— Аяна — прежде всего моя жена, — сказал негромко, но твёрдо. — Да, она ушла из Рода, чтобы поддержать Японию в самый трудный момент. Потому что эта земля для неё — родина. Только сделала она это не ради трона и не ради власти. А ради того, чтобы каждый из вас не сломался! Чтобы у каждого находился смысл держаться до конца, пока мы все вместе не победим! А что сделали вы…?

Я чуть склонил голову, разглядывая хмурые лица.

— Вам не стыдно, гордые сыны и дочери своей империи?

Несколько человек напряглись сильнее.

— Не стыдно смотреть в глаза своей молодой императрице? — задал я ещё один вопрос. — В глаза своим союзникам?

Шагнул ближе, идя к самому центру.

— Какого мира вы пытались добиться? Мира, где спокойствие сохраняется только у вас, в Японии, а остальные за вас умирают?

Я с презрением повёл плечом:

— Думали, что если жените Аяну на каком-нибудь удобном принце, объединитесь с выгодной страной, то всё — автоматическая победа над Китайской империей⁇! — я поморщился. — Дебилы.

Встав в центре, снова окинул их взглядом.

— Война не заканчивается тогда, когда вы предаёте самых близких людей! — произнёс я жёстко. — Она заканчивается, когда мы все сплачиваемся и становимся единым массивом перед общим врагом! Когда перед врагом выстраивается монолитная стена, где каждый камень поддерживает соседний, а не выдирает его ради собственной выгоды! Так и скажите мне, все, кто сейчас здесь сидит. Каждый из вас. Где я не прав в том, что, вернувшись, решил забрать свою жену⁇!

В зале всё так же все молчали.

— Пока мы действовали, вы, трусы, сидели и ждали, перекладывая всё на неё, надеясь, что один её политический брак развяжет вам руки и решит ваши проблемы! У каждого из вас есть жена или муж, — продолжил я. — Представьте: вы возвращаетесь однажды с войны и узнаёте, что вашего супруга вынуждают выйти за другого, «ради империи». Хотел бы кто-нибудь из вас оказаться на моём месте?

По их взглядам было видно — смысл моих слов дошёл. Они крепко задумались.

Все сидели молча, уткнувшись в стол, словно ожидали, что ответ появится на его поверхности.

— Я задам вам всего один вопрос: для чего вам нужна императрица на троне?

В ответ снова была тишина. Тогда я продолжил:

— Для того, чтобы использовать вашу гордость, ваше самое ценное наследие, как разменную монету⁇! Или для того, чтобы следовать за ней до самого конца, как и подобает великим и гордым сынам и дочерям своей империи⁇! Кто вы, сыны и дочери империи⁇! Жалкие трусы, прячущиеся за красивым словом «политика» и гребущие одеяло под себя⁇! Или великие воины и воительницы, которые, шагая рядом со своей императрицей по полю боя, шаг за шагом, след в след, готовы разменять свою жизнь на её, лишь бы она вела вашу великую страну вперёд⁇!

Глава 23

Старики, которых не исправишь

От автора: чуть коротковато получилось, но хоть смог вернуться в нормальный график. Дальше главы будут нормальными по размеру.

* * *

Замолчав, я посмотрел на лица собравшихся.

На них читалась задумчивость, но совсем не та, которую я хотел увидеть. Уверен, смысл моих слов до них дошёл. Вот только не стоит забывать одну простую вещь: насколько бы сильным я ни стал и даже после получения титула императора Российской империи, для многих вокруг я всё равно остаюсь юнцом.

Уважаемым, опасным, тем, кому не решаются возражать из-за силы и титула, но всё же юнцом.

Поэтому моя речь вряд ли возымела нужный эффект на таких людей, как они. Каждый из присутствующих считает себя умнее другого. Все они готовы слушать. Но не слышать.

— Вам нечего сказать? — первой заговорила твёрдо Аяна.

Я перевёл на неё взгляд и увидел, что у неё в глазах читается вина. Теперь она понимает, что, даже став императрицей Японской империи, даже поднявшись на новый ранг и получив огромную силу, она не смогла правильно направить свою империю.

Но не потому, что слабая.

А потому, что ей и не дали бы этого сделать. Эти идиоты сами себе на уме, и они могут сколько угодно быть верными императрице, а также выполнять её приказы, но всё равно будут считать, что она всё ещё слишком юна, сколько бы Аяна себя ни проявила.

— Раз от нас ждут ответа, — заговорил один из глав Родов, довольно старый мужчина с седыми волосами и сухим лицом, — надеюсь, молодой император Российской империи не станет возражать, если мы начнём говорить прямо?

Я спокойно кивнул.

— Именно этого от вас и жду.

Старик медленно склонил голову, а затем снова выпрямился.

— Что ж, если так… При всём уважении к вам, как лидер и глава Рода, вы невероятно сильны. Мы уже успели в этом убедиться. Каким вы станете императором, нам пока неизвестно. Но не стоит забывать, что практически каждый из нас прожил долгую жизнь, и пылкие речи мы слышали столько раз, что давно перестали считать. И с вами, как с императором Российской империи, нам бы хотелось вести диалог более по-деловому, а не через попытки надавить на нас через верность.

Я заметил, как некоторые главы Родов начали удивлённо переглядываться.

Что ж, это уже радует. Значит, не все с ним согласны. И, как я и предполагал, здесь всё же находятся ещё не до конца зачерствевшие чурбаны…

— Прожили жизнь, значит, — спокойно произнёс я.

Старик снова чуть склонил голову.

— Не сочтите за грубость, молодой император. Я ни в коем разе не хотел оскорбить вас намёком на возможную неопытность. Просто говорю о том, что мы готовы вас слушать. Что же касается молодой императрицы…

Он низко поклонился Аяне.

— Мы очень ценим её. И именно поэтому не хотели, чтобы она тосковала в одиночестве. Вы пропали, не сказав ни слова. Да, российское правительство выдвинуло версию о том, что вы ушли, чтобы стать сильнее. Однако, при всём уважении к вам, оставить свой народ на столь длительный срок… Позволяя людям умирать вместо того, чтобы сплотить их вокруг себя… Всё это отнюдь не говорит о вас как о человеке, способном брать ответственность в свои руки. Поэтому каждый из нас понимал заранее: раз вы поступаете так, то молодой императрице лучше находиться рядом с тем, кто не покинет её и будет рядом. С тем, кто сможет поддержать её здесь и сейчас.

Старик вновь склонил голову передо мной.

— Ещё раз прошу прощения, если мои слова прозвучали слишком резко.

На лицах