Все в порядке, нигде она не потерялась! К ней вернулись цвета нижнего мира, глаза снова стали карими, а кожа – загорелой, с красноватым отливом. А вот рубашка была новая, слишком большая и ярко-рыжая, а в туго заплетенных косичках прибавилось бусин.

– Пока нельзя отключать. – Хиша воткнула трубку обратно, и писк прекратился. Красные лампочки на шкафу мигнули несколько раз и сменились зелеными. – Хорошо, что ты проснулся, но еще часа два потерпи. Нивер так сказал.

Она что же, решила теперь во всем слушаться взрослых? Риз хотел спросить об этом, но закашлялся. Ледяная боль царапнула сердце. Неужели опять? Стужа и тяжесть, как в первые дни, как в кошмарах? Он качнул ногой, вскинул руку. Нет, все в порядке! Просто слабость, ерунда.

Хиша взобралась на высокую лежанку, села рядом с Ризом. Он глубоко вздохнул и снова попытался заговорить – на этот раз получилось:

– Давно мы едем?

– Выехали утром, – ответила Хиша. – А сейчас уже день. Ты помнишь, как мы были у Граха? Ты там просыпался, но ненадолго.

Риз нахмурился, попытался прогнать обрывки кошмара. В памяти всплыли голоса, шаги, треск огня. Но больше ничего ухватить не получалось.

– Помню, как мы прыгнули, – сказал он. – У меня ведь получилось? Мы нигде не задержались?

Хиша кивнула и начала рассказывать.

Да, пролетели почти без остановки сквозь все миры, они мелькали цветными вспышками. Упали возле базы, там, где растет старая фта: она не пережила бурю, листья почернели. Но только оказались на земле, и Ризу стало плохо. Так же плохо, как было наверху самой Хише, нет, еще хуже. Из убежища выбежал Креж: выглядел испуганным и все повторял, что нельзя так делать, можно умереть, если спускаться так быстро. Когда буря стихла, появились и остальные взрослые. Грах объяснил, что при симбиозе отдавать силу недостаточно, надо лечить обычными лекарствами. Нивер сказал отнести Риза в медотсек. Грах связался с Главной Базой, выяснил про Кову: она в детском приюте. Туда все сейчас и едут, шаман хочет на нее посмотреть, узнать, не сделала ли Варма ей чего-то плохого. Но сначала отправились к Граху, там и ночевали.

– Жалко, что ты ничего не запомнил, – сказала Хиша. – Тебе бы понравился этот дом. Большой, весь бревенчатый, там у Граха несколько духов. Они все приходили знакомиться. А утром мы поехали дальше, тут недалеко, засветло доберемся.

Риз слушал и пытался понять, сколько же времени прошло. День и ночь или даже два дня? Ужасно долго! Странно, что Хиша не упоминает про возвращение, ничего не говорит про Молнию, оставшуюся на ветвях каменного дерева. Будто всего этого не было вовсе.

– Злишься на меня? – спросил Риз.

Хиша не ответила.

Ну и ладно. Он прислонился к стене, и дремота тут же обступила со всех сторон, мягко надавила на веки и заставила закрыть глаза. Вездеход мерно покачивался, мотор гудел, стучали шестеренки и поршни.

– Уже не злюсь, – проговорила Хиша и взяла Риза за руку. Золотое тепло обвило пальцы, проникло под кожу. – Но мы поступили плохо. Так нельзя.

– Ничего. – Собственный голос Риз услышал издалека, сквозь пелену сна. – Скоро вернемся наверх, мы же обещали.

Край пустыни!

Риз ухватился за перила, подался вперед. Внизу, у стен приюта, раскинулся сад, и росла там не только корявая фта, но и тонкие деревца. Ветер гнул их, выворачивал ветви и шелестел рыжей листвой. Над оградой переливался защитный купол, а дальше простиралась дикая земля – но не пустыня! На рисунках в учебнике таких мест не было, и о них никто не рассказывал, ни Креж-наставник, ни другие учителя.

Риз жадно вглядывался в неизведанный простор, пытался все запомнить. То тут, то там проглядывали темные спины валунов, а вокруг колыхалась трава. Она тянулась до самого горизонта, качалась волнами, багряные полосы сменялись алыми. Сколько оттенков красного! Но небо было голубым: Риз видел это даже сквозь мерцающий купол. Почему так?

Разве не должно все окрашиваться одним цветом, как в других мирах?

– Проехать километров пятьдесят, и излучение совсем ослабнет, – сказал Куго. Он стоял рядом с Ризом на крыше детского приюта, смотрел вдаль. – Там уже защита не нужна.

Хиша ведь тоже говорила, что в нижнем мире есть не только каменная пустыня с горами, но и рощи, реки, море и даже города. О городах Риз, конечно, слышал и прежде, но в легендах и дворцовых книгах огромные селения встречались лишь во втором и третьем мирах. Остальные считались дикими, что уж говорить про кошмарный нижний мир! Креж-наставник его иначе как плавильным котлом и не называл.

– Я оттуда приехал. – Куго все еще смотрел на горизонт, будто пытался разглядеть свою родину. – Вырос в Озерном и учился там.

– Это город? – спросил Риз. – Большой? Как Главная База?

– Гораздо больше, – отозвался Куго. – Он стоит на реке, а дальше озеро, отсюда и название. Вокруг много деревень, а в самом городе заводы и университет.

Надо же, как Куго разговорился, совсем на него не похоже! Наверное, скучает по дому.

– А почему уехал?

– Потому что… – начал Куго и замолчал.

Глупый вопрос, не стоило спрашивать! Опасность, поиски, сокровища и новые знания – разве не для этого искатели покидают Дворец? Разве сам Риз не мечтал стать одним из них, разве не хотел изучить самые дальние уголки нижнего мира? Собрался уже сказать об этом, но тут Куго заговорил:

– В университете только теория. Там невозможно провести полноценный эксперимент с излучением.

Вот как. Но ведь если поток достигнет верхнего мира, если будет двигаться непрерывно, как когда-то…

Может, и стоило помолчать, но Риз не сдержался.

– Если у нас все получится, – сказал он, – излучение исчезнет. Что же ты будешь исследовать?

– Уверен, без работы не останусь, – улыбнулся Куго. – Мир изменится, и его нужно будет изучать заново. Сейчас главное, чтобы База дала допуск на продолжение эксперимента.

Значит, могут и запретить! Риз заподозрил это еще в пути, когда ему наконец-то разрешили выдернуть трубки и выйти из медотсека. Нивер тогда мрачно смотрел в окно, не отвечал на расспросы и то и дело надевал наушники, крутил ручку настройки и вызывал Базу или Граха. Из их обрывочных разговоров Риз ничего не понял. Куго делал вид, что очень занят, хотя сам просто листал свои растрепанные блокноты и следил, не сбился ли вездеход с курса.

Когда приехали в приют, ничего не прояснилось. Грах уже ждал во дворе и тут же сказал Хише: «Пойдем посмотрим, как твоя подруга. Но духов оставим тут, а то исказят энергетический фон». Риз обиделся, начал спорить, но Хиша взглянула на него и бросила: