крайней мере, хотелось думать. Биография девицы ему в том помогала: убитый любовник, сомнительные связи – все это было не в ее пользу, и Алексей с удовлетворением складывал несимпатичный образ.

Теперь, когда стало очевидным, что Войцеховскую готовили на роль киллера, Нертов даже испытал некоторое злорадство: мол, докатилась, нарвалась. Он не испытывал к ней жалости и тогда, когда она пострадала под колесами мотоциклиста. Однако последняя прослушка сбила его с толку… Но чувство сострадания улетучилось, когда он четко услышал на пленке название города, в котором жили его родители. Значит, завтра Марина отправляется туда с совершенно определенной целью…

«Отец!» – вдруг мелькнуло в голове, когда он услышал прямое указание на жертву, якобы обобравшую людей и оставившую голодных ребятишек. Не о том ли случае с зарплатами шла речь? Тотчас же припомнился почти годичной давности разговор, в котором отец и не стал отрицать, что ходит по краю пропасти. Почему же (идиот!) не доработана, не дожата история с похищением, концы которой тянутся к шефу?! И почему, перебирая возможных жертв киллера, он, Алексей, ни разу не подумал о собственном отце?

«Только бы не опоздать!» – промелькнуло в голове. «Не опоздать!» – повторял он до утра, пока не выехали из города вслед за красной «Нивой», увозившей Марину в уже известном им направлении. Отправились в путь двумя машинами: «ауди» из агентства Орлова и девяткой самого Алексея. Еще одна машина ждала команды на прием наблюдения ближе к выезду из города, а ночью несколько охранников заранее направились к дому Нертова-старшего.

В «Ниве», заехавшей рано утром прямо во двор Марининого дома, сидел только один человек – пожилой грузный шофер. Он со всей очевидностью не мог быть злополучным ночным гостем. Сейчас оставалось лишь ждать, как развернутся события. И наблюдать. Ребята, отправленные в городок заранее, должны были обеспечить безопасность родителей.

Еще с вечера Алексей позвонил отцу. Объяснять по мобильнику, который мог прослушиваться кем угодно, ничего не стал. Только бросил хорошо понятное обоим:

– Кажется, я встретил твоих театральных знакомых.

– Как?..

– За завтраком расскажу. Ты уж без меня не начинай, дождись. Кстати, к тебе заедут на ночлег мои друзья. Прими их как следует. Понял, па?

На время Юрию Алексеевичу предстояло стать домашним затворником. Как назло, новый дом директора был построен на высоком берегу и просматривался, а значит, и простреливался со всех сторон. Никаких бетонных заборов, никакой сигнализации – в маленьком городе это стало бы неслыханным вызовом, знаком недоверия к его жителям.

Примчавшиеся среди ночи к растерянным родителям Алексея охранники отделались минимумом объяснений. Директору пришлось смириться с тем, что «так надо». Ребята, лица которых были знакомы ему по банку, первым делом наглухо зашторили окна и велели не выходить никому из дома: ни утром, ни весь следующий день. Один охранник остался с директором и женой. Двое других отправились по ближайшим окрестностям, чтобы присмотреться к местности, вычислить те опасные точки, которые могли бы послужить убежищем киллеру…

Алексей вырулил на улочки городка уже в девятом часу – оторвался от красной «Нивы» и банковской машины еще на трассе. Заехал к родителям: все было спокойно, ничего подозрительного. Бросив отцу с матерью: «Позже все объясню» и, оставив их на попечение охраны, отправился на поиски «Нивы» и «ауди». Однако ни одной из этих машин в городе он не встретил. Попытка связаться с ребятами по «трубе» ничего не дала – мобильник не отвечал.

«Чертовщина какая-то! Куда же они подевались»? – не мог понять Алексей. Вернувшись на пост ГАИ при въезде в город, он узнал, что красная «Нива» вроде бы как проезжала с полчаса тому назад. А никакой серой «ауди» с питерскими номерами ребята, среди которых нашелся и его старый приятель-одноклассник, вроде бы не видели.

– Ты уверен? – переспросил Алексей. – Понимаешь, друзья мои сегодня должны были к нам на рыбалку завернуть…

– В будний-то день? Неплохо вы там в Питере пристроились.

– Мы ж в охране. Работаем сутки через двое, вот и позвал я их проветриться.

– А… Места-то еще помнишь?

Алексей не успел ничего ответить – в этот момент «зачихала» рация, прикрепленная на груди у приятеля: «Внимание! ДТП в Ильинке. Есть пострадавшие. Слышали вы там или нет? – Что случилось? – Серая «ауди», номера питерские, врезалась в столб электропередачи. В машине водитель и пассажир. Оба – жмурики… Та-акой фарш…» – матюгнулись из патрульной.

Гаишник отвел глаза…

– Твои?

– Мои…

– Друзья-то близкие были или так, по службе?..

Алексей, уже не слушая, вскочил в машину и резко рванул с места.

Трасса, она же главная улица Ильинки, перерезала деревню пополам. Издалека он увидел несколько машин и небольшую толпу зевак. Изогнутые прутья столба с повисшими на них кусками бетона, вздыбленная серая крыша «ауди», охватившая столб подковой искореженного металла… Он подошел к месту, на котором нашли свою судьбу сыщики… Алексей переступил через грязный весенний ручей. Вода была смешана с кровью. Едва не поскользнувшись на склизком ошметке, он раздвинул кольцо любопытных.

Ребятам из наружки помощь уже не требовалась. Кровавое месиво переломанных тел и искореженного металла…

Женщина за спиной причитала.

– Ленка соседская, дрянь такая, выбежала на дорогу за котенком, а эти, я сама видела, еле успели увернуться, чтоб ее не сбить. Ты