ты? Твоя семья? Те недели на ранчо каждое лето— одни из лучших дней в моей жизни.

Ее глаза слезятся, и она лихорадочно моргает, обхватив мои ладони своими.

— Но сегодня лучше, да?

Ее глаза так искренне ищут мои, синие на синем. Все, что я могу выдавить из себя, — это грустная улыбка. Сегодня должен быть самый счастливый день в моей жизни, но это не так, и я не хочу ей лгать.

Я открываю губы, даже не зная, что скажу, но мой телефон загорается и громко звенит на туалетном столике перед нами. Спасена звонком.

Опустив ее взгляд, я тянусь за телефоном, радуясь, что у меня есть выход. Это сообщение от «Частного номера», и когда я нажимаю на него, единственное прикрепленное сообщение: «Подумал, что тебе стоит это увидеть».

Под ним видео. С изображением предварительного просмотра, которое поразительно знакомо.

Я нажимаю кнопку воспроизведения.

— Какого черта? — Рука Вайолет ложится мне на колено, когда она наклоняется вперед, чтобы лучше видеть экран.

Экран загорается зернистым видео. Громкая музыка громко бьет. И то, что происходит спереди и в центре, должно расстроить меня. В конце концов, то, что выглядит знакомым, — это мой жених, одетый в ту же рубашку-поло, которую он носил в ночь своего мальчишника.

— Вайолет, можешь сходить за Стерлингом для меня, пожалуйста?

Я должна быть опустошена. Но все, о чем я могу думать, наблюдая, как голая женщина скачет на члене Стерлинга, это то, что мне не придется жевать свою собственную конечность.

Глава 3

Джаспер

Джаспер: Вай, ты слышала что-нибудь от Харви? Я еще не видел его или Бо.

Вайолет: Нет. Но здесь все просто пошло к чертям.

Джаспер: Что не так?

Вайолет: Стерлинг Вудкок — кусок дерьма. Вот что.

Джаспер: Что, черт возьми, он с ней сделал?

— Кто вообще придумал галстуки? — вырывается Кейд рядом со мной. — Они чертовски неудобные.

Он старший из мальчиков Итона, самый ворчливый и один из моих самых преданных сторонников.

— Ты тоже выглядишь в нем нелепо.

Ретт смеется, покачивая головой, вечно изводя своего старшего брата. Но именно среднего брата, Бо, с которым я близок, я действительно ищу. Тот факт, что его еще нет, заставляет меня нервничать.

Он пытался попросить время, чтобы подготовиться к свадьбе.

Он должен провести несколько недель дома, прежде чем отправится обратно. Но он еще не появился, и наш папа, Харви, тоже.

— Иди на хер, Фабио, — взволнованно отвечает Кейд, теребя галстук на шее.

Высмеивать длинные волосы Ретта — это не новость. Я наблюдаю за этим обменом мнениями уже много лет.

— Где девочки? — спрашиваю я, пытаясь направить их обоих в нужное русло. Играет арфистка. Люди толпятся перед внушительной церковью. На улице серо, холодно и уныло.

И все, чего мне хочется, — это убежать.

— Если ты назовешь Уиллу девчонкой, она тебя кастрирует, — ворчит Кейд, срывая галстук и засовывая его в карман пиджака.

— Она тебя кастрирует за то, что ты не надел галстук, который она выбрала. — Ретт усмехается.

— Она смирится с этим, когда я позже свяжу ее этим.

Кейд осматривает входные двери церкви — его радар идеально отточен, — пока Уилла толкает дверь, защищая рукой свой маленький бугорок.

Ее глаза ищут Кейда в море людей. Она мягко улыбается, когда они на него натыкаются, но улыбка быстро ускользает.

Затем Саммер, ее лучшая подруга и невеста Ретта, тоже там. Они движутся к нам, и обе выглядят немного огорченными.

— Это был настоящий перерыв в туалете, — объявляет Ретт, когда они подходят достаточно близко, чтобы услышать нас.

Саммер прижимается к его руке, а Уилла смотрит на нас с настороженным выражением.

— Что не так? — спрашиваю я, перебегая взглядом с одной женщины на другую.

Потому что я чувствую, что что-то происходит, и они этого не говорят.

— Уилла — любопытная маленькая подслушивательница, — говорит Саммер. — Вот что не так.

— Заткнись, Сам. Это не подслушивание, когда ты слышишь, как кто-то кричит с другой стороны закрытой двери.

— Я думаю, технически это все еще можно назвать подслушиванием, — говорит Кейд, притягивая Уиллу к себе.

Мой мозг застрял на одном слове.

— Извините. Кто это кричит?

Губы Саммер сжимаются, темные глаза широко распахиваются и становятся обеспокоенными.

— Похоже, у жениха и невесты разногласия. А у жениха нет регулировки громкости.

— Он скользкий маленький придурок, — просто добавляет Уилла. — Я могу сказать, просто взглянув на него.

Прежде чем кто-либо скажет что-либо еще, я вхожу в тяжелую дверь, проверяя слева и справа, чтобы сориентироваться, и выбираю коридор, из которого, кажется, выходит несколько дверей. Я делаю большие шаги в том направлении, пока не слышу повышенный голос.

Вайолет стоит за дверью, превосходно имитируя оленя в свете фар, а ее массивный муж, Коул, возвышается позади нее, словно готов кого-то убить. Он всегда так выглядит.

— Ты опозоришься больше, чем я, — ругательный тон Стерлинга доносится до моих ушей с другой стороны двери.

Я смотрю на Вайолет и ее мужа. Его губы плоские, и он наклоняет голову на меня, как будто говоря: «Ты пойдешь туда или я?»

Я бы с радостью позволил ему поставить Стерлинга на место. Но я был бы еще рад сделать это сам.

— Ты шутишь? — в голосе Слоан звучит недоверие. — Ты трахаешь стриптизершу за ночь до нашей свадьбы, а я смущаюсь?

Другие люди в церкви, похоже, смотрят — слушают— поэтому я открываю дверь в водоворот, который происходит. Слоан нужна поддержка. И она должна знать, что все сейчас посвящены в свое грязное белье.

По крайней мере, я говорю себе, что именно поэтому я вхожу в эту комнату без предупреждения. Это не имеет никакого отношения к тому факту, что Стерлинг заставляет меня краснеть.

— Это был мой мальчишник! Последнее ура!

Я замечаю спину Стерлинга, его широко раскинутые руки, когда Слоан сидит на изящном старинном табурете, выглядя невероятно маленькой, пока он стоит над ней, крича на нее.

Меня охватывает чувство защиты.

— Уйди и заткнись! — кричу я, хлопая дверью за собой. — Все там тебя слышат.

Стерлинг разворачивается ко мне, сузив глаза и изрыгая яд.

— Отвали, Жерве. Мне не нужны советы тупого спортсмена. Это между моей женой и мной.

Я скрещиваю руки и стою на своем. Я официально перестал быть любезным со Стерлингом Вудкоком.

— Она не твоя жена. И я никуда не уйду.

Он не такой высокий, как я, и единственная причина, по которой он соперничает со мной по весу, заключается в том, что он немного толстоват в талии. Мягкий, будто