что сейчас будет задание. Схема отработана и уже вполне привычна: происходит социально значимое событие, Психо рожает инструкции, я выполняю, мне капают очки.

Ученик выбежал из зала, прижимая к животу останки собственной обуви, — на мой взгляд, достаточно значимо.

Мяч в очередной раз упал на пол. Задание не появилось.

— Психо, я жду.

[ Ожидание зафиксировано.]

— И?

[ Ожидание продолжается.]

— Ты выдал мне задания про урны, про сплоченный класс и про то, чтобы я разобрал чужой хлам на чужой лестнице. А тут молчишь.

[ Верно.]

— Почему?

Тишина.

Не такая, когда собеседник думает, что ответить, а та, когда он уже все сказал и пошел есть мороженку. Фисташковую. В шоколаде.

Я отнес мяч в тренерскую, убрал на место ворота, положил обратно вратарские перчатки и плюхнулся на скамейку.

Ладно. Разберемся сами.

У меня, между прочим, уже две эмоции. Целых две! Полноценных, с физиологическим каскадом и официальным подтверждением. НИИНС, если надо, выдаст справку.

То есть я уже почти нормальный.

А нормальные люди, насколько мне известно, живут без выдачи заданий сверху, а генерируют их сами по мере необходимости. После чего сами назначают себе награду и сами же ее потом не выплачивают.

Про такую механику Психо рассказывал мне еще в первую неделю. Тогда я отказался. Работать бесплатно казалось нерациональным.

Сейчас обстоятельства изменились. Раз система молчит, а событие произошло, значит, это один из тех случаев, когда нормальный человек выдает себе задание сам. Попробую быть нормальным.

— Психо, регистрируй самозадание.

[ Слушаю.]

— Задача: разобраться с ситуацией Кости Орлова. Критерий выполнения: к четвергу над ним никто не смеется. Срок: четверг, шестой урок. Награда… — я прикинул. — Награда на твое усмотрение.

[ Задание зарегистрировано. Критерий: определен носителем. Награда: ноль Очков Адекватности.]

— Щедро.

[ Самозадания оплачиваются из фонда носителя. Фонд пуст.]

Вот и пообщались. Зато формулировка получилась четкая, измеримая и с дедлайном. В любом отделе продаж меня бы похвалили.

Причина смеха установлена, способ исправления очевиден: поговорить с весельчаками до четверга, они извинятся, и инцидент исчерпан. План на два разговора и десять минут. Считай, дело в шляпе.

Четвертый урок мне выдали в лице 7Б.

С этими, в отличие от своего десятого, я шел по обычной программе. Разминка, общеразвивающие упражнения, а дальше по календарному плану у нас низкий старт, потому что скоро сдавать норматив на тридцать метров.

Семиклассники к низкому старту относились как к личному оскорблению.

— Роман Дмитриевич, а зачем нам вообще так бегать? Все же нормально бегают.

— Затем, что из положения стоя ты первые метры разгоняешься. А из низкого старта выталкиваешься. Разница на тридцати метрах — примерно полсекунды.

— Полсекунды — это ерунда.

— Скажи это тому, кто прибежит вторым.

Аргумент подействовал. Но ненадолго. Потом класс снова начал шуметь, и шумел до того момента, пока я не замолчал и не нахмурился. Этот прием я освоил на прошлой неделе, и иногда он все-таки работал. Тишина устанавливалась не сразу, зато надолго.

Дальше пошла отработка. Двадцать шесть человек по очереди укладывали ладони за линию, ставили толчковую ногу, выводили таз вверх на «Внимание» и стартовали. Справлялись до сих пор не все. Кто-то срывался с места на «Внимание», кое-кто падал лицом в пол после «На старт», а некоторые начинали бежать до того, как я договорю.

— Кузнецов, ты стартовал до команды.

— Нет, я услышал команду!

— Ты услышал первую букву. Их там чуть больше.

— А если я быстро соображаю?

— Тогда на соревнованиях ты быстро сообразишь фальстарт. Обратно в конец.

Кузнецов ушел в конец очереди, оскорбленный до глубины души, а через полминуты уже хохотал над тем, как навернулся Смирнов. В этом возрасте обида живет меньше, чем пена на газировке. Только что вот этот конкретный экземпляр едва не плакал из-за «нечестного» замечания, а вот он уже смеется, потому что одноклассник проехался животом по паркету. В школе в том числе учатся управлять эмоциями. И я тоже учусь.

Я стоял у линии, командовал «На старт» и поймал себя на том, что третий раз за урок смотрю на часы над дверью. Стрелки шевелились с пенсионерской ленцой.

Звонок застал 7Б в положении «Внимание». Класс распрямился и унесся в раздевалку, забыв про норматив, фальстарт и про меня. Счастливые люди.

На перемене я собрался в методический кабинет.

Хочешь не хочешь, а идеально следовать плану урока невозможно. Постоянно приходится решать какие-то детские проблемы. То кто-то ногу подвернул, то рука в рукаве застряла, то вообще драку разнимаешь. А таких пунктов в программе нет. В итоге приходится корректировать все на ходу, а потом журнал не соответствует Очень Важным Бумажкам. Кто-то, может, и забил бы, но не я.

Я прошел мимо запертой двери в свое новое жилище, миновал администрацию, свернул на лестницу и хотел уже подняться на второй этаж, как замер с занесенной над ступенькой ногой.

Вдоль стены, возле выхода во внутренний двор, штабелями в два ряда стояли коробки. Обычные, картонные, с логотипом канцелярской фирмы и с белыми пластиковыми стяжками. Я видел их уже неоднократно, в том числе сегодня с утра, и не обращал никакого внимания. Мало ли что где стоит. В школе постоянно что-нибудь стоит: то стремянка, то ведра, то стенд «Наши достижения» с подрисованными усами на фотографиях. За всем не уследишь.

Но теперь я заметил. Потому что сегодня в приемной прозвучала фраза «двадцать коробок привезли в пятницу и свалили». И потому что у меня с недавних пор новая стратегия. Делать, а не говорить. И делать тоже нужно по делу.

Я подошел и взялся за верхнюю коробку. Та поддалась неохотно, как чемодан с гантелями. Килограммов десять, а то и больше. Двадцать штук. Перемена — десять минут, и две из них уже прошли. И главное, я понятия не имел, куда эту бумагу вообще нести. В приемную? На склад? Есть ли вообще в школе склад?

В одиночку задача не решалась ни по времени, ни по логике вещей.

Позвать, что ли, Кирилла и Аркадия Борисовича? Так химик, скорей всего, и одну коробку не утащит, а информатику оно в принципе нафиг не нужно. Он, в отличие от меня, с администрацией отношения не портил.

К счастью, у меня имелся отработанный метод, проверенный на «Аляске» и на субботнике, и давший отличные результаты без каких-либо серьезных побочных эффектов. Тут же целая школа волонтеров. Даже если они об этом еще не знают.