– Анна. – Кивнул.

– Дамин. – Она поклонилась ему на университетский манер:

– Дамин.

Они замолчали, глядя друг на друга, миг был неловким.

– Поднимайтесь, – сказал он наконец. – У нас не так много времени.

«Силана» и внутри ничуть не походила на другие небесные корабли, ее коридоры больше напоминали богатый загородный дом – ковры на полах, витые спирит-светильники на стенах, изящные рамы небольших аккуратных иллюминаторов. Разве что мебель была приварена к полу. В остальном создавалось полное ощущение особняка из Верхнего Квартала. Джек неодобрительно огляделся, и Кейн без труда читала в его взгляде: «Пижонство какое-то» – и в общем-то разделяла его мнение. Такая роскошь казалась нелепой, излишней – особенно на корабле сопровождения, боевом по сути.

Дамин привел их в зону отдыха на верхней палубе – круглые иллюминаторы в потолке лили бледный зимний свет косыми лучами, подсвечивали пылинки в воздухе и бликами ложились на полированную поверхность низкого столика.

– Я так понимаю, дядя Элиас ничего вам толком не рассказал. – Дамин устроился в резном кресле, указал Кейн и Джеку на небольшой диван напротив.

– Только в общих чертах. – Она села, аккуратно оправила юбку дорожного платья.

Дамин проследил за движением ее рук.

– Не могу сказать, что меня это удивляет. Он не любит делиться семейными секретами.

– А ты, значит, другой? – с усмешкой спросил Джек, и Кейн не удержалась – ткнула его локтем в бок.

К счастью, Дамин не обиделся.

– Я мало связан с семьей. Слишком много времени провожу вдали от них и их дел.

– Какое отношение отец имеет к «Белой Марии»?

– Род Кейнов был в числе тех, кто финансировал их лабораторию и эксперименты. Неофициально.

– Зачем такая секретность? – Это показалось странным. – «Мария» не занималась ничем незаконным. Резонанс малоизученных схем, новые рисунки и символы, совместимость с архетипами и медиаторами. Фундаментальные исследования. Это был практически благотворительный проект.

Когда отец заговорил о платформе и схемах, которые хотел получить, Кейн решила, что он собирается продать их правительству. В зависимости от того, что именно затонуло вместе с «Марией», результаты исследований могли стоить баснословно дорого.

– Это не единственное, чем они занимались. – Дамин вздохнул, устало потер переносицу и добавил: – Я полагаю, тебе это не понравится.

– Мне уже не нравится, – заметила она.

– Они разрабатывали универсальное крепление.

Кейн не раз слышала термин. Любая схема, которая создавалась для долгой работы, обязательно привязывалась к материальному объекту – медиатору. Фрагмент схемы, который «прорастал» в предмет, и назывался креплением. В зависимости от архетипа и медиатора крепление было разным – двенадцать стандартных рисунков и бесчисленное множество индивидуальных, если речь шла о медиаторах на заказ, создаваемых в единственном экземпляре.

Некоторые мастрессы говорили о том, что можно было бы создать универсальное крепление – единый совершенный рисунок, который подходил бы для любого предмета, любого архетипа.

После всего, что Кейн узнала о спирите, она не верила, что такое возможно. Смысл архетипов, их глубинная суть заключались в том, что, имея единую природу – единый источник, – они и должны были быть разными. Как люди – всегда оставаться людьми, но никогда не повторяться до конца.

– Искать универсальное крепление законно. Это тоже не имеет смысла скрывать.

Дамин вздохнул, нахмурился – в уголках губ залегли складки – и посмотрел в окно, хотя за ним не было ничего интересного.

– Универсальное, Анна. Полностью. Совместимое с любыми типами медиаторов без угрозы нестабильности.

– Все еще не понимаю.

– Когда я говорю «любых», я имею в виду и живых тоже. Людей.

Кейн почувствовала, как вздрогнул Джек и сильно сжал ее руку. Он не понимал, что делает ей больно, а она не могла сказать ему об этом. Боль воспринималась будто издалека.

Невозможно было поверить… Кейн, оказывается, отвыкла, забыла, на какие по-настоящему уродливые поступки способны люди, которые надеялись что-то получить. Как они воспринимали спирит и что с ним делали.

– Только добровольцы, никакого принуждения, – поспешно добавил Дамин. – Но эти исследования все еще незаконны.

Кейн никак не могла понять. Когда Реннар и его коллеги изуродовали Землю, они хотя бы не знали, что творили. Не могли представить, что последствия окажутся катастрофическими.

Мастрессы «Белой Марии» понимали, на что шли.

– Зачем? – спросила Кейн, стараясь задать вопрос бесстрастно, не показывая жгучей темной ненависти, которая накатывала при одной мысли о том, что творили те люди.

– Чтобы дать возможность управлять архетипами. Напрямую, без медиаторов. Разве не очевидно? – Джек хмыкнул и тихо, так что Кейн едва расслышала, пробормотал: – Дерьмо.

– Можно стать мастрессой. Пойти в университет и овладеть спиритом. Научиться. Бесплатно! Университет открыт для всех!

– Для всех, Анна? Правда? Что насчет кредита за обучение? Да, государство оплатит учебу в университете – все пять, семь, двенадцать лет. Но потом ты будешь вдвое дольше отрабатывать эти деньги государственной мастрессой. Без права отказаться, без права выбрать работу. В рабстве.

– Система не идеальна, – Кейн никогда этого не отрицала, – но она существует. Зачем вживлять в себя спирит, если им можно научиться управлять и так?

Джек усмехнулся – криво, уродливо.

– Потому что это слишком долго. Есть те, кому нужно все и сразу.

– Какой ценой?

– А я не про тех бедных ублюдков, которые согласились на эксперимент. Я про богатых ублюдков из правительства, которым нужно больше мастресс на службе. Которые ничем не рискуют.

От мысли о том, что он был прав, стало холодно. Наверное, Кейн не готова была это услышать.

Джек фыркнул и растрепал ее волосы.

– Слишком много драмы, птичка. – Рука его дрожала. – Не самый чистый заказ, но бывает и хуже. Забрать результаты так забрать результаты. Какая разница что? Схемы из Грандвейв тоже немало стоят, и за них тоже отправляют в колонии.

Он имитировал беззаботность, совсем как когда она его только встретила. И смотрел серьезно и пристально. И Кейн понимала, зачем он так себя вел. Из-за чего делал вид, что ему плевать на людей и подобные эксперименты.

– Я не хочу, чтобы впоследствии это было как-то связано со мной, – сказала она Дамину и увидела, как он расслабился. Словно все это время ожидал от нее удара. – Мое имя нигде не должно упоминаться. Никто не должен знать, кто помог вам достать схемы.

– Конечно.