им дары показать ваше дружелюбие.

– Прекрасная мысль, – говорит Ом. – Хотя нам дарить особо нечего. Как насчет ореховых лепешек, которые вам так нравятся?

В результате они оставляют три ореховые лепешки, аккуратно выложенные на разноцветный шарф, а также нитку бус, небольшой стеклянный нож и фляжку. Они отправляются в путь, продолжая собирать образцы, записывая всевозможные наблюдения и беспрерывно обсуждая свои открытия. Артур, Каузи, Хаус и Снежка не теряют бдительности, держа оружие наготове. Порой лук у Каузи в руке дрожит.

Они проходят около километра без происшествий, минуя небольшие рощицы бамбука – некоторые круглые, другие нет. Один отдельно стоящий ствол окружил себя кольцами ярких цветов, создающими круговую радугу, в отличие от обычных пастельных, разбросанных нерегулярно. Это невероятно красиво.

«Стивленд, это искусство?» – запрашивает меня Мерло.

«Явно. Это – цивилизация бамбука». Мои надежды оправдались.

Эрнст снимает это под всеми углами.

– Почему мы не видим такого в городе? – спрашивает Зайвон.

– Возможно, это спорт, – отвечает Мерло. – Такая мутация.

Снежка и Артур переглядываются с едва заметными улыбками.

Я пытаюсь понять значение увиденного. Это может быть состязание. Или сигнал – только не нам: такую картину пришлось бы создавать слишком долго. Эти бамбуки хорошо питаются – видимо, благодаря своим животным-служителям.

Группа продолжает двигаться по вытоптанной тропе, пока сразу за поворотом путь не преграждает упавшее дерево. Артур подбегает к нему и говорит, рассматривая:

– Листья не увяли. Упало только что. Каузи, я пойду посмотреть на комель, чтобы понять причину.

– Нет, я иду. Я быть-я быстрый.

– Ладно. Я тебя подстрахую.

Он поднимает лук с наложенной стрелой, а Каузи скачет через кусты к пню.

– Что видишь?

Кусты, деревья. Птица. Еще одна птица убегает. И тут, где оно сломалось и упало. Дерево срубили. Я вижу следы.

– Назад, немедленно! Быстрее! Это засада.

В Доме собраний воцаряется тишина.

– В какую сторону идти? – спрашивает Хаус.

– Неважно, – отвечает Артур. – Готовьтесь встречать новых друзей.

– Давайте отойдем от дерева, – предлагает Хаус. – Чтобы было место для маневра. Всем держаться вместе.

Последний приказ излишен. Все переглядываются, осматриваются вокруг, сбиваются в тесную группу. Каузи прыжком выскакивает на тропу и приземляется рядом с Артуром.

Ом выходит вперед:

– Предположим, что они придут отсюда. Инициатива на мне.

Он едва успевает занять место, когда через тропу пробегает стекловар. Эрнст замораживает изображение и пересылает всем: некрупный основной с копьем в руке. Зайвон начинает его описывать, но Каузи уже сделал несколько выводов:

– Не иметь-он даже накидки. Одно маленькое копье. Беден. Но да, стекловар.

Царицы начинают совещаться, поманив к себе Хосе.

– Я вижу пятерых, – говорит Хаус, тут же уточняя: – Шестерых. – Он регулирует свои очки. – Маскируются.

– Я их чую, – сообщает Каузи. – Спрашивают, что видят. Я им посылаю привет.

– Это подействует только в том случае, – ворчит Зайвон, – если все стекловары используют одинаковые запахи.

Артур знаком призывает Зайвона замолчать и подается вперед, прислушиваясь. Скрипы и свистки стекловского языка не узнать нельзя. Но самого языка я не понимаю.

Используя знаки, Артур спрашивает у Каузи, что он услышал.

Каузи сигналит «нет»: он тоже их не понимает. В Доме собраний я спрашиваю мнение цариц.

– Отдельные слова, возможно, – говорит Гроза. – Как языки землян и человеков, быть-они разные.

Хаус молча запрашивает сеть. Та отвечает, что в основном язык находится за пределами известного словаря стекловского, хотя паттерны сходны.

Артур знаками просит Каузи пыхнуть запах, означающий «хорошо».

Вскоре Мерло отмечает запахи гераниола и нерола – цветочные ароматы, означающие «хорошо» и «радость».

Это внушает оптимизм. Коммуникация может стать первым шагом к мирным отношениям. Если предположить, как сказал Зайвон, что все стекловары используют одинаковые запахи.

Во время той давней войны между стекловарами и городом я использовал запахи, чтобы управлять выступавшими против нас стекловарами. Конечно, любой бамбук, любое растение, может испускать запахи, и нам, бамбукам, да и всем растениям, нравится управлять животными по мере возможности. Или необходимости.

У меня есть время для всех этих мыслей, потому что ничего не происходит. Исследовательская группа выжидает. Стекловары болтают, но ничего не предпринимают. Царицы в Доме собраний наблюдают, пыхая «осторожно».

И тут один из стекловаров, устроившихся перед исследователями, издает сложный крик, заканчивающийся щелчком, как от ломающейся ветки дерева. Мне это напоминает этилен, опасность.

– Они что-то прокричали, – говорит Артур. – Попросили помощи. Наверняка.

– Я слышу вопросы. Они быть-они не уверены.

– Что, если мы просто этих убьем? – предлагает Хаус. – Мысль для обсуждения. Просто как вариант.

– Сколько их всего? – отвечает Артур. – Ты видишь еще кого-то из них?

Хаус качает головой. Он все это время наблюдал за окрестностями и продолжает это делать. Издалека кто-то из стекловаров откликается щелканьем и жужжанием: для нас это бессмысленный набор звуков, но не для них. Они что-то готовят – и поблизости их еще сколько-то.

Ом внимательно за всем наблюдал, но ничего не предпринимал. Теперь он вызывает пилота:

– У тебя есть наши координаты. Лети сюда. – Он демонстрирует разумное руководство. – Сколько на это уйдет?

– Не меньше пятнадцати минут для подготовки и прогрева.

– Уложись в половину.

Люди могут умереть меньше чем за минуту.

– Подходят еще, – объявляет Хаус.

Через его очки пока ничего не видно, но тихое далекое шуршание говорит о приближении крупных животных.

– Надо, чтобы они были сбиты с толку насчет нас, – говорит Артур. – В растерянности не атакуют.

– Нам надо петь, – заявляет Зайвон. – Стекловары уважают песни.

В кои-то веки он высказывают удачную мысль.

– Хорошо, – соглашается Ом. – Мы все знаем «Клянемся».

Они начинают петь. Это простая песня, видимо исполняемая на свадьбах, если судить по словам. Хаус с Артуром совещаются, а Снежка и Каузи подхватывают припев.

– И теперь мы не слышим, что происходит вокруг.

– Не страшно. Смотри. Они сбиты с толку.

– Как ты считаешь, они враждебно настроены?

– Они перегородили нам дорогу. Это враждебность.

– Чего им нужно? – спрашивает Хаус.

– Мы похожи на стаю оленьих крабов, а не орлов.

– Еда? Я сделан из мяса.

– Они ничего не предпринимают!

– Нет, они зашли нам за спину. Мы окружены.

– Видите какое-нибудь оружие, кроме копий? – спрашивает Артур.

– Нет. Кажется. Но, наверное, они могут еще бросать камни.

– Нет. Стекловары не умеют метко бросать.

– Значит, только копья.

– Они быстрые, очень быстрые.

– С точки зрения этики нам надо выжидать, пока они как-то не проявят враждебность.

– А потом?

– Стрелять.

– Но чтобы спугнуть! – вмешивается Ом.

Артур жестом велит приготовиться Каузи, который подпевает громким пугающим голосом. Он подается вперед и подает знак Снежке, а та согласно кивает.

– Они отходят, – сообщает Хаус всем.

– Давайте останемся здесь, – предлагает Артур. – Мы посылаем стрелы быстрее, чем они метают копья.

– Конвертоплан здесь