восторга. В Италии самые высокие дома казались скромными. Здесь здания соревновались в высоте, их окна блестели в свете уходящего дня.

Он смотрел и не мог отвести взгляд. Толпы людей двигались по тротуарам — быстрые, целеустремлённые, в пальто и шляпах. Автомобили сигналили, трамваи звенели на рельсах. Марко, привыкший к пыльным улицам Аддис-Абебы или тихим площадям итальянских городов, ощутил прилив энергии. Сердце билось чаще, глаза широко раскрылись, пытаясь охватить всё сразу. Это был не просто город — это был мир, полный движения и света. Улыбка невольно тронула его губы. «Это невозможно», — подумал он. Восторг переполнял его: вот он, человек из итальянской провинции и африканской колонии, находится посреди этого великолепия.

Автомобиль остановился у одного из перекрёстков в Манхэттене. Марко расплатился, вышел и решил пройтись пешком. Чемодан не был тяжёлым, а ноги сами несли его вперёд. Улицы казались бесконечными каньонами между стенами из бетона и стекла. Он шёл, задрав голову, и смотрел на верхушки небоскрёбов. В Абиссинии он видел просторы саванны и горы, но здесь высота была создана руками людей — дерзкая и вызывающая трепет. Каждый этаж, каждый отражённый в стекле луч света наполнял его уважением. «Сколько труда ушло на это», — мелькало в голове. Он представлял рабочих, поднимающихся всё выше, и это вызывало ощущение чуда.

Марко свернул на Бродвей, где огни реклам уже начинали зажигаться. Театры, магазины, рестораны манили. Запахи еды из закусочных и кофе долетали до него. Голод давал о себе знать, но он решил подождать. Деньги нужно было тратить с умом. У уличного продавца он купил газету, просто чтобы потренировать язык.

— Спасибо, — сказал Марко с запинкой.

Продавец кивнул, и Марко ощутил лёгкий прилив гордости. Английский, который он учил в Риме, теперь звучал здесь, в настоящей жизни. Это было странно — говорить с незнакомцем не на итальянском. Он почувствовал волнение в груди, как будто перешагнул границу. В Италии или Африке всё было знакомо, а здесь каждый разговор становился маленьким открытием.

Он остановил такси, поднял руку и произнёс адрес, который запомнил из инструкций:

— В Бруклин, Бенсонхёрст, пожалуйста.

Водитель, крепкий мужчина с короткой бородой, кивнул и тронулся. Марко сел на заднее сиденье и снова прильнул к окну. Пока машина ехала через мост, он смотрел на воду, на проходящие суда, на силуэт Манхэттена, который удалялся, но не исчезал. Бруклинский мост поразил его своей массивностью — конструкция, соединяющая районы, полная движения. В Италии мосты были древними, каменными, а этот казался воплощением силы и современности. Марко ощутил прилив вдохновения. Город не отпускал, каждое новое зрелище усиливало восторг.

В Бруклине улицы встретили его более спокойным ритмом жизни. Двух- и трёхэтажные дома из кирпича стояли ровными рядами, с небольшими садиками или крыльцами. Деревья вдоль тротуаров уже сбросили листья, но в воздухе ещё чувствовалась осень. Марко отпустил такси у нужного квартала и пошёл дальше пешком, ориентируясь по карте. Район Бенсонхёрст был полон итальянских лиц и вывесок. Магазины с пастой, сыром и хлебом напоминали родину, но с американским размахом. Это давало ощущение, что он не совсем один.

Он подошёл к дому на тихой улице и постучал в дверь. Открыла пожилая женщина в фартуке — хозяйка по имени Мария. Она выглядела усталой, но приветливой.

— Добрый день. Я ищу комнату. Я увидел объявление, что вы сдаёте жильё, — сказал Марко, стараясь произносить слова чётко.

Мария прищурилась, услышав акцент, и перешла на итальянский:

— Вы из наших? Заходите, посмотрим.

Она не спрашивала, откуда именно он приехал, и Марко был этому рад. Разговор шёл просто. Он объяснил, что ищет скромное жильё на первое время, показал документы, представившись коммерсантом. Мария провела его наверх, в небольшую квартиру на втором этаже. Две комнаты, кухня, ванная — всё простое, но чистое. Окна выходили на улицу, где играли дети. Марко осмотрел помещение: кровать, стол, шкаф, несколько стульев. Это подходило. Цена была семьдесят долларов в месяц. Он отсчитал деньги за две недели вперёд из конверта.

— Хорошо, синьор. Ключ у вас. Если что нужно — спрашивайте, — сказала Мария и оставила его одного.

Марко закрыл дверь и поставил чемодан на пол. Обустройство заняло немного времени. Он разложил рубашки в шкаф, документы спрятал в ящик стола, карту города положил на видное место. В ближайшей лавке купил хлеб, сыр, кофе и бутылку молока. Пока готовил лёгкий ужин на маленькой плите, мысли возвращались к увиденному. Нью-Йорк не отпускал. Те высотные башни, мост, толпы — всё это кружилось в голове. В Абиссинии дни проходили в жаре и пыли, а здесь был холодный, бодрящий воздух и энергия, которая наполняла. Он сидел за столом, жуя бутерброд, и улыбался. Восторг не утихал; он рос с каждой минутой.

После ужина Марко вышел на прогулку по району. Улицы освещались фонарями, из окон доносились голоса семей, запахи готовящегося ужина. Он прошёл мимо итальянского клуба, где мужчины громко разговаривали и смеялись. Кто-то кивнул ему, и Марко ответил кивком, не задерживаясь. Район казался уютным, с ощущением сообщества, но он держал дистанцию — легенда требовала осторожности.

Вернувшись в квартиру, он снова сел за стол. Марко думал о генерале Витторио, об Африке, которая теперь казалась далёким сном. Марко лёг на кровать, но сон не шёл сразу. Перед глазами мелькали улицы, толпы, небоскрёбы. Удивление перерастало в тихую радость.

Марко потушил свет и лёг. Первый день завершился, оставив после себя яркие воспоминания. Марко был уверен: этот город стоит того, чтобы в него влиться.

* * *

Марко проснулся рано утром в своей новой комнате в Бенсонхёрсте. Свет ноябрьского дня пробивался сквозь простые занавески, и он быстро поднялся, умылся холодной водой и надел чистую рубашку. Вчерашние впечатления от города ещё кружились в голове, но сегодня предстояло дело. Он достал из чемодана небольшой листок с адресом и именем — Джузеппе Феррари. Это был пожилой итальянец, который, по инструкциям из Рима, мог открыть нужные двери. Марко повторил про себя кодовую фразу: «Олива даёт плоды даже в чужой земле».

Он вышел на улицу, где воздух был свеж и немного морозен. Район уже оживал: женщины несли корзины с покупками, дети бежали в школу, а мужчины открывали лавки. Марко спросил у прохожего дорогу к нужному дому, используя простые английские слова и жесты. Мужчина махнул рукой и объяснил как смог. Марко кивнул и пошёл пешком.

Через двадцать минут он нашёл нужный адрес — скромный кирпичный дом с зелёными ставнями.