матери канули в небытие. И что ребенка ты у нее непременно отберешь. Потом стражу заплатила, чтобы он ее переправил. Дейтену Койну. Тогда он жил во мраке. И артефакторскую вскрыла тоже я. Отдала ей кулоны и сказала, что когда ее ребенку стукнет восемнадцать, она сможет вернуться и заявить свои права на какую-то часть твоих денег и власти… Я думала, она вышла замуж и живет себе спокойно. Клянусь, я и представить не могла, что мое ментальное воздействие продержится так долго, и она поселится в какой-то деревне лишь бы ты ее не нашел!

- Ну и наворотила ты дел.

Сказать, что Дагон был в шоке - ничего не сказать. Хотя он и знал: Габи и Констанция никогда не ладили. Габриэлла не ревновала его к другим девицам в гареме, но когда вампирша привела свой клан в Акрай’шиссэ, что-то пошло не так.

Кровопийцы долгое время обитали в Грайларкане. Вдали от соблазнов. К сожалению, окрестные леса сгорели, и съестная живность мигрировала в другие места. Констанция не растерялась. Пришла к нему и попросила, по старой дружбе, дать кров ее клану. Дагон согласился, а Габриэлла… Она сразу ее невзлюбила. Вероятно, увидела в ней конкурентку.

- Ты меня теперь ненавидишь?

В ее взгляде столько вины было, надежды, раскаяния…

- Я бы не женился на ней, Эн’дэйре. С ребенком или без.

- Откуда мне было знать? К ней ты ходил чаще, чем к остальным своим подружкам.

- Я к ней ходил, потому что в Эльгенборе лютовала нежить, и мы пытались понять, что происходит! Я для этого ее и притащил во мрак!

Габриэллу Де Санкар он встретил на рынке в Килденгарде, когда во мраке еще жили стражи, и перейти на сторону света он мог без труда. Дагон закупался артефактами у знакомого поставщика, а Габи у соседнего прилавка рассматривала книги. Некроманта сложно не заметить в толпе, а у девчонки на жакете вдобавок красовалась нашивка в виде зеленого черепа. Такие носили лучшие студенты факультета некромантии Королевской Магической Академии Килденгарда, которую долгое время возглавлял Эртель Стоун. Упустить ее было бы глупо.

- Ой, да ладно. Можно подумать, ты с ней не спал! Ребенка ей ветром надуло?

- Спал, - Дагон не отрицал. - Предпочел бы спать с тобой, да ты не хочешь. И замуж, если ты забыла, звал я именно тебя. Сколько раз? Пять? Шесть?

Сам он сбился со счета.

- Семь.

- Значит, будет восемь! Выходи за меня, Констанция.

Его несносная вампирша потупила взор:

- Хоть десять, Дагон. Ответ один: я не выйду за тебя. Ты не заслужил.

- Опять ты за свое! - он вспылил и едва не сорвался на грубость. - Заладила же! Не заслужил! А меня ты спросила? Плевать мне на то, что ты не сможешь родить мне детей! Хватит с меня и Амаль.

Он вообще о детях не грезил. И тот факт, что вампиры не размножались, ему был, мягко говоря, побоку.

- Причем тут дети! Тыэтогоне заслужил!

Ее любимые серьги с рубинами, которые Констанция не снимала даже ночью, полетели в него, и у Дагона перехватило дыхание… Не серьги. Артефакт, творящий иллюзию. Без него у нее на лице были все те же черные вены, что являлись ему во снах.

- Не нравлюсь, да? Не такой ты меня целовал когда-то под луной.

- Я тебя сейчас правильно понял? Ты ушла с вампирами в Грайларкан из-за этого? Из-за каких-то идиотских следов от яда на лице?

Констанция рванула ткань платья, обнажив грудь:

- На лице? А так?

Кровь зашумела у него в ушах. В его гареме было столько красивых девиц. Имелись и