Откинул голову на подушку. Что я делаю? Что за глупые вопросы? Что она еще может делать в это время? Но телефон моргнул.

Мира:

Привет. Нет.

Руки задрожали: она мне ответила, и она не спит.

Роберт:

Поговорим?

Мира:

Я… не могу. Прости, но не знаю, что сказать.

Больше она ничего не написала, хотя я послал ей еще три сообщения. Кошмар. Когда мы ушли от Тома, всю дорогу до дома она молчала, и, не отрываясь, смотрела в боковое окно; я видел только ее пылающие щеки. Все запуталось настолько сильно, что, кажется, не видно конца и края. Ладно, нужно завтра найти ее после учебы, поговорить с ней. Извиниться, если потребуется. Сделать все, только бы она не молчала.

Вдруг я понял одну простую, но важную вещь: мое сердце открывается ей.

Я ждал Миру на крыльце университета. Боялся ее пропустить, поэтому оставил машину на парковке, а сам поднялся на крыльцо. Прозвенел звонок, и через минуту пустой холл зашумел, зажужжал голосами студентов, закончивших учебу. Мелькали сосредоточенные, веселые, хмурые и смеющиеся лица. Миры среди них не было.

Чтобы не выглядеть в собственных глазах паникером, дал ей тридцать минут, прежде чем позвонить. Может, она обсуждает с преподавателем домашнюю работу или зашла перекусить в столовую, спустилась в библиотеку. Но она не появилась. Так. Мира не знает, что я приехал и жду, так что вряд ли она избегает меня… А вдруг что-нибудь случилось? Вдруг она ногу сломала и лежит на полу на четвертом этаже? Или замок в туалете заклинило, и она не может выйти оттуда? Не знаю, что со мной произошло, но предчувствие было не очень, поэтому я быстро выудил телефон из кармана и набрал ее номер. Она не отвечала. Набрал ей еще раз. Результат прежний. Оглядев холл, стал думать, что бы предпринять, стараясь не поддаваться нарастающей панике, когда заметил Лену, спускающуюся с лестницы.

– Ты не видела Миру? – я подлетел к ней, и Лена вздрогнула от неожиданности. – Прости, что напугал…

– О, привет, – она быстро пришла в себя: – Нет. Ее не было на лекциях, – она чуть прикусила губу и призывно улыбнулась.

Я нахмурился. Почему она пропустила учебу? На Миру это не похоже. Несмотря на то, что иногда она ничего не делает на занятиях, ходит на них исправно. Это странно… и неправильно.

– Ладно. Наверное, она себя плохо чувствует, поеду в общежитие. Тебя подвезти?

Лена снова улыбнулась и сделала шаг в мою сторону, накручивая волосы на палец. Это выглядело… провокационно? Но потом я подумал, а не у нее ли Мира подсмотрела? Я вспомнил, как она делала то же самое, но очень неумело и смешно. Сердце сжалось от воспоминания о нашем походе, о том, как забавно нарядилась Мира, о ее стертых в кровь ногах и о том, как мы ночевали вместе… после Эребру она больше не пыталась изображать из себя топового визажиста и выливать на себя тонну косметики, да и одежду сменила на нормальную

– Ее нет в общежитии, – промурлыкала Лена. – Мы думали, она с тобой, вы же уехали вместе, – она придвинулась ближе. – А когда вернулись ночью, никого в комнате не было, – протянула руку и дотронулась до моего плеча, – странно, что ты не знаешь.

Знакомое чувство. Слишком хорошо знакомое. Ярость. Она захлестнула меня, и кровь быстрее понеслась по венам. Перед глазами запрыгали красные точки, а кулак стал сжиматься сам по себе. Захотелось схватить Лену и трясти ее до тех пор, пока она не расскажет все.

– Во сколько вы пришли домой? – мой голос звенел от напряжения. Где, черт возьми, Мира? Господи. Я в самом деле не могу. Я не могу с ней общаться, не могу выносить ее рядом, потому что, как только я думаю, что она становится нормальной, как только мы становимся чуть ближе, с ней вечно что-то случается.

Лена пожала плечами:

– В районе трех.

Она написала мне одно сообщение как раз в это время, а потом пропала. Мне стало нехорошо. Только бы все было в порядке.

– Ее вещи на месте? – вопрос был резковат, но мне было плевать.

– Что? Да, куда они денутся.

Я почувствовал облегчение. Уже неплохо. Зная Миру, легко можно предположить, что она на полпути в Москву. Но если вещи здесь…

– Ладно, спасибо, – крикнул я, бегом направляясь к машине и не обращая внимания на то, что говорила мне Лена.

– Думай, думай, – повторял я, не зная, что предпринять. Вспомнил про Эрика и решил позвонить ему. Не отвечает. Номеров Магнуса и Свена у меня не было. Набрал еще раз. Снова тишина. Выругался и бросил телефон на пассажирское сиденье.

Мне нужно ее найти.

Вырулив на дорогу, я, сам того не замечая, поехал в центр города: мне необходимо было чем-то себя занять. Я кружил по улицам, не обращая внимания на деревья с набухшими почками, на солнце, отражающееся в начищенных оконных стеклах, на детский смех на площадках с качелями. В моей голове стучала только одна мысль: Мира. Мира. Мира.

Раздался звонок. Том. Меньше всего я хотел с ним разговаривать, но по инерции нажал на кнопку «Ответить».

– Слушай я не в настроении болтать, – прорычал я, – поэтому говори быстро, что хотел.

– Оу, да ты не просто не в настроении, ты взбешен, – хохотнул Том. А я скрипнул зубами.

– Заканчивай с анализом, просто излагай, – как же меня бесил Том со своим непрекращающимся весельем.

– Я просто хотел напомнить тебе про наши договоренности.

– Это еще какие?

– Что если у вас с Мирой наступит усталость друг от друга, ты дашь мне знать.

– Что? – не понял я.

– Помнишь наш разговор тогда в автобусе, что я не против провести с ней время, когда вы решите развлечься?

Перед глазами красные точки. Снова.

– Что ты несешь? – я цедил каждую букву, сохраняя остатки здравого смысла.

– Ну я видел их с Эриком сегодня утром, они вышли из отеля и направились вверх по Варендорфсгатан. Выглядели они при этом очень… интимно. И я подумал, что вы снова воспользовались вашими правилами.

Красное марево. Секунда. Другая. Еще одна.

– У тебя есть Лера, – бросил я наконец и добавил: – А Миру ты не получишь. Никогда.

Я тер глаза, моргал, пытаясь снова окрасить мир в нормальный цвет и избавиться от красного. Дыхание было рваным и коротким, но я заставлял себя успокоиться. Мире не жить. И Эрику. Точнее, только Эрику, Мира пусть живет, я хочу услышать ее объяснения: что она делала